22января
17 октября 2005, 16:57

Интерес к живописи пробуждается. Творцам не стоит бояться коммерческих отношений

Интерес к живописи пробуждается. Творцам не стоит бояться коммерческих отношений

Амурским живописцам жить становится понемногу лучше, жить веселее. Недавно в область заглянул даже Никас Сафронов. Богатый художник из Москвы, как сказал, здесь ищет жену и покупателей картин. Амурские художники этих покупателей тоже ищут. Когда-то принято было терпеть лишения ради искусства, а теперь все смелее художники предлагают свои работы на продажу. Впрочем, продать картину по цене больше 500 рублей до сих пор проблема. Приобщение благовещенцев к высокому только начинается.

Никас Сафронов, именитый дорогой художник, прилетел с надеждой. Улетел без нее. Местные богачи предпочитают пока тратить деньги на другое. Единственный художественный салон и не собирается расширять площади. Вот уже 10 лет хватает того, что есть. Здесь, посреди торгового центра, скорее душа отдыхает, чем руки к кошельку тянутся.

Ценить искусство у молодежи как-то не модно. Проходят мимо картин, поглядывая все же одним глазом. Потребительская активность амурских ценителей искусства - одна картина в день. Рост интереса к живописи хозяйка салона Лариса Левченко при этом ощущает. Он не в количестве, а в качестве. Люди стали больше засматриваться на работы хорошие, большие, а значит дорогие. Впрочем, до сих пор художники рисуют внушительные полотна ценой в 10 или 15 тысяч скорее для престижа, чем для коммерции. Самый ходовой размер - 40 на 50 сантиметров. Это отмечает и Лариса Леченко: «Вот нарисуют большую картину, и стоит она. А вот за 400-500 рублей покупают. Рынок-то еще зарождается, и мне радостно».

Радостно и Сергею Форостовскому. От того, что творит вдали от дома, вдали от насущных проблем. Харбин. Берег реки Сунгари. Каждый день в пять утра красноярский художник выходит на этюды и рисует все, что видит вокруг. Сергею все оплачивают китайцы: краски, жилье, питание. И еще зарплата, по российским меркам, 11 тысяч. Взамен надо отдавать 4 картины в месяц. В Красноярске, как и в Благовещенске, на земляках особо не заработаешь. Так что приходится странствовать - и для души, и для того, чтобы было на что рисовать. Художник Форостовский в Китае остался на целый год. Говорит, что здесь прекрасный компромисс между пропитанием и творчеством: «Он не так жестко давит на художника. И в этом есть такой кайф. Потому что я был в Германии, где работал с галерейщиком. Там очень жесткие условия, тебя выжимают сильно: по количеству, по условиям пребывания, по тому, как ты расплачиваешься за организацию выставки, за полиграфию, за пиар, прессу».

Китайцы, может, и рады бы просто покупать картины в России и не тратиться на мастерские. Да законы российские не позволяют. Проще привезти художника и дать мольберт, чем добиться в России справки для таможни, что вывозимое творение вывозить можно. Китайцу-энтузиасту помогает государство. И это подчеркивает руководитель Харбинского музея русского искусства Лю Минсю: «Мы живем, конечно, на дотациях. И коммунальные расходы, и аренду оплачивает администрация. На одной продаже мы бы не выжили. Несколько картин покупали - другим в подарок, но не больше». Пока России творчество не очень нужно, оно пригодится Китаю.

Одни уезжают туда, где примут с радостью. Другие предпочитают творить в нищете, не запятнав искусство деньгами. Можно еще отнестись по-современному: каждый труд должен быть оплачен. До последнего амурские художники, словно стыдясь, предлагали свои работы в художественный салон. Сейчас отношение проще. Творцы нагоняют ушедшую в рынок остальную Россию. И бояться коммерческих отношений не стоит, дает понять Александр Тихомиров. Заслуженный художник России говорит: талант не убить ни деньгами, ни их отсутствием: «Было два художника, Брюлов и Иванов. У Брюлова все получалось, все было в избытке. У Иванова - жил в нищете, мерз. Один создал «Явление Христа народу», другой – «Последние дни Помпеи». И массу еще чего оба создали. И оба - в Третьяковке, оба любимы».

«Искусство наше нынче ни в капитализме, ни в социализме», - говорит Тихомиров. И меценаты не помогают, потому что налоги за добрые дела придется платить, и государство, как раньше, не выкупает работы. Хорошо, когда художник заработал имя. Тогда прямо из мастерских берут в частные коллекции. И в Приамурье есть примеры такого успеха. Оконопись Тихомирова известна далеко за пределами области. Но это, так сказать, элитарное искусство. На массовом рынке амурчане ценят натюрморты, портреты, а особенно пейзажи. И желательно, чтобы стоили они не дороже пары тысяч рублей.

Просмотров всего: 1

распечатать


Комментарии
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь