20июля
Предыдущий материал Следующий материал
17 января 2019, 21:33 0

Людмила Попова - зоозащитник

Людмила Попова

Тема: ситуация в приюте для животных «Дружок»

Ведущий: Наталья Наделяева

«Собачий Освенцим» – так назвали зоозащитники приют в Чигирях с милым названием «Дружок». Там сложилась ужасная ситуация, когда собаки поедают друг друга, умирают. Как это происходит на самом деле? Сегодня у нас в студии человек, который видел все своими глазами – Людмила Гранитовна Попова, зоозащитник. Добрый день.

– Добрый день.

Вы были на месте. Там сегодня была следственно-оперативная группа благовещенской полиции и многие другие лица при должностях. Скажите, что вы там увидели?

– С милым, как вы сказали, названием «Дружок», картина там страшная. Животные, которые еще там остались, назовем их скелетированные животные, – это истощенные, обезвоженные животные. И действительно, в трех отсеках одного из деревянных бараков находятся трупы собак. Трупы собак в обезображенном состоянии, видно, что собака умерла не своей смертью, такие повреждения могут нанести только сородичи.

Там собачий каннибализм, по сути, происходит, потому что им нечего есть?

– Я даже уверяю, что это так, потому как животным есть нечего. И поэтому, если два-три животных, особенно если это кобель и в ограниченном пространстве, они будут бороться за этот кусок, который изредка там попадает. Вот это мы и наблюдали.

Там приезжали проверяющие. Что увидели там? Собаки закрытые и без никого? Или кто-то там есть? Какой-то работник?

– Вообще, работник должен быть. И когда я приезжала днем, еще до этих всех, сено привозила, воду, корм, там был человек, зовут его Валера, который должен убирать, поить, кормить и как-то обихаживать их. Но последнее время ни на одном видео я его не видела, и сегодня его не было.

Как вы узнали вообще об этой истории?

– Из интернета, Амур.инфо. Мне сразу перекинули зоозащитники, поднялась шумиха. Но я вам хочу сказать, что мы давно уже говорили об этом. Потому что реализация этого закона о регулировании численности животных – это идея хорошая, красивая идея. Но на самом деле, реализация это... для кого-то бизнес.

Давайте поговорим, на основе чего, собственно говоря, существует этот приют, который занимается отловом и содержанием безнадзорных животных? Этот контракт выиграл частный предприниматель Вячеслав Золотарев, и он сейчас этим занимается и ответственен за это дело. По условиям контракта что должно быть?

– По условиям контракта он получает деньги за отлов и содержание безнадзорных животных с последующим их пристройством заинтересованным лицам, потенциальным хозяевам.

А как можно проконтролировать, что было содержание какое-то, что были упитанные собаки?

– Интересный вопрос. Когда мы запрашивали в управлении ЖКХ – нельзя ли поинтересоваться хотя бы несколькими актами, по которым собак передавали по окончании контракта, нам сказали: «Мы не имеем права разглашать персональные данные».

Закон этого не предусматривает?

– Вообще-то, закон предусматривает, что они должны по этим актам, и я как налогоплательщик как раз...

Действительно, это деньги налогоплательщиков.

– ...имею право. Но я так думаю, что просто нечего предоставить, именно поэтому такая отписка.

Вы там Вячеслава Золотарева не встретили?

– Нет. Насколько мы знаем, он отдыхает на югах, за границей, всей семьей. После праведных трудов. Зоозащитники уже давно-давно, в течение многих лет обращались в соответствующие органы с предложением, например, запретить Золотареву заниматься этой деятельностью. Во-первых, он ее делает не должным образом, а во-вторых, земля, на которой стоит этот приют, должна по закону как личное подсобное хозяйство проходить. Но самое интересное, он много лет занимается уже предпринимательской деятельностью, он получает прибыль, это бизнес. Это доходная часть, причем очень большая. Мы сейчас немножечко поговорим про эту доходную часть. Так вот, вы знаете, что интересно, государственный инспектор управления Росреестра нам ответил, что, оказывается, земля для ведения личного подсобного хозяйства действительно выдается, и нарушения земельного законодательства не установлено. То есть действительно там стоят парники, там есть грядки, и никакой доходной части нет.

В том числе на этом участке, да?

– Да. Подписано господином Гуляновым – это первый зам главы администрации Благовещенского района. Чтобы не быть голословной, я документ этот вам предоставляю, оригинал. Пусть с этим разбираются уполномоченные на то органы.

Но этого на деле нет?

– Конечно нет. Все сегодня видели, и прокуратура, и полиция, это чисто коммерческий проект. Там личным подсобным хозяйством точно не пахнет. Хорошо, пускай это намеренное сокрытие нарушения закона или некомпетентность чиновников, которые нам так выдают. С этим разберутся. Вот смотрите, что с этим делать дальше? У всех вопрос: что делать?

Да-да.

– Собак мы разберем, но следующих же наловят.

Там уже частично, я так понимаю, раздали на этой волне?

– Никто не раздавал, они сами забирали. Зоозащитники приезжали всего города, даже из Свободного. Это невозможно смотреть. Да, частная территория, но, если это жестокое обращение... Это закон, частная территория, ты не можешь туда зайти, но есть же закон о жестоком обращении с животными.

Да.

– Это тоже закон. У нас есть же закон об оставлении в опасности животного. Если оно обезвожено и еле стоит, этот скелет, мы тоже должны его забрать. Смотрите, что предлагают зоозащитники: должен быть муниципальный приют, то есть чисто социальный проект. Там не будет доходной части никакой. Но там будет зарплата у работников, и там появляются другие возможности, которые невозможны, когда идет бизнес. Бизнес на крови, как у господина Золотарева. Вот смотрите, остался вопрос: откуда деньги возьмет муниципалитет на эти приюты? Ну я вас умоляю. По летнему контракту на содержание почему-то – я прям читаю эту цифирку – на содержание вольеров, согласно документу, на содержание пятидесяти собак выдается 83 тысячи ежемесячно.

Что за цифра, поясните?

– Содержание вольеров: это электричество, это работник, это санитарная обработка территории, привезти воду и так далее. На пятьдесят собак – 83 тысячи ежемесячно. Мы сегодня там были. Там точно этих данных нет. А на питание по этим же документам, которые из интернета вытаскиваю, это из работы в управлении ЖКХ, ежемесячно на питание Золотареву выделяется 56 тысяч рублей на пятьдесят собак.

То есть, плюсом еще.

– Плюсом питание и содержание вольеров. А учитывая, что питание обходится Золотареву... Я сама свидетель этого, подайте кто-нибудь на меня в суд, чиновники администрации, ну кто-нибудь подайте на меня в суд, что я на кого-то наговариваю! Так вот, несколько ведер помоев из областной больницы обходятся Золотареву в три-четыре тысячи максимум, плюс неоформленный работник без налога, плюс отсутствие налога за сам участок. Там же не ведется коммерческая деятельность. Дальше – скудное освещение единственным фонарем всей территории, плюс ГСМ на привоз помоев и воды. Ну, возможно, что Золотарев привозит бутилированную воду, а почему бы и нет. Вот, например, замгубернатора Нестеренко Александр Васильевич сказал, что начальник областного управления ветеринарии Самохвалов Сергей Владимирович сказал, что на каждую собаку 21 тысяча 600 рублей на содержание в течении полугода. На каждую собаку! Почему такая сумма, спросил Нестеренко. На что начальник управления ветеринарии ответил: «Вы знаете, сумма такая, потому что их кормят суповыми наборами».

Вы не видели суповых наборов?

– Нет, я видела скелетированных животных. Они, видимо, от суповых наборов такими стали. Вернемся к нашим бедолагам. Получается, я на каждой цифре, за которую отвечаю, что она вся просчитана. Итого пятьсот тысяч на пятьдесят собак Золотарев зарабатывает в течение полугода. Это чистая прибыль.

При этом актов вам не дают.

– Пятьсот тысяч — пятьдесят собак. Да, а мы знаем, что на конец года у Золотарева должно быть сто собак. Значит, уже миллион. А мы еще знаем, что, кроме городских контрактов, есть еще районные, это еще пятьдесят. А еще мы знаем, что за год проходят по контрактам через его территорию двести собак — два миллиона. Дайте эти два миллиона муниципальному приюту, и мы вам покажем, какие должны быть вольеры. Утепленные зимой, проветриваемые летом. Кстати, к слову, металлические вольеры, которые сейчас находятся у Золотарева, это чистая духовка в прямом смысле слова. В жару там более сорока градусов. Животное не проветривается абсолютно. Палящее солнце. Есть будка на песке, которая тоже накаляется. А зимой, соответственно, это холодильник.

Вы давно следите за этим приютом, но вы говорите о муниципальном приюте. Его же нет?

– Его нет. Что интересно, все говорят, так нет денег. Значит, получается вариант, который предлагает Золотарев, для нас реальный? Это неправильно, так не может быть. Самое интересное, что есть примеры, когда в других регионах нашей страны, от Камчатки, Сибири до Подмосковья, уже есть такие приюты.

Муниципального подчинения?

– Муниципальные. У нас, так скажем, деньгами на эти контракты распоряжается управление ветеринарии областное. А в других регионах это может быть типа ГСТК, это может быть Спецавтохозяйство, это может быть Водоканал. Это может быть министерство сельского хозяйства. То есть вариантов море, нужно просто на это решиться. Самое интересное, что зам губернатора Нестеренко на встрече поддержал эту мою идею, в отличие от всех остальных органов. Я не знаю, с чем связано это. Прийти и проверить или выбрать просто собаку у Золотарева, я не могу – это частная территория, она на замке, она охраняется государством.

Вы говорите, что такой приют невозможно организовать на частной территории? Он должен быть открыт для всех?

– Да. Обязательно. Это муниципальная земля. Это какие-то кадры. Допустим, работник, и не один. Если они со своей работой не справляются должным образом, значит, мы его увольняем, берем того, кто будет должным образом вести эту работу дальше. Опять же, смотрите, когда будет муниципальный приют, будет очень много желающих на добровольной основе просто приходить помогать. Люди берут кураторство над какой-то собакой и участвуют в ее дальнейшей судьбе.

Зачем такой приют муниципалитету?

– А зачем муниципалитету нужны сейчас вот эти контракты с Золотаревым? Собак нужно убирать из города, с этим никто не спорит. Но реализация этого закона такая сейчас, что она дискредитирует и сам закон, и даже власть.

А содержание животных, в принципе, зачем их содержать? Животные никому не нужны по сути.

– Животное никому не нужно. Мы его взяли в приют. Мы его очипировали. Мы его стерилизовали. Мы его полгода продержали. И мы за полгода найдем ему хозяев.

Это реально?

– Это реально. Поэтому это нормально. Смотрите, в Голландии есть очень интересный пример. В ней официально нет бездомных кошек и собак. Каким образом? Власти пришли к этому не нанеся никакого вреда собакам и кошкам. Они просто наделили этих животных правами, а людей, которые нарушают их права, стали серьезно наказывать. Все. И там нет такого беспредела, как у нас. У нас к собакам относятся как к тараканам – раздавил и пошел дальше. А это тоже душа. Это мы на их планете в гостях, а не они у нас.

Что же, я думаю, какие-то решения должны последовать. Хотя бы какие-то объяснения, во всяком случае. Спасибо, что вы пришли к нам в студию. Ужасная история. Ужасный, большой общественный резонанс. Обязательно должно решиться правильным каким-то способом. Людмила Гранитовна Попова, зоозащитник, была в студии. Мы говорили о том, какая ситуация сложилась в приюте «Дружок», который находится в селе Чигири. И эта информация – это просто катастрофа местного масштаба. Спасибо.

Просмотров всего: 331

распечатать

Фотогалерея