25сентября
28 мая 2014, 21:11 1

Сломать систему «Россиротпрома»: сотням амурских детей нужны семьи

Сломать систему «Россиротпрома»: сотням амурских детей нужны семьи

По средам в эфире благовещенской телекомпании «Альфа-канал» и на Амур.инфо выходят специальные репортажи. Выпуск этой недели посвящён проблеме детей-сирот. Героями репортажа стали дети, чиновники, работники детских домов и приёмные родители. Одной из них, Ирине Затышняк, посчастливилось увидеть чудо: на её глазах благодаря вниманию и любви растёт и развивается малышка, которую врачи считали бесперспективной.

Фрагмент фильма «Блеф, или С Новым годом»: «…без войны и эпидемий 200 детей в день в России становятся сиротами. В большинстве это дети, чьи родители живы, но не в состоянии их растить. Их сдают добровольно или отбирают органы опеки. Более 120 000 детей, судьбами которых монопольно, в закрытом режиме распоряжаются чужие тёти из опеки. В истории новой России это явление правозащитники называют "Россиротпромом" – российской сиротской промышленностью. И это ведь всё по закону».

Показать жизнь детдомов изнутри московский режиссёр Ольга Синяева решила, когда стала приёмной мамой. Она увидела, как детдомовское прошлое ломает судьбы детей, и поняла, что ломать пора саму систему «Россиротпрома». Документальный фильм «Блеф, или С Новым годом» не найти в свободном доступе – его нет ни в Интернете, ни в прокатах. Его возят по регионам как пособие. Картина снималась в течение почти пяти лет, в пяти учреждениях разных регионов России. Недавно фильм показали и в Амурской области. «У нас система ничем не отличается от остальных российских систем, которые есть в регионах. Потому что это система, главной функцией которой является сохранение самой себя, а уже потом вторично и третично – забота о детях», – говорит председатель региональной общественной организации содействия приёмным семьям «Мамонтёнок» Дарья Коломыцына.

По данным рейтинга благотворительного фонда «Семья», в 2010-м году Амурская область замыкала четвёрку худших регионов по решению проблем сиротства. В учреждениях Приамурья воспитывалось около 2 000 детей – 1 процент от всего детского населения области. В 2012-м регион замкнул список и занял первое место с конца. В прошлом, 2013-м году российский омбудсмен Павел Астахов также назвал Амурскую область одной из самых худших по этому показателю. «Проще, выгоднее ребёнка изъять из семьи и отправить его в детский дом. Без всяких приёмных семей. Это дополнительное финансирование, это отсутствие проблем. Проблемы, конечно, есть, но головная боль будет у директора детского дома», – продолжает Дарья Коломыцына.

Фрагмент фильма «Блеф, или С Новым годом»: малыш раскачивается в кроватке. «…вот она, самая изощрённая пытка. Как глоток воды ему необходимо человеческое тепло, запах, прикосновение. Без него он погибает, черствеет душой и телом. А пока эти раскачивания – единственное, что дети изобретают для себя. Это свой собственный способ успокоения, способ справится с нестерпимой тревогой. Замена материнским укачиваниям».

Маленький амурчанин Ваня в детском доме провёл три года. Семь месяцев назад его забрали в приёмную семью. Ребёнок до сих пор не может забыть свои старые привычки. Ваня ещё не привык, что теперь у него есть мама. Вместе с ней малыш учится жить заново. В свои шесть лет, когда его забрали из детдома, он не умел практически ничего. «Определённых жизненных навыков у ребёнка не было. Умения держать в руках ножницы, умения вырезать любимую картинку, – рассказывает приёмная мама Ирина Затышняк. – Ребёнок не мог лепить из пластилина, а ведь детям с малых лет нравится с ним заниматься. На данный момент Ваня делает очень красивые аппликации, с ним занимается логопед-дефектолог». Ваня уже научился связно говорить. В детдоме его считали ребёнком с ограниченными умственными возможностями. Такой диагноз есть у каждого второго детдомовца.

Фрагмент фильма «Блеф, или С Новым годом»: «…в самый чувствительный период своего развития ребёнок теряет один балл от своего IQ в месяц, и 1 килограмм от нормы в весе и росте за пять. Пройдёт немного времени и можно свободно говорить и о плохих генах, и о задержке физического и умственного развития». «Это социальные диагнозы и это диагнозы – как я уже говорила работникам приюта, – не диагнозы ребёнка, это диагнозы тем, кто работает с данными детьми», – уверена приёмная мама Ирина Затышняк.

