8апреля
Предыдущий материал Следующий материал
28 февраля 2020, 13:39 0

Сотрудники Амурского центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями: ситуация с ВИЧ и СПИД в Приамурье

Сотрудники Амурского центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями: ситуация с ВИЧ и СПИД в Приамурье

Михаил Митрофанов: У нас в гостях сотрудники Амурского областного центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями. Это заведующая отделом клинической эпидемиологии Юлия Натыкан, заведующая отделом диспансерной и лечебно-диагностической помощи Наталья Глебова и заведующая отделом организационно-методической работы и профилактики, а также главный внештатный специалист по вопросам профилактики и диагностики и лечения ВИЧ-инфекции минздрава Амурской области Наталья Сопнева. Сейчас мы поговорим о том, что сегодня творится у нас здесь, в Амурской области, в смысле ВИЧ и СПИД. Недавно вышел фильм, уже так он наделал определенного, как говорится, шума, даже его в Госдуме обсуждали, и Счетная палата взялась контролировать средства, куда какие уходят, и что где происходит, и как фильм Юрия Дудя документальный фильм, который называется: «ВИЧ в России –эпидемия, про которую не говорят». Я надеюсь, наши слушатели тоже этот фильм смотрели, кто не смотрел об этом-то, по крайней мере, слышал, мы говорили о нем в эфире. Сегодня я хотел бы задать вопросы, но начать хочу не с ВИЧ и СПИД все-таки, а сейчас у нас самая актуальная тема – это коронавирус. Насколько я знаю, коронавирус не входит в компетенцию Амурского областного центра СПИД?

Юлия Натыкан: Да, совершенно верно. Мы все-таки занимаемся профилактикой ВИЧ–инфекции, также в нашу компетенцию входят вопросы вакцинопрофилактики, но, учитывая то, что вакцина против коронавируса у нас в настоящее время находится в разработке, поэтому вопросы по коронавирусу мы прокомментировать не сможем.

М.М.: А если она будет разработана и вступит, то как?

Юлия Натыкан: Тогда и поговорим об этом.

М.М.: Хорошо. Вот фильм Юрия Дудя, там поднимались некоторые вопросы, и самый, как мне кажется, главный вопрос, дабы рассеять дремучесть, чего уж там говорить, многих еще россиян, которые до сих пор убеждены, и об этом свидетельствует, кстати говоря, наш эфир, где мы обсуждали этот фильм, задавали вопрос слушателям, чего они опасаются больше, точнее, какая страшная угроза для России сегодня – это ВИЧ и СПИД или же вот этот новоявленный коронавирус? Были звонки, и один слушатель сказал, что это все определенные люди им болеют, вот этой болячкой, ну такого, скажем так, асоциального и т.д., и т.п. поведения, и все они передохнут, мол, и на этом вся эпидемия закончится, в общем-то, можно сильно не беспокоиться. Что вы можете по этому сказать?

Наталья Сопнева: Это, конечно, дремучесть наша, потому что эпидемия ВИЧ-инфекции давно вышла за рамки групп риска, как мы говорили, что это в основном раньше, если считалось, что болеют в основном наркоманы, гомосексуалисты, работники коммерческого секса. Сейчас масштабы эпидемии таковы, что она давно шагает и поражает социально благополучные слои населения. Ведь если мы возьмем среднестатистический такой портрет ВИЧ-инфицированных в нынешнее время, то есть это люди от 30-ти и старше, имеющие высшее образование, имеющие семьи.

М.М.: От 30 лет?

Наталья Сопнева: От 30 лет. Среди впервые выявленных 80 % составляют люди от 30 и старше, то есть молодежи очень маленький процент.

М.М.: Чем это объясняется?

Наталья Сопнева: Основной путь передачи это половой. Я думаю, что это связано с тем, что детей и подростков мы научили как-то пользоваться презервативами, и об этом все говорят, рассказывают, то вот это поколение, как бурная молодость, которая пришлась на 90-е лихие, которые идут по жизни с девизом: «Нужно попробовать все», вот они так по жизни идут с ним.

М.М.: Жизнь коротка.

Наталья Сопнева: Да. Им очень сложно объяснить, что нужно пользоваться презервативом, что секс должен быть безопасным, а им хочется попробовать все, то есть они чего-то в жизни добились, им нужны острые ощущения, плюс поездки в разные страны, сейчас это все-таки доступно.

М.М.: Это можно привезти оттуда, кроме впечатлений позитивных. Действительно группы риска больше нет, и об этом тоже говорится в фильме, что это касается всех и каждого, может коснуться любого человека, но самое главное - это ответственно подходить, прежде всего, к самим себе, к своему собственному здоровью, к безопасности, но и как следствие – своих близких людей. Ведь вы говорите о том, что молодое поколение уже как-то окультурено в этом смысле, и какая-то профилактическая, организационно-методическая работа с ними уже проведена, а тогда в 90-е никто не занимался еще толком, вот мы пожинаем теперь последствия. Вряд ли дети, конечно, будут обучать родителей своих, наверное, хотя как знать. Вот вы сказали, детей обучают, а в фильме там звучит такая мысль о том, что сейчас, в общем-то, даже с этой профилактикой как-то сложнее стало, в школах нельзя какие-то слова говорить, не скажешь слово презерватив, тебя за это могут и… К вам это, может быть, не относится, а учителя-то вот как-то побаиваются этого.

Наталья Сопнева: Да нет. У нас мероприятия проходят в школах, в учебных заведениях, среднеспециальных, в вузах мы проводим лекции, беседы и массовые мероприятия, но нигде не сталкивались с тем, чтобы учителя говорили: вот это вот не говорите, нет. Дети понимают, дети знают, дети читают очень много, то есть они информированы достаточно хорошо.

М.М.: Плюс интернет.

Наталья Сопнева: Да. Плюс в учебных заведениях тем, кому старше 18 лет, мы среди них проводим экспресс-тестирование, мы мотивируем их на прохождение этого экспресс-теста.

М.М.: Который по слюне?

Наталья Сопнева: Да. Проводим ежегодно, чтобы они заботились о себе и о своем здоровье, делали эти тесты хотя бы раз в год. Мы говорим это всем, мы приходим и на предприятия в трудовые коллективы, но в прошлом году, когда мы организовывали мероприятия для трудовых коллективов, мы столкнулись с тем, что руководители некоторых предприятий говорят: «А нам это не надо». Мы будем готовы прийти, рассказать вам, провести экспресс-тестирование ваших сотрудников бесплатно.

М.М.: Не надо, почему?

Наталья Сопнева: «Не надо, нам это не интересно, как бы нас это не касается». Когда выходишь к взрослым людям, начинаешь рассказывать, у всех отношение – но это меня как бы вообще никогда не коснется. Ну, получается, по факту совсем по-другому, касается, касается всех.

М.М.: Это что? Им действительно это безразлично вы думаете, или, может быть, это просто какое-то стеснение, есть такие темы, про которые неудобно говорить? Некоторые считают, что неудобно показать врачу, специалисту некоторые места, а тем более если он противоположного пола, не дай бог.

Наталья Сопнева: Им все-таки кажется, что это далеко, это не про них, это вот где-то там, ну да, есть, как бы меня это вообще никаким боком не коснется.

М.М.: Мы еще про это поговорим, коснется или не коснется. А что можно сказать о нынешней ситуации здесь у нас, в Амурской области? Вот прозвучали цифры такие, что ежегодно во всём мире ВИЧ-инфицируется до 2 миллионов, всего на Земле сейчас живет около 37 миллионов заболевших. У нас в стране какие-то тоже страшные, жуткие цифры, 100 тысяч умирает.

Юлия Натыкан: Что касается сейчас ситуации в целом по России, по последним данным, кумулятивное количество зарегистрированных ВИЧ-инфицированных у нас составило уже более 1 миллиона 400 человек.

М.М.: Это на какую дату?

Юлия Натыкан: Это на 1 января 2020 года, и на 1 января статистика нам говорит о том, что живыми остаются на сегодняшний день более 1 миллиона человек - это 1 миллион и 68 тысяч человек.

М.М.: Давайте поясним сразу. Я услышал кумулятивное?

Юлия Натыкан: Это общее количество.

М.М.: Всего более миллиона 400 тысяч человек.

Юлия Натыкан: Зарегистрировано.

М.М.: Что значит в живых остается? Это как?

Юлия Натыкан: Уже более 300 тысяч человек умерли.

М.М.: Из этих миллион 400?

Юлия Натыкан: Они умерли по разным причинам, это не только касается ВИЧ-инфекции, СПИДа.

М.М.: В автомобильную аварию попал кто-то?

Юлия Натыкан: Вполне невозможно.

М.М.: Насколько эта цифра, по мнению специалистов, то есть вас и ваших коллег, я слышал мнение Покровского – руководителя федерального центра профилактики – он об этом говорил, что на самом деле эта цифра занижена. Но занижена не от того, что ее кто-то хочет занизить, а по другим причинам.

Юлия Натыкан: Совершенно верно. ВИЧ-инфекция – это такое заболевание, которое первые годы протекает без всякой клиники

М.М.: Человек может не знать?

Юлия Натыкан: Да, может просто-напросто не знать о том, что он уже болен, при этом он ходит, он чувствует себя прекрасно, но самое страшное то, что он является источником инфекции, что он таким образом распространяет ВИЧ. Мы сейчас говорили о том, что все-таки наше население к средствам защиты относятся крайне отрицательно можно даже так сказать.

М.М.: Ну и к проверке тоже.

Юлия Натыкан: Потому что считают, что со всеми это может случиться, со мной нет.

М.М.: Поэтому чего проверяться?

Юлия Натыкан: Да, зачем проверяться, зачем предохраняться, да, совершенно верно. Поэтому эту цифру можно кто-то как умножает на 2, кто-то умножает на 10, тогда мы можем получить общее количество ВИЧ-инфицированных граждан на территории Российской Федерации.

М.М.: На сколько все-таки умножать-то?

Юлия Натыкан: Специалисты все по-разному считают, кто-то на 2 умножает, это варьируется.

М.М.: Это специалисты даже некоторые на 10 умножают? То есть 10 миллионов даже может быть?

Юлия Натыкан: Да.

М.М.: От 140 это ого-го.

Юлия Натыкан: Мы сейчас все-таки на территории Российской Федерации, у нас увеличилось число граждан, которые проходит обследование на ВИЧ-инфекции. Здесь, я считаю, что мы можем умножить не на 10, а на 3 точно.

М.М.: Увеличение числа обследуемых за счет чего происходит?

Наталья Сопнева: Проводится широкая информационно-просветительская компания.

М.М.: В том числе фильм, о котором мы говорим.

Наталья Сопнева: Это тоже плюсом идет. Начиная с 16-го года ежегодно Минздравом организуется «Тест на ВИЧ: Экспедиция», которая проходит по стране. Сначала поезд шел от Владивостока до Москвы, останавливались и проводили тестирование. В 18-м году наша область тоже участвовала в этой «Тест на ВИЧ: Экспедиция», на автомобилях от Камчатки до Калининграда маршрут их проходил, посетили более 34 регионов. В этом году планируется, что будут задействованы вообще все регионы, все территории. Каким образом в этом году было построено, я не знаю. Все равно мотивирование на прохождение тестирования населения ведется постоянно, то есть медицинские работники предлагают проходить тестирование при проведении диспансеризации взрослого населения, про которую так много говорится. Мы рекомендуем сдавать анализы, об этом стали много писать и люди стали обследоваться. За прошлый год на территории области обследовалось 26 % населения, прошли тест, узнали свой статус.

М.М.: Это много или мало? Это вновь прошли или всего?

Наталья Сопнева: Всего прошли, то есть это достаточно высокий уровень обследования населения, в целом по России он где-то 27 % составил, население России в 2019 году узнали свой ВИЧ-статус, но это больше, чем европейские цифры, охват по России довольно-таки хороший.

М.М.: Ну смотрите, охват у нас больше, чем европейский показатель.

Наталья Сопнева: Выявлять стали больше.

М.М.: Понятно, если обследовать стали больше, то и выявлять больше, как с онкологией та же самая история, когда ее не было, а потом раз и взялась, а специалисты говорят, что просто люди начали обследоваться.

Наталья Сопнева: В чем проблема ВИЧ-инфекции? Если он прошел обследование на онкологию и там все нормально, то в течение года он может быть спокойным, а с ВИЧ-инфекцией сегодня ты обследовался, у тебя отрицательный, а через месяц …

М.М.: Даже если вел себя совершенно стерильно, так сказать, не с кем не вступал?

Наталья Сопнева: Ты можешь пойти сделать татуировку или пирсинг в каком-нибудь салоне и это послужит.

М.М.: И это получилось.

Наталья Сопнева: Даже если у тебя один половой партнер, но ты не знаешь, что было с твоим партнером, то есть он может тебе принести, ты про это просто не узнаешь, то есть риск всегда есть. Если ты прошел обследование на онкологию и уже можно спать спокойно год-два, такого с ВИЧ-инфекцией нет.

М.М.: Насколько я помню, и в фильме прозвучали такие же сроки, такие же временные параметры до полугода или от полугода?

Наталья Сопнева: Период «окна»?

М.М.: Да, период «окна», то есть каждые полгода, по идее, нужно проходить обследование, ну так в идеале минимум.

Наталья Сопнева: Каждые полгода он, конечно, не будет. Если вы предполагаете, что у вас было какое-то, вероятно, заражение, то рекомендуется сдавать анализы через 3, 6 и 12 месяцев от момента предполагаемого заражения.

М.М.: То есть несколько раз?

Наталья Сопнева: Да, 3 раза, чтобы исключить вот этот период «окна» - это тот период, который требуется организму для выработки антител.

М.М.: У нас Наталья Глебова помалкивает сидит, а очень хочется услышать. Вы заведуете отделом диспансерной и лечебно-диагностической помощи, то есть вы работаете непосредственно с людьми, которые…

Наталья Глебова: Которые имеют ВИЧ-позитивный статус.

М.М.: Юля уже рассказала о цифрах по России, по Амурской области пока не было этих цифр, а хочется их услышать. Затем я попрошу вас рассказать об этой вашей работе. Что значит, вы с ними работаете, как это происходит? Юля давайте цифры по Амурской области.

Юлия Натыкан: Все любят цифры у нас.

М.М.: Нет, мы же должны понимать, нас каждое утро, день, вечер пичкают, что там еще один погиб от коронавируса, здесь заразилось 15 человек, про ВИЧ мы ничего не знаем, но можем зайти на сайт, где-то что-то посмотреть.

Юлия Натыкан: Если говорить об эпидситуации на сегодняшний час, то мы уже имеем 1 500 ВИЧ-инфицированных – это кумулятивное число, зарегистрированное на территории Амурской области.

М.М.: Полторы тысячи из меньше чем 800 тысяч?

Юлия Натыкан: Да. У нас эпидситуация достаточно напряженная. Если в целом по Российской Федерации в 2019 году наблюдалось некое снижение уровня заболеваемости, то есть выявление новых случаев ВИЧ-инфекции, то у нас на протяжении уже последних 5 лет ежегодно идет рост заболеваемости. Если в 2018 году рост заболеваемости у нас составил всего 8 %, то 2019 год нам дал уже 40 %.

М.М.: Прирост?

Юлия Натыкан: Не прирост, а рост заболеваемости.

М.М.: Давайте поясним.

Юлия Натыкан: Я скажу в абсолютных числах. Если в 2018 году у нас было выявлено 153 случая заболевания ВИЧ-инфекцией, то за 2019 год эта цифра составила 212.

М.М.: Что такое вот вы говорите заболевание? Это значит, человек имеет позитивный статус?

Юлия Натыкапн: Да, выявленный.

М.М.: Это не значит, что у него какие-то уже проявления, последствия?

Юлия Натыкан: Нет.

М.М.: Вот, я именно это хотел, чтобы вы произнесли, потому что заболевание ВИЧ-инфекцией, ну вы заразились, по сути дела, так? То есть у вас организм вырабатывает антитела, как это по-научному говорится, поправьте, если я где-то ошибусь. Между ВИЧ и СПИДом это большая, хотя, может быть, и не такая большая, как кажется, разница и небольшое расстояние?

Наталья Глебова: Во-первых, ВИЧ – это вирус иммунодефицита человека, а СПИД – это уже синдром приобретённого иммунодефицита, то есть это уже, как говорится, последняя стадия ВИЧ-инфекции. С чем это связано? С тем, что многие пациенты не вовремя встают на диспансерный учет либо отказываются от лечения, не принимают противовирусную терапию.

М.М.: То есть вот этот самый вирус иммунодефицита человека, он живет в организме и не как себя…

Наталья Глебова: Он размножается.

М.М.: Не проявляет агрессивно?

Наталья Глебова: Он может примерно лет 5-10 себя агрессивно не вести, но в течение вот этого времени это все может перерастать в стадию вторичных заболеваний.

М.М.: Что, например?

Наталья Глебова: Человек восприимчив к таким заболеваниям, как туберкулез, пневмония либо какие-то другие заболевания, например, банально ОРВИ может ВИЧ-инфицированный более тяжело, чем здоровый человек.

М.М.: То есть другими словами он и называется вирус иммунодефицита человека, то есть у человека разрушается иммунная система.

Наталья Глебова: Страдает иммунная система.

М.М.: Собственно, этим он и опасен, это его основная цель - убить иммунную систему человека.

Наталья Глебова: Да, все верно.

М.М.: Если с нашей точки зрения, я не знаю с его точки зрения, чего он там добивается, наверное, существовать, размножаться, плодиться. На сегодня сколько уже здесь у нас в Амурской области, какова статистика, сколько умерло человек от СПИДа? Эля, вы сказали, что некоторые умирают по другим причинам инфицированные люди, поэтому говорить, зафиксировано ли, что именно человек умер от СПИДа, сколько таких людей?

Наталья Глебова: За весь период у нас зарегистрировано 88 летальных случаев именно по причине СПИДа на территории Амурской области

М.М.: 88 случаев, сколько сейчас зарегистрировано?

Юлия Натыкан: Полторы тысячи.

М.М.: Это плюс-минус?

Юлия Натыкан: Да.

М.М.: Обращаюсь к Наталье Глебовой: скажите, вот это вот работа с людьми, у которых оказался положительным вот этот самый тест и как статус подтвердился ВИЧ-инфицированного, с чего начинается эта работа? Люди же, которые узнают об этом сразу, они попадают к вам? Как все это происходит?

Наталья Глебова: Если выявляется положительный анализ, то с этим человеком проводится эпидрасследование, далее пациент приходит к нам.

М.М.: Кто проводит? Что за эпидрасследование? В чем оно заключается? Кто его проводит?

Наталья Глебова: Это расследование проводят врачи-эпидемиологи либо помощник эпидемиолога, где выявляются контактные, с кем именно контактировал пациент для того, чтобы этих контактных тоже обследовать в дальнейшем.

М.М.: То есть методом опроса?

Наталья Глебова: Да, методом опроса. Далее этот пациент ВИЧ-позитивный, приходит в учебный отдел, мы его в дальнейшем обследуем дополнительными методами исследования. То есть проводится определение вирусной нагрузки и иммунного статуса этого пациента, то здесь мы можем более подробно посмотреть, сколько именно вируса накопилось в крови данного пациента и в каком состоянии находится его иммунный статус.

М.М.: То есть вирус не просто попал, он еще…

Наталья Глебова: Как реагирует.

М.М.: Его еще должно определенное количество накопиться?

Наталья Глебова: Да. Бывает такое, что человек очень давно болеет, и при этом у него уже большое количество вируса в крови. Из-за того, что большое количество вируса в крови, иммунитет снижается, вирус действует на наши Т-лимфоциты – это наши защитники иммунной системы, при этом этот вирус поражает наши Т-лимфоциты.

М.М.: По сути, человек может умереть от любой простуды?

Наталья Глебова: Да. Если вовремя пациент не начнет лечиться, то печальный исход возможен.

М.М.: Вот я не знаю, смотрели вы или нет, мне кажется любой, наверное, или, по крайней мере, мне так хотелось бы думать, что любой сотрудник вашего профиля, вашей организации или подобных организаций обязан посмотреть, хотя я призываю каждого человека вообще посмотреть тоже фильм один, который вышел, по-моему, полтора год назад – «Звоните ДиКаприо». Там Александр Петров играет. Фильм, где он сначала услышал краем уха, что умерла девушка, с которой у него там был какой-то контакт, видимо, сексуальный, затем его это заинтересовало, он пошел, проверился, и ему сказали, что, да. Он пошел повторный еще проходить, вот насчет этого повторно проходить, сколько сейчас этот тест дает процентов гарантии? Есть ли случаи, когда у человека сначала вроде бы положительный анализ, а потом выясняется при дальнейшем обследовании, что на самом деле это не так? Были такие случаи? Они вообще бывают?

Наталья Глебова: Такие случаи бывают, но они очень редкие, это единичные случаи.

М.М.: А чем это объясняется?

Наталья Сопнева: Просто при некоторых аутоиммунных заболеваниях, онкологических заболеваний они могут давать ложноположительную реакцию в ИФА, но для этого есть еще другое исследование, то есть в иммунном блоте, где смотрят непосредственно белки, определяют этот вирус, то есть это уже 100%.

М.М.: То есть более глубокое исследование?

Наталья Сопнева: Да, при более глубоком исследовании мы уже или подтверждаем, или снимаем этот диагноз.

М.М.: То есть в любом случае оно проходит дополнительно?

Наталья Сопнева: Обязательно, чтобы исключить вот эти вот ложноположительные реакции.

М.М.: Как вы уже сказали, сроки важны, то есть если там есть сомнения, ты не просто же так вот эти 3, 6, 12 месяцев вы назвали эти строки.

Наталья Сопнева: Эти более углубленные, тут уже от сроков не зависит.

М.М.: Я понимаю.

Наталья Сопнева: Если он есть, то он определяется более углубленно. Вот экспресс-тесты, в принципе, последнего 4 поколения у них чувствительность 99 %, то есть погрешность очень маленькая.

М.М.: Которые по слюне?

Наталья Сопнева: И по слюне, и по крови, они разные бывают. Вот эти экспресс-тесты последнего поколения довольные такие чувствительные и уже определяют, информативные.

М.М.: Вот у человека все это дело обнаружили, вы сказали, что он приходит, вот по поводу расследования еще хочу уточнить. Мы же не можем гарантировать, что человек все расскажет о том, какие у него с кем контакты и все такое, как с этим быть или это на совести, что называется?

Наталья Глебова: Что касается эпидемиологического расследования, на каждый случай заболевания проводится беседа с пациентом.

М.М.: Как раз ваш отдел этим занимается?

Наталья Глебова: Да. Эпидрасследование проводится для того, чтобы установить путь заражения, источник и сроки заражения пациента. Конечно, зачастую это достаточно сложно в связи с тем, что люди достаточно скрытные, вы правильно сказали, что где-то они стесняются, но, тем не менее, все-таки больший процент пациентов у нас устанавливается. То есть беседа проводится тет-а-тет, то есть мы говорим о том, что данная информация за пределы центра не выносится никуда, карты находятся под особым хранением, у нас существует база данных, которая также зашифрована полностью.

М.М.: Случаев утечки не было?

Наталья Глебова: Да, из центра СПИД не было, и я думаю, что таких случаев даже и не будет. В беседе мы выявляем контактных. Для чего мы их выявляем? Не только для того, чтобы установить источник заражения и путь заражения, а также для того, чтобы провести своевременное обследование данных лиц на ВИЧ,

М.М.: Чтобы это дальше не пошло?

Наталья Глебова: Да, мы обозначаем круг.

М.М.: Чтобы не распространилось?

Наталья Глебова: Да. Это могут быть контактные - это половой путь передачи, но у нас в 2019 году на 12 % увеличился парентеральный путь передачи.

М.М.: Что это?

Наталья Глебова: Это лица, употребляющие наркотические препараты внутривенным способом - парентерально.

М.М.: Больше колоться начали?

Наталья Глебова: Да, при анализе данный факт мы установили. То есть мы выявляем эти контакты, пациенты рассказывают, дают фамилию, имя, отчество, некоторые, кто не знает фамилии, даже дают прозвища, номера телефонов, мы обзваниваем данных лиц, вызываем их на обследование. При этом контактному лицу, конечно, мы не сообщаем о том, от кого мы получили информацию

М.М.: Как же им объяснить? Мне звонят и говорят, что мне надо пройти, с какого перепуга, что это я должен?

Наталья Глебова: Нет, мы так и объясняем, что вас назвали, как контактное лицо по ВИЧ-инфекции, мы, таким образом, говорим, а кто назвал, этого мы, конечно не говорим.

М.М.: Какие еще? Вы назвали сексуальные контакты, иглы наркоманские, татуировка прозвучало слово.

Наталья Глебова: У нас на территории Амурской области таких случаев не выявлено.

М.М.: Народ ездит за границу, там, в непонятных условиях делают пластические всякие операции, я своими глазами видел, в каких условиях это делается за рекой у нас.

Наталья Глебова: Данный случай передачи достаточно сложно установить. Здесь данный путь передачи возможно установить, если полностью исключить половые контакты, какие-то парантеральные, в плане там употребления наркотиков здесь еще можно заподозрить, ну в основном все-таки это половой путь.

Наталья Сопнева: Если все-таки он до операции сделал анализ и после, тогда можно, вероятно, сказать, что у него до не было и вдруг стало.

Наталья Глебова: Такие случаи есть, их регистрируют на территории Российской Федерации, но у нас таких случаев не было, по крайней мере, мы не устанавливали.

М.М.: Вы знаете, в этом документальном фильме еще прозвучала тема такая по поводу лекарств, доступности, Наталья тоже об этом говорила. То есть люди начинают получать вот это самое лечение, то есть лечение заключается в том, как я понял, принимаются препараты, там даже парень демонстрировал таблетки. Ему выдается одна большая, которая ему поперек горла встает иногда, и какие-то маленькие, кучку я выпиваю с утра, какие-то – в течение дня. То есть вот эти таблетки, которые как раз не дают вирусу развиваться, размножаться в том количестве, которые опасны для организма человека, так все?

Наталья Глебова: Все вы верно говорите. Мы в полном объеме обеспечены лекарственными препаратами, пациенты получают бесплатное лечение, лечение пожизненно, то есть каждый день человек принимает терапию без перерыва.

М.М.: Тут уже не отвертеться никак?

Наталья Глебова: Да, можно так сказать.

М.М.: Бывает, что они вдруг куда-то исчезают?

Наталья Глебова: Есть такие случаи, когда пациенты полностью отказываются от лечения, считают, что это им не нужно.

М.М.: То есть человек имеет право отказаться?

Наталья Глебова: Да, конечно.

М.М.: Насильно его никто не заставит?

Наталья Глебова: Конечно.

М.М.: Что тогда?

Наталья Глебова: Такие случаи у нас были, когда пациент отказывается от лечения, через несколько лет, когда он попадает на какое-то стационарное лечение в тяжелом состоянии, то тут уже он соглашается, конечно, на терапию.

Юлия Натыкан: Иногда это бывает уже поздно.

Наталья Сопнева: То есть отказ от приема препаратов влечет к развитию резистентности, то есть все препараты, которые на него раньше еще действовали, если их назначить вновь после перерыва, то они на него уже действовать не будут. Нужно будет назначать другие схемы, другие препараты более тяжелые

М.М.: Наверное, и более дорогие, даже небезопасные?

Наталья Сопнева: Более тяжёлые, еще не факт, что и они подействуют. Почему говорим, что если вы приняли решение, что вы будете принимать терапию, если это решается на приеме врач – пациент, пациент должен для себя принять решение: да, я согласен, я буду принимать терапию, он подписывает информированное согласие, что он информирован о последствиях, если вдруг прервет. Конечно, как у любого нормального человека, наступает момент усталости, когда он устает принимать эти таблетки. Тут важно доктору на приеме психологически еще помощь оказывать.

М.М.: С какой периодичностью человек должен приходить к вам для чего-либо?

Наталья Глебова: Для получения лекарственных препаратов – раз в 3 месяца, раз в 4 месяца он приходит для контроля анализов, то есть мы контролируем именно количество вируса в его крови. Если он принимает, мы видим, что пациент регулярно пьет таблетки, то вируса в крови у него нет. Но полностью излечить от ВИЧ-инфекции мы не можем, то есть вирусы будут долго еще.

М.М.: Не придумали еще такого.

Наталья Глебова: Да. Он так и будет содержаться в крови, но в малом очень количестве.

М.М.: То есть, когда вы говорите его нет, это значит, его очень мало, на самом деле он там есть?

Наталья Глебова: Да, в зависимости от систем определения вируса его может быть в количестве менее 50 копий в миллилитре.

М.М.: Говорилось о том, что у людей, инфицированных ВИЧ-инфекцией, без проблем могут рождаться совершенно дети здоровые и даже контакты половые могут быть безопасны? Это действительно так? При каких условиях все это?

Наталья Глебова: Во-первых, будущая мама, которая собирается стать матерью, как говорится, она должна обязательно принимать химия- профилактику.

М.М.: У которой ВИЧ?

Наталья Глебова: Да, ВИЧ-позитивная пациентка. Для чего это делается? Для того, чтобы не передать ВИЧ- инфекцию своему будущему ребенку.

М.М.: Какая-то еще специальная, дополнительная профилактика?

Наталья Глебова: Во-первых, это те же самые препараты, которые необходимы и для лечения пациентов, но есть категория именно безопасных во время беременности. То есть они на плод никакое действие не оказывают, то есть мамочка принимает во время беременности, во время родов, и также эти препараты даются ребенку в течение месяца после рождения. Это все делается для профилактики, для того, чтобы ребенок родился здоровым.

М.М.: А после этого она переходит на схему, которую она принимала до беременности своей?

Наталья Глебова: Да, в дальнейшем такой ребенок у нас находится под диспансерным наблюдением до полутора лет. В течение этого времени мы обследуем этого ребенка для того, чтобы вовремя выявить, если есть у него ВИЧ-инфекция или нет. Если в течение полутора лет ребенок отрицательный, то мы его снимаем с диспансерного учета.

М.М.: Может, сказать хотя бы приблизительно, может, точные у вас есть цифры, сколько у нас родилось детей от ВИЧ-инфицированных мам? Сколько может быть все-таки, к сожалению, получили этот вирус? Есть у вас такие данные?

Наталья Глебова: У нас родилось более 200 детей за весь период.

М.М.: Весь период, с какого года?

Наталья Глебова: Первый случай ВИЧ-инфекции был в 1995-м. За весь период наблюдений у нас родилось более 200 детей, у некоторых женщин у нас даже по два ребенка есть, это дети здоровые. Но, к сожалению, есть случаи и перинатального заражения. У нас таких детей 14.

М.М.: Наверняка всё-таки анализировали, почему так могло произойти?

Наталья Глебова: Анализировали. Это все женщины из группы риска, то есть это все асоциальные женщины, которые отказывались от антиретровирусной терапии, либо женщины, которые страдают алкоголизмом, наркоманией, то есть мы получили вот такие результаты.

М.М.: То есть те, кто не соблюдал терапию.

Наталья Сопнева: Кто-то из мамочек не верил, когда всех ВИЧ-инфицированных женщин предупреждают, что кормить грудью нельзя, потому что через грудное молоко в небольшом количестве вирус передается и можно заразить ребенка. Некоторые мамочки, начитавшись в интернете всяких, что СПИДа нет, что все это ерунда, и она кормила грудью, и такие случаи были.

М.М.: И заражала ребенка?

Наталья Сопнева: Да. Сначала ребенок был здоров, а после кормления грудью такое было.

М.М.: Да вы что? Я все-таки в большей степени сторонник того, что людей надо, конечно же, просвещать, и мы, собственно, этим и занимаемся на нашем радио, просвещаем, насколько у нас хватает, как говорится, времени и сил, и специалистов, и вы вот сегодня для этой цели здесь. Давайте еще раз проговорим для наших слушателей с детьми: вы общаетесь, нас слушает более взрослая аудитория, как раз те самые, которые может быть и считают, что никакого СПИДа нет, что это все придумал Черчилль какой-то там условный, или нас это не касается. Все-таки способы передачи вот этой инфекции они сегодня известны все. Какие это способы?

