23сентября
Предыдущая новость Следующая новость
25 февраля 2014, 14:23

Новости Администрация Зейского района
И болит в душе Афганистан…

Двадцать пять лет прошло с того дня, когда последнее подразделение 40-й армии СССР покинуло республику Афганистан. Никто не в силах вернуть ушедших навек. Только в тревожных снах побывавшие «там» вновь возвращаются в то время, где они молоды. Просыпаясь в холодном поту под впечатлением от очередного «боя», ищут оружие, пугая близких. И уже не уснуть до утра, вспоминая то далекое, но такое близкое прошлое, где все еще рядом и все еще живы. С каждым годом их всё меньше и меньше. Уходят боевые друзья к тем, которые остались юными навсегда, не дожив, недолюбив, не вырастив детей и внуков, навеки оставив родных с тяжелым грузом потери и одиночества.В Зейском районе проживают пять воинов-интернационалистов, чьи годы службы прошли в Афганистане. Один из них – житель п. Верхнезейск Александр Черноморец.

Александр Васильевич Черноморец, родился 31 января 1966 года в Павлодаре (Казахстан). После школы закончил железнодорожное училище. В апреле 1985 года 19-летнего парня, с детства занимающегося спортом, призвали в армию. По результатам строгих медкомиссий Александра направили в разведроту учебной части узбекского города Термеза. Там сразу предупредили, что новобранцев будут готовить для отправки в Афганистан. Молодые ребята прекрасно понимали, что их ждет – шел пятый год ввода советских войск в эту азиатскую страну. Судьба их была решена свыше, от военнослужащих не требовалось никаких личных заявлений по поводу дальнейшего прохождения службы. Не смотря на это, у мальчишек, даже не успевших принять воинскую присягу, не возникло и мысли о возможности что-либо изменить. К почетной обязанности защитника Родины и морально, и физически были готовы все. Многие даже переживали, что могут не попасть в Афганистан. Саша волновался за свой небольшой вес: перед отправкой предстояло пройти еще одну медицинскую комиссию.Два с половиной месяца подготовки позади. Переправка через границу, распределительный пункт в Кабуле, а дальше – десантно-штурмовой батальон, дислоцировавшийся вблизи Джелалабада, где бои шли постоянно.Александр немногословен. Открытый взгляд, слегка смущенная улыбка и искреннее непонимание того, что им интересуются: «Что можно рассказать о военной службе? Ничего особенного: выполняли боевые задания». А на груди – медаль «За боевые заслуги». На все вопросы об армейских буднях – рассказы о сослуживцах и командирах, вертолетчиках и медиках, замечательном поваре и других «гражданских». О себе говорит односложно.Благодаря «черноморской» фамилии, сослуживцы окрестили его «Одессой».ВОЕННЫЙ БЫТНа юге Афганистана дневные температуры доходят до 50 градусов и выше. Природная вода – очень загрязненная и непригодная для питья. Эти условия очень благоприятны для развития инфекционных заболеваний: за редким исключением все наши военнослужащие перенесли гепатит, часто болели брюшным тифом, малярией, лихорадкой, встречались случаи заболевания холерой. В медсанбате от холеры умер медбрат. Болели все: и солдаты, и офицеры.Вода ценилась буквально на вес золота. На территорию части ее привозили в специальных резервуарах для обеззараживания, где она отстаивалась, и только потом использовалась в пищу. Солдатам выдавали по несколько фляг с водой в сутки. На боевые выходы брали с собой специальные трубки, через которые можно было пить воду из любого природного источника, но очень медленно, чтобы она успела отфильтроваться. Использовались и обеззараживающие таблетки, но жидкость при этом напоминала хлорный раствор.Почти все время жили в палатках, ближе к концу службы начали строить деревянные казармы.Александр вспоминает, что традиционно оформляемые военнослужащими дембельские альбомы в их батальоне заменяли блокноты. Своего у него, к сожалению, не сохранилось: он сгорел в пылающей после подрыва на мине БМП незадолго до окончания службы.НАСТОЯЩЕЕ БРАТСТВОВоинское братство связывало служащих всех подразделений. «Дедовщины» в Афганистане не было. Старослужащие очень оберегали новичков. Существовала традиция: каждому вновь прибывшему молодому солдату прикрепляли военнослужащего, который постепенно вводил в курс дела, передавал накопленный опыт, помогал разобраться в сложных перипетиях действительности, рассказывал о национальных традициях страны, особенностях общения с местным населением. Этот опыт был бесценным, малейшая ошибка могла стоить жизни.Свой первый боевой выход Александр запомнил на всю жизнь – 21 августа 1985 года, тогда его тоже сопровождал опытный военнослужащий.В бою спокойствие и уверенность командира, четкие команды были гораздо важнее его собственной смелости и храбрости. Бойцы понимали, что от правильности принятого им решения зависит и их жизнь. Каждый отвечал не только за себя, но и за рядом стоящего. Любая оплошность - проблема не только твоя, а всех, кто рядом. Настоящее товарищество зарождается именно в такой обстановке, и чем она сложнее, тем быстрее становится ясно, КТО вокруг тебя и ЧТО лично значишь ты для остальных. Когда выходили на боевое задание, к офицерам обращались не по уставу, а просто по имени.Во время учений весомее обычного приказа личный пример настоящего командира: не «делай, как я сказал», а «делай, как я».«ВОЕННЫЕ» и «ГРАЖДАНСКИЕ»Спецназ, разведчики, саперы, десантники, пехотинцы, танкисты, водители, летчики, медики… Их поддержка, оказываемая друг другу, проявлялась в самые сложные моменты и на самом профессиональном уровне. Военные врачи нередко совершали чудеса: тысячи ребят обязаны им не только спасенным здоровьем, но и жизнью. Вертолетчики, рискуя собственной жизнью, забирали с боевых заданий ребят, когда казалось, спасти их нет никакой возможности.Работали в Афганистане и специалисты гражданских специальностей, среди них были женщины: медсестры и врачи, лаборантки водоочистных станций, секретари-машинистки, заведующие магазинами, столовыми, прачки, повара. В Сашиной бригаде все любили повара «маму Галю», которая вкусно и сытно, по-домашнему кормила бойцов и офицеров. В наряды по кухне все ходили с большим удовольствием.«Гражданские» всегда участвовали в жизни батальона, поддерживали и помогали. После тяжелых боев, когда не хватало запаса крови, сдавали свою для раненых. Случалось, и погибали при различных обстоятельствах.МЫ ЖИТЬ УЧИЛИСЬ, ПОДАВЛЯЯ БОЛЬ И СТРАХЖизнь оказалась гораздо жестче - перетёрла в своих жерновах, закалила. Сделала крепче, научила тому, чему в книжках не учат. На практике все было гораздо сложнее постулатов самой серьезной науки. Вчерашние проблемы, которые в мирной жизни казались неразрешимыми, теперь выглядели мелкими и несерьезными. Мираж оставшихся в памяти ощущений и образов прошлого заслонила реальная, напряженная, полная опасностей жизнь.Несмотря на хорошую физическую подготовку новобранцев (а других сюда не брали!), приходилось учиться доводить все движения до автоматизма в любой ситуации, не обращая внимания на усталость, вызванную многочасовыми переходами в горах, тяжелый груз за спиной, жару, пыль, недостаток воды и кислорода. Главное – работа головы: постоянная сосредоточенность и бдительность, концентрация внимания, полный анализ информации и мгновенная реакция.Противник находился на своей территории: знакомая местность, привычный климат, родственные связи. Распознать врага порой было непросто: «духи» часто выглядели как мирные жители. Они не ходили в военной форме, нагруженные боеприпасами, но во множестве расположенных в горах пещер и подземных ходах (киризах) хранили запасы оружия и продовольствия, которыми всегда могли воспользоваться. Всюду оставляли мины-ловушки. Воевать пришлось не только с повстанцами, но и с прекрасно подготовленными частями специального назначения, имеющими новейшее оружие, которое шло сюда непрерывным потоком.