В Доме ребёнка, съёмки в котором министр здравоохранения Амурской области Николай Тезиков журналистам запретил, сейчас находятся 116 детей. Им до трёх лет – это самый востребованный среди усыновителей возраст. У каждого малыша в среднем по пять диагнозов. То есть фактически ни одного здорового ребёнка в учреждении нет. И потенциальным родителям об этом предпочитают говорить правду.

Информация с сайта федерального банка данных детей-сирот: «Василий Т., глаза карие, волосы тёмные, характер агрессивный, конфликтный, эмоционально не устойчивый. Александра Г., глаза голубые, волосы русые, характер вспыльчивая, неусидчивая, обидчивая, поручения выполняет неохотно, только под контролем воспитателей, необязательная. Артём Л., глаза голубые, волосы русые, характер вспыльчивый, неуравновешенный, имеет вредные привычки, склонен к бродяжничеству». Так амурских детей «представляют» потенциальным родителям. Формулировки во многом спорные: с одной стороны, родители должны знать правду. Но узнать её можно и позже, во время длительной процедуры усыновления. Большинство потенциальных родителей такие «ярлыки» отпугивают сразу. А ведь в данном случае от первого впечатления зависит чья-то маленькая судьба.

В некоторых других регионах резких характеристик не придерживаются. Есть специалисты, которые в каждом ребёнке умеют увидеть хорошее и рассказать родителям об этом. Даже когда страшный диагноз налицо. Так детдомовцам дают шанс найти новых родителей. Банк данных детей-сирот есть только в России.

Фрагмент фильма «Блеф, или С Новым годом», комментарий правозащитника Бориса Альтшулера: «Если ребёнок остался без попечения родителей, ему сразу ищут замещающую семью – чтобы туда поместить хотя бы временно. Активно идёт работа с семьёй на восстановление, то есть это социальная работа. Ребёнок вне семьи – это уже беда. А здесь опека устроила малыша по Семейному кодексу в учреждение, опека может забыть».

В Амурской области 14 детдомов. Белогорский – один из лучших. «В детском доме у нас проживают 124 ребёнка. Это дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей. Примерно столько же сотрудников. У нас работают психологи, социальные педагоги, юрист, воспитатели, и, естественно, обслуживающий персонал», – сообщает директор детдома Любовь Чиркина. Половина детей поступила в текущем году. 12 из них – дети из Пионерского, интерната, история которого наглядно показала порочность системы детдомов. Маленьких мальчиков там постоянно избивали старшие воспитанницы и даже преподаватель. Слово воспитаннице расформированного интерната Любе Мальцевой: «Мы хорошо жили, у нас был четвёртый класс, их никто не трогал. А там вот левое крыло было, там били детей маленьких, младше третьего класса. Мы об этом знали, директору говорили, директор разговаривала с девочками, а потом уже всё, перестала. Уезжать из Пионерского не хотелось – привыкли. Когда сюда, в Белогорск, приехала, плакала, хотела назад. Потому что привыкаешь к одному месту, а потом уже адаптировалась и всё хорошо».

В 2013 году в этом детском доме Белогорска смогли устроить в семью 11 ребятишек. В 2014 устроили пятерых. Ещё на троих готовят документы. Детей в семью оформила почти половина сотрудников. Елена Черепкова взяла под опеку сразу четырёх девочек. У них появилась возможность заниматься восточными танцами и гимнастикой. «Двоим из них обязательно нужно ходить в цирковую студию. Это такой талант! Если не развивать, он просто пропадёт», – уверена Елена Черепкова.

В 2010-м году в детдоме открыли школу приёмного родителя. Желающих взять ребёнка в семью здесь консультируют, помогают пройти все формальные процедуры. Но, говорят, желающих очень мало и не каждому готовы отдать ребёнка. «По нашему мнению, не хватает помощи со стороны других учреждений, чтобы с этими семьями работали другие структуры – не только мы одни, а другие ещё помогали, допустим, опека», – говорит заместитель директора по учебно-воспитательной работе Белогорского детдома Наталья Соловьёва. «Нам озвучивали сумму: в год на содержание одного ребёнка у нас выделяется порядка 3 000 000 рублей. Есть коммунальные услуги, фонд заработной платы, есть какие-то административно-управленческие расходы, плюс есть расходы на питание, содержание детей. И вот питание и содержание не занимает большую часть этих денег на самом деле. И если один ребёнок уходит, то значительная часть вымывается из бюджета, детскому дому становится сложно платить зарплату, коммунальные платежи. И это тоже можно понять – понять этих людей, которые работают в системе, потому что она так устроена», – объясняет председатель региональной общественной организации содействия приёмным семьям «Мамонтёнок» Дарья Коломыцына.