Наталья Солпнева: Первый - это половой путь, это любой незащищенный половой контакт.

М.М.: Вот вы говорите первый?

Наталья Сопнева: Самый частый, самый распространенный.

М.М.: Неважно, какой это контакт? Гетеросексуальный?

Наталья Сопнева: Неважно, любой незащищенный половой контакт. Следующий путь - это парентеральные пути передачи, то есть это любые манипуляции, связанные с попаданием в кровь человека вируса, то есть это инъекции, медицинские манипуляции, пирсинги, татуировки, посещения маникюрных салонов. Там, где есть возможность травмирования кожи и попадания в кровь вируса, это называется парентеральный путь передачи.

М.М.: Такие вещи крайне редки? У нас находили такие, выявлялись?

Наталья Глебова: Нет, у нас в основном только идут внутривенные наркоманы.

Наталья Сопнева: Потребители.

М.М.: Кстати, переливание крови?

Наталья Сопнева: Это же в парентеральный путь передачи входит.

М.М.: Там же проверка?

Наталья Сопнева: Там очень все строго.

Наталья Глебова: Таких случаев на территории области у нас не зарегистрировано. Во-первых, у нас доноры обследуются, кровь проходит полную карантиризацию, также проводится исследование крови, как на ВИЧ, так и парентеральный вирусный гепатит.

М.М.: А кровью, что значит, карантин? Это она хранится какое-то время?

Наталья Сопнева: Да.

М.М.: Там может что-то всплыть?

Наталья Сопнева: Конечно, как раз это период скрытого «окна», когда он существует до 6 месяцев.

М.М.: В крови просто может размножаться, необязательно ему в самом человеке находится?

Наталья Глебова: Конечно.

Наталья Сопнева: Последний путь передачи - это вертикальный, так называемый от матери к ребенку во время беременности, родов и кормления грудью.

М.М.: Все, больше никаких способов не существует сегодня?

Наталья Сопнева: Нет.

М.М.: Если кто-то думает, что вот на него чихнул там ВИЧ-инфицированный человек и все, караул, надо бежать проверяться? Или поцеловался?

Наталья Сопнева: У нас есть горячая линия, куда можно позвонить и задать вопросы по ВИЧ-инфекциям. Недавно мне позвонила одна девушка и сказала, что вот она сейчас раздавила комара и там была кровь, а вдруг он ВИЧ- инфицированный? Это жизнь, это реально, был звонок такой. Я ей рассказывала, что никакие насекомые, животные этот вирус не переносят, что это заболевание, которое передается только от человека к человеку.

М.М.: Точно известно, что не переносится?

Наталья Сопнева: Не переносится. Понимаете, размеры вируса, он, как ключик к замочку человеческому, в комарах никаким образом.

М.М.: Ведь комар кровь высасывает, покусал и пошел кому-то передал.

Наталья Сопнева: Никакие комары ВИЧ не передают и не переносят. Это реально люди спрашивают, мы рассказываем, что бояться этого не надо, если собака вас покусала, вы ВИЧ-инфекцией не заразитесь. Вот 3 пути - от человека к человеку, все, никаким другим путем.

М.М.: Если человек хочет провериться, какие у него есть способы для этого? Вот вы же говорили, что вы приходите даже в организации, и некоторые отказываются: нам это не надо, и предлагаете бесплатно пройти тестирование. Кстати, дорого стоит экспресс-тест?

Наталья Сопнева: По слюне – 250 рублей.

М.М.: Не так дорого, но вот человек хочет пройти бесплатно, как он может это сделать?

Наталья Сопнева: В поликлинике по месту жительства.

М.М.: Если он не хочет это афишировать себя?

Натальяч Сопнева: Есть кабинеты анонимные, но это уже за деньги.

М.М.: Бесплатно, если с паспортом, с медицинским полисом?

Наталья Сопнева: Сейчас проанализирую ситуацию по Амурской области, мы – определенная территория, где высокая заболеваемость ВИЧ-инфекцией, мы открыли аутрич-офисы. Это кабинет, где можно пройти анонимно, бесплатно пройти экспресс-тест по крови.

М.М.: Где они находятся?

Наталья Сопнева: Магдагачинский район, Сковородинский район, Серышевский, в этом году мы еще откроем несколько таких офисов.

М.М.: По плотности, если говорить инфицированных людей, у нас где больше живет, там и больше плотность? Да?

Наталья Сопнева: Благовещенск, Благовещенский район, крупные города – Тында, Сковородино, Свободный.

М.М.: Спасибо. Сегодня мы говорили с сотрудниками нашего Амурского областного центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями – Юлией Натыкан, Натальей Глебовой и Натальей Сопневой. Спасибо.

Просмотров всего: 456

распечатать

Комментарии закрыты