Наши ребята, в большинстве своем вчерашние мальчишки, не только достойно и храбро показали себя в боях, но и сумели в короткие сроки профессионально овладеть сложной боевой техникой.ОТНОШЕНИЯ С МЕСТНЫМ НАСЕЛЕНИЕМНашим соотечественникам строго настрого запрещалось что-либо брать из рук местного населения: любой «подарок» мог таить в себе скрытую опасность. Простые афганцы – очень бедный народ, советские военнослужащие (шурави) часто помогали им продуктами и одеждой. Случаи воровства – обычное явление: оставленные без присмотра вещи быстро находили новых «хозяев». Охранять приходилось и нефтепровод, опоясывающий всю страну. По нему из Союза поступали горюче-смазочные материалы. Часто трубу пробивали, чтобы запастись топливом «на личные нужды», в отверстие вставляли заглушку. Это выглядело мелким хулиганством по сравнению с подрывом больших участков нефтепровода, что приводило к пожарам и требовало немалых усилий для восстановления.Независимо от своего отношения к «шурави», местные устраивали настоящее паломничество за медикаментами в подразделения, где работали врачи. Лечиться у русских медиков хотели все, так как для большинства афганцев медицинская помощь была недоступна.Иногда местные жители даже предупреждали военнослужащих о засадах душманов.О ДОБЛЕСТЯХ, О ПОДВИГАХ, О СЛАВЕКто гибнет первым? Лучшие, душевно сильные: они и в атаку поднимаются первыми, и жертвуют собой ради спасения других. Часто погибали группами. Александр вспоминает, как однажды не вернулся с задания весь минометный взвод. А незадолго до дембеля у него на глазах подорвалась на мине БМП, в составе экипажа которой на тот момент был его механик Иван Воеводин, молодой парнишка одного с ним призыва. «Мама», - были последние слова солдата, когда его извлекли из машины…Никак не удавалось вызвать ремроту. Александр, оператор-наводчик БМП, вместе с механиком, который незадолго до этого получил ранение, но отказался от списания из рядов Вооруженных Сил (Зачем? И так скоро домой…), на своей машине добрались до места взрыва, пытаясь оказать помощь. Но очередная мина подстерегла и их БМП. Саша был отброшен взрывной волной и, к счастью, отделался контузией, благодаря тому, что в тот момент находился не внутри машины, а на броне. В Афганистане существовало правило: на боевых машинах во время движения располагались не во внутренних отсеках, а сверху, так удавалось спастись в случае подрыва на мине. Все время осматривали окрестные горы, откуда чаще всего появлялся противник.Свою медаль «За боевые заслуги» Александр получил за участие в операции по ликвидации одной из групп «Черного аиста» - элитного диверсионно-истребительного отряда афганских моджахедов и иностранных наемников. Это были отъявленные головорезы, профессионально обученные, владеющие почти всеми видами стрелкового оружия, средствами связи, знанием топографических карт. Каждый из них мог одновременно исполнять обязанности радиста, снайпера, минера… Возглавляли подразделение, по разным источникам, Хаттаб, Хекматиар и никому тогда неизвестный Усама бен Ладен.С честью выполняя свой гражданский и патриотический долг, наши воины-интернационалисты перекрывали караванные пути, по которым поступало оружие и боеприпасы для бандформирований мятежников, обезвреживали террористов. Уже тогда началась давно планируемая против нашей страны «наркотическая война». Крупные международные сети наркоторговцев переправляли своих агентов через горные районы Таджикистана под видом охотников, чабанов, мелких торговцев, организовывали наркотрафики по поставке тяжелых наркотиков в СССР. Теперь эта проблема обрела мировые масштабы.ДОМОЙСлужба подошла к концу. Позади год и 8 месяцев в Афганистане. Не верилось, что совсем скоро – долгожданная дорога домой. Военным самолетом из Джелалабада в Кабул отправляли в основном ночью: днем самолет легче было подбить.Дембельские групповые фотографии. Они, пожалуй, единственные, которые остались на память, так как фотографировать «боевые будни» военнослужащим было запрещено. Не разрешалось и вывозить в Союз аудиокассеты с любительскими записями афганских песен.«Ил-76» рейсом до Ташкента, охраняемый «вертушками», совершает взлет по спирали и, только набрав полную высоту, самостоятельно продолжает полет. Военный аэропорт Ташкента, таможенный досмотр и … встреча с уже позабытой советской действительностью. Вернувшимся из афганского военного пекла за баснословные деньги предлагали и добросить до гражданского аэропорта, и достать «из под полы» билет на самолет в родной город. Особенно ценились «чеки», которыми с военнослужащими расплачивались в Афгане – они приравнивались к валюте и принимались в хорошо известных в те времена магазинах «Березка».Попрощавшись с сослуживцами, до Целинограда в компании с земляком решили добираться поездом. Остановился у друга, привел себя в порядок, нагладил парадную форму - и в Павлодар. Домой!Май 1987 года. Весна в Казахстане была в самом разгаре: пригревало солнце, люди ходили в легкой одежде. Но Александр, привыкший к южной афганской жаре, не успев акклиматизироваться, потерял голос, да и легкая «парадка» не очень-то согревала. Проводница в поезде, узнав, откуда едет парень, коллегу-железнодорожника всю дорогу отпаивала чаем с малиновым вареньем. В родной город он вернулся поздним вечером. Дом располагался недалеко от вокзала и Саше казалось, что он не шел, а бежал… Бежал к родному дому, где прошло детство, где ждали его родные, друзья. Какой же долгой была эта дорога домой… Остановившись на углу, осмотрел двор и медленно пошел к подъезду. «Саня, ты?» - окликнули его ребята из глубины двора. Узнав от них, что один из лучших друзей тоже недавно вернулся из армии, и что дома его ждут не дождутся который день, Александр легко взбежал по ступенькам и остановился у родной двери. Открыл ее отец, а навстречу уже бежали мама и сестренка: дождались! Такого родного, такого повзрослевшего и возмужавшего сына и брата, о ком столько бессонных ночей думали и переживали, кого их любовь хранила и берегла мучительно долгие два года… Письма из армии приходили бодрые и безоблачные. Даже о том, что Саша едет служить в Афганистан, узнали случайно – он не собирался сообщать об этом родным.Слезы радости, разговоры до утра. Наверное, это был один из самых счастливых моментов в жизни…МИРНАЯ ЖИЗНЬАлександр вернулся работать на железную дорогу. Женился, родились сын и дочь. Политическая нестабильность в стране повлияла на решение сменить место жительства. В 1994 году Саша уезжает на БАМ. Условия жизни и работы в Верхнезейске оказались хорошими: молодой поселок железнодорожников развивался, требовались новые кадры, работникам предоставлялось ведомственное жилье. Через несколько месяцев вся семья собралась вместе в Верхнезейске, где и живет до сих пор. Родился внук. Сын пошел по стопам отца, тоже работает на железной дороге.Прошло время. Но не отпускает Афган… Александр продолжает активно общаться со своими боевыми друзьями. Встречается с другими воинами-интернационалистами. И мечтает побывать в тех местах, где когда-то прошли годы службы…Что это было? Страница биографии. Повторяющиеся во снах события давно минувших дней… Жизнь, разделенная на «до» и «после»… Нет, сама жизнь не изменилась – изменились они. Память тревожит, царапает и без того искалеченную душу, возвращает к вычеркнутым из списков батальона навечно. Боль утрат — живая боль, которая остается на всю жизнь. Говорят, время лечит. Но вылечит ли…

Партнёрский материал