«Проблема эта существует, и этой проблемой придётся заниматься не один год. Я думаю, что мы как работники, мы тоже люди и понимаем, что детям лучше в семью. Я думаю, что опытные педагоги без работы не останутся, свой опыт они могут применить в сопровождении», – рассуждает директор Белогорского детдома Любовь Чиркина. Журналисты телекомпании «Альфа-канал» попросили ответить министерство образования, сколько средств на содержание детей выделяется казённым учреждениям. Однако ответа пока не получили. С 1 марта 2014 года все детские дома переданы в министерство соцзащиты. А в следующем, 2015 году, туда перейдут и органы опеки. «Цель передачи заключается в следующем: система эта должна быть изменена, она должна быть направлена на то, чтобы максимально работать на передачу детей в семьи. Задались целью – надо проводить серьёзную информационную кампанию, надо мобилизовать в большей степени школы приёмного родителя в тех территориях, которых они работают недостаточно эффективно, активизировать их», – говорит ведущий консультант отдела стационарных учреждений для детей министерства социальной защиты населения Амурской области Ольга Головачёва. Школы приёмного родителя работают в 29-ти территориях Амурской области. Восемь из них действуют на базе детских домов. За два года обучение в этих восьми учреждениях прошли чуть больше 200 человек, почти каждый взял ребёнка в семью.

Одна из приёмных детей Ирины Затышняк – девятилетняя Лиза. Девочка выглядит года на три. Эту кроху Ирина удочерила. Её история стала доказательством того, что забота мамы, пусть даже приёмной, может совершить чудо. Родная мать Лизы отказалась от неё. До двух лет девочку с букетом диагнозов держали в больнице. «Зашли в палату, там спит маленькая девочка, два годика. Ростик – 55 сантиметров, большая голова, лежит на бочку. При обследовании врач УЗИ-диагностики смотрит и говорит: "Вы понимаете, что привязались к ребёнку, чьи диагнозы несовместимы с жизнью? Как вы будете расставаться?" Знаете, у меня началась истерика, – признаётся Лизина новая мама. – Я еле сдерживалась, но я ей сказала: "Вы врач УЗИ, но вы не господь бог. Вы ставите диагноз, но вы не можете определить срок жизни этого ребёнка, она будет жить!"» Лиза не просто выжила. Вместе с мамой им удалось победить гидроцефалию. Девочка больше не кричит по ночам от страшных болей. Она научилась ходить. Сейчас кроха учится в обычной и в музыкальной школах. Вместе с мамой малышка почти победила свои страшные диагнозы. «В один прекрасный момент она отпустилась и пошла. Вы знаете, она пошла, останавливается и говорит: "Мама, а ты рада, что я пошла?" Я говорю, конечно, рада… Вот такое у нас было, – не может сдержать слёз Ирина. – Мы не рождаемся для того чтобы бояться, мы рождаемся для того чтобы развиваться, познавать и что-то делать. И если мне в семью предложили такого ребёнка, значит, я должна пройти это и должна помочь ему».

По данным министерства социальной защиты, в детдомах Амурской области сейчас находятся больше 1 000 детей. В 2012-м около 60-ти ребят попали в семьи. В 2013 году родителей обрели 142 ребёнка. То есть за год число детей, устроенных в семьи, выросло больше чем в два раза. Сейчас в области создана рабочая группа, она займётся разработкой единой стратегии помощи детям-сиротам. «У нас есть всё, у нас есть люди, которые готовы брать этих детей, просто они ещё об этом не знают. Потому что, во-первых, страшно, во-вторых, очень много всяких мифов. И в-третьих, люди опасаются, что не будет поддержки, они не знают, куда бежать в случае возникновения каких-либо проблем. Каждый ребёнок должен жить в семье, дети не должны жить в учреждениях. Это неправильно», – убеждена председатель организации «Мамонтёнок» Дарья Коломыцына.

После показа фильма «Блеф, или С Новым годом» в Благовещенске общественники и чиновники сошлись на том, что систему необходимо менять. Чтобы детей больше не сравнивали с сырьём в промышленности. «Сиротпром – нет, так нельзя говорить. Потому что это ещё одно подтверждение того, что мы перестали быть милосердными и мы начинаем об этом говорить как о каком-то производстве. Так быть не должно. Это должно проходить через сердце человека, через его душу, нравственность, совесть. И только тогда мы сможем посмотреть на это с другой стороны. Когда общество выздоровеет и мы сможем посмотреть на это другим взглядом», – говорит ведущий консультант отдела стационарных учреждений для детей министерства социальной защиты населения Амурской области Ольга Головачёва.

Просмотров всего: 172

#закон #дети

распечатать


Комментарии
  • Крылья

    Крылья
    7 лет назад

    А кто писал текст?

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь