29февраля
Предыдущий материал Следующий материал
14 февраля 2020, 11:22 0

Мария Безрук – PR-директор фильма «Счастье в конверте», Евгений Бедарев – автор сценария: почему эту картину стоит смотреть всей семьей

Мария Безрук – PR-директор фильма «Счастье в конверте», Евгений Бедарев – автор сценария: почему эту картину стоит смотреть всей семьей

Михаил Митрофанов: Сегодня у нас в гостях два замечательных человека, не побоюсь этого слова, – это автор сценария фильма «Счастье в конверте» Евгений Бедарев и кинокритик, PR-директор картины Мария Безрук. Вы к нам прибыли необычным, прямо скажу, способом, потому что не часто к нам заезжают люди по земле, в основном прилетают по воздуху, а особенно москвичи, откуда-то из западных регионов, поскольку проще прилететь на самолете, чем тащиться на поезде какие-то дни, недели, сутки, а вы еще с таким вот заездом через Владивосток. Как, кстати говоря, вашу акцию можно назвать или кампанию – это что, автопробег?

Евгений Бедарев: Да, это автотур в поддержку фильма «Счастье в конверте».

М.М.: Автотур?

Е.Б.: Автобусный тур, именно от слова автобус.

М.М.: Вся ваша команда помещается в один автобус, он красочно расписан, брендированный, конечно же, вот этим фильмом, который вы везете через всю страну. Ну, мы сейчас поговорим о картине, как она создавалась и как был придуман вот этот самый тур. Начну с тура, тур-то кто придумал?

Е.Б.: Это родилось в недрах нашей компании, в недрах команды, когда мы начали продвигать наш народный фильм. У нас народный фильм, мы считаем, для народа, о простых людях, и мы подумали, как же нам эту историю им показать. В первую очередь мы хотели делать такой заход не из Москвы, как обычно бывает, когда рекламируется фильмы по большим телевизионным каналам.

М.М.: Ну как у нас все сверху спускается, от Администрации президента, из Кремля, из Садового кольца, то есть привыкли люди, чтобы им в рот положили.

Е.Б.: У людей уже этот как бы мусор накапливается, уже не воспринимается много информации, когда сверху.

М.М.: Ой, ой! Хотя ладно на нашем радио можно такие слова говорить, как мусор накапливается. Я шучу. Но на самом деле мусора много, чего тут говорить.

Е.Б.: Когда это все идет, валится с телевидения, с радиостанций, из газет и люди уже начинают от этой информация открещиваться, они ее просто не слышат, она идет, как белый шум. Поэтому мы подумали, что нужно делать это ярко заметно и прийти к людям непосредственно в их дома, в их города и фильм привезти из регионов уже в Москву.

М.М.: Я просто сразу хочу ремарку сделать, чтобы слушатели не подумали, что вы привезли какое-то там оппозиционное пропагандистское кино, как нас тут кое-кто еще называет по-прежнему – оппозиционная. То есть вы, когда говорится, что вот этот мусор, то имеется в виду…

Е.Б.: Мусор – это когда много рекламы, много информации.

М.М.: Не пропаганда какая-то чего-то или за что-то?

Е.Б.: Нет. Я имею в виду, что многие фирмы, товары, продукты, они рекламируются активно на телевидении.

М.М.: Агрессивная такая реклама?

Е.Б.: Да, агрессивный маркетинг вот это я называю, когда постоянно идет реклама, реклама – это получается такой информационный мусор, который для людей уже не считывается, они уже слишком перегружены подобного рода информацией.

М.М.: То есть это наоборот влечет, может быть, за собой отторжение.

Е.Б.: Конечно.

М.М.: То есть обратный эффект?

Е.Б.: Именно.

М.М.: Вы решили с этим туром поехать к людям?

Е.Б.: Именно, к обычным людям, потому что наш фильм про простых людей, про их радости, горе, надежды, печали.

Мария Безрук: Тут еще есть один момент. Дело в том, что наша картина ориентирована на широкую аудиторию, в том числе на людей, которые давно не ходят в кино. Это возрастная аудитория, это аудитория среднего возраста, живущая в регионах, те люди, которые имели привычку еще в советское время ходить в кино регулярно, но современный репертуарный кинотеатр не предоставляет того контента, который привычен и желаем этой аудитории. А наше кино, оно как раз для них, она такое, оно немножко оттуда, по настроению. Поэтому нам было необходимо выйти на непосредственный контакт с нашей целевой аудиторией для того, чтобы потом люди из уст в уста, друг другу его рекомендовали. Сегодня, как правильно Женя заметил, очень много рекламного мусора, люди перестали доверять какой-либо рекламе.

М.М.: В этом усматривается какой-то подтекст.

М.Б.: Совершенно верно.

Е.Б.: Манипулирование.

М.Б.: Ангажированность и так далее.

М.М.: Особенно, когда в титрах пишут при поддержке министерства какого-то, уже слово министерство культуры…

М.Б.: Конечно. Мы как раз без поддержки министерства культуры.

М.М.: Да, я обратил внимание.

М.Б.: Поэтому на сегодняшний день самым рабочим инструментом, самым честным является так называемое сарафанное радио, то есть рекомендация. Когда люди сами посмотрели кино, советуют его знакомым и родным и так далее, с помощью 6 рукопожатий эта информация доходит до тех, кому она адресована. Поэтому мы решили ликвидировать все прокладки возможные между нами и зрителями, поговорить непосредственно с ним.

М.М.: За это вам, как нынче говорят, респект. Потому что действительно сейчас мы тоже с этим сталкиваемся и даже занимались вот этими проблемами, что, несмотря на развитие каких-то коммуникационных технологий, они сейчас развиты, как никогда, но странная вещь произошла или, может быть, не странная, закономерная, не знаю, но как раз это и препятствует непосредственному общению, то есть то, что называют вербальным общением, человек с человеком, этого нет, это все куда-то уходит. Когда я увидел, узнал о том, что вот едет команда, едут на автобусе, везут кино, будут его представлять и там даже в некоторых городах. Но, к сожалению, к нам вся ваша заявленная компания не смогла приехать, ну понятно, что это невозможно, конечно, 23 города, а тем более артисты заняты, но вышли живые люди, конкретные, которые непосредственно занимаются этим фильмом, автор сценария, когда выходит и говорит. Я, честно говоря, помню только в Москве, в Санкт-Петербурге, тогда еще в Ленинграде, вот эти показы, представления, когда выходили артисты, у нас здесь «Амурская осень» бывает, но вы слышали об этом. Это действительно дорогого стоит, это общение.

М.Б.: На самом деле таких вещей, как делаем сейчас мы, не делал еще никто, потому что практика регионального турне она, как правило, во-первых, исчислялась максимум пятью городами на семью, и самое главное, люди стали на самолетах. А вот так перелететь через всю страну во Владивосток, поехать на автобусе от Владика до Санкт-Петербурга, вот этого еще никто не делал, и все, кстати, наши коллеги за нами сейчас пристально в Москве наблюдают. Не хочу говорить слово, когда у нас все получится, я убеждена, что это ноу-хау с компанией «Интеграция», обязательно будет взято на карандаш, и это будет вскоре одним из самых популярных способов продвижения.

М.М.: Франшизу будете продавать и все. На самом деле туры эти были, они происходили, но на другую тему, по другому поводу, какие-то патриотические.

Е.Б.: Да нет, мы говорим чисто про продвижение кино.

М.М.: Это действительно. И, кстати вчера, когда была региональная премьера здесь, у нас, правильно называется?

Е.Б.: Совершенно верно. 100% премьера.

М.Б.: Для нас это принципиально, потому что, как правило, премьера всегда первая в Москве, а потом люди едут в Питер, а потом, может быть, еще и в другие города, в Новосибирск, в Казань.

М.М.: В крупные города.

М.Б.: А у нас наоборот. Наша стратегия выстроена таким образом, что у нас проходят премьеры официальные в регионах и только в конце премьера случается в Москве и Санкт-Петербурге.

Е.Б.: Потому что у нас фильм о стране и, по сути, для жителей этой страны, о простых людях.

М.М.: Вчера, когда была премьера, я на ней был, сразу же скажу, чтобы не забыть нашим, хотя не забуду, еще раз напомню нашим слушателям, рекомендую посмотреть фильм, причем рекомендую посмотреть всей семьей пойти, хотя там есть ограничение 12 + , насколько я помню?

Е.Б.: Да, но ограничение оно условное из-за того, что у нас в стране сейчас активно пропагандируется ЗОЖ, и то, что у нас герои курят, вот это и стало основанием для того, чтобы дать категорию 12+ рейтинг. Но, по сути, там настолько семейные ценности поднимаются, настолько говорится о добре, о любви, о совести, о мечтах, что это странно видеть такой рейтинг. Но опять же режиссер не хотел убирать курение, потому что иначе это было бы выхолощенность, сепарированная картинка.

М.М.: Безусловно.

М.Б.: Вранье.

М.М.: Это перебор, когда говорят, что волку надо запретить курить в «Ну, погоди!» – это вот из этой серии.

Е.Б.: Совершенно верно.

М.М.: Тем более когда в фильме фигурирует герой-первоклассник, но это вообще бред какой-то, про первоклассников показывают для кого? Для бабушек и для дедушек, а детям нельзя смотреть.

Е.Б.: А вот дедушка его по сюжету курит, потому что многие дедушки, а особенно если они прошли войну, они ветераны и были курящие.

М.М.: Нет, мы за здоровый образ жизни, и мы ни в коем случае не пропагандируем алкоголь, курение, мы против этого. На нашем радио мы всегда говорим, что это вредит вашему здоровью.

М.Б.: Мы с Женей не курим.

М.М.: И Минздрав, я тоже уже бросил давно. Действительно нужно прийти посмотреть всей семьей, почему? Потому что кино это удивительная вещь, когда перед фильмом был вот этот ролик, где актеры, зрители, разные люди представляют и говорят об этом фильме. Там Саша Петров говорит очень хорошо об этом, что ниша эта пуста, действительно как пуста ниша сейчас, по сути дела, детского кино, которого, в общем-то, нет по факту в стране.

Е.Б.: Согласен.

М.М.: Так что подобие какое-то делается, дай бог все вернется, но такое человеческое, именно не про каких-то фантастических существ, хотя сказка тоже нужна, безусловно, а вот про живых людей, чтобы вспомнить о том, что рядом с тобой. Вот мы рядом, друг с другом, не надо там про каких-то абстрактных героев, вообще про народ в целом, когда начинают такими категориями рассуждать, то как-то уже хочется выключить вот это вот дело, а здесь именно живой человек, один конкретный. Вот два друга, и как они между собой, то есть заставляет включить какие-то чувства, какие-то эмоции вот это картина у вас. Я правильно понял, что идея – это Светлана?

Е.Б.: Да, совершенно верно. Идея фильма – это идея режиссера Светланы Сухановой, она очень давно хотела снять такую историю, как она говорит, чтобы мне хотелось посмотреть ее вместе с мамой или для того, чтобы пережить какое-то ощущение, впечатление, катарсис, то есть я снимала такое кино, которое хотела бы посмотреть сама. Потому что она говорит, кино должно обучать, оно должно чему-то то учить.

М.М.: Учить, не в смысле учить, а внутри.

Е.Б.: Душевно, потому что она говорит, должны быть такие мысли, когда человек, посмотревший фильм, сидит и думает – а как я бы поступил в той или иной ситуации, когда он начинает себе эти ситуации прорабатывать, прорабатывать свое отношение к ним. Вот это самое главное, когда есть послевкусие, последействие после фильма. Не просто мы посмотрели, как говорится, поржали и разошлись, а ты еще ходишь, думаешь.

М.М.: Причем не просто поржать, а тупо поржать.

М.Б.: Мне кажется, мы должны немножко помочь нашим зрителям и рассказать в двух словах о том, что это за кино и о чем оно.

М.М.: Обязательно.

Е.Б.: Потому что вам-то повезло, вы видели.

М.М.: Три новеллы.

М.Б.: Я сейчас поняла, что мы понимаем, о чем вы говорите, какие два друга, какой мальчик, сейчас там такая каша в голове.

М.М.: Переходим к этой части программы. Фильм состоит их трех новелл, они связаны сюжетной линией, почта, кстати, почта – это вот такая тема тоже отдельная, вот эти вот рукописные письма, это тоже очень важный момент, и здорово вы придумали перед началом сеанса, когда люди могли там открытку написать кому-то из своих близких.

М.Б.: Да, вообще это очень важная для нас акция «Почта счастья». Мы, уезжая из Москвы захватили с собой 7 тысяч конвертов и 7 тысяч открыток с нашими имиджами и пожеланиями счастья, предлагаем в каждом городе зрителям перед фильмом написать письмо своим родным и близким. Вы знаете, я в какой-то момент подумала, что я тоже…

М.М.: Не хватит?

М.Б.: Ну я тоже хочу поучаствовать в этом и поняла, что мне писать некому. Я завидую по-настоящему азарту наших зрителей, которые пишут, в каждом городе мы по 200, по 300 писем собираем от наших зрителей, покупаем марки в этом же городе. Один из наших продюсеров их наклеивает собственноручно, отправляем до выезда в следующую точку, отправляем посредством заброски в почтовый ящик.

М.М.: Я тоже написал.

Е.Б.: Здорово. Теперь будете ждать, когда будет отклик с той стороны, когда письмо придет. Мы начали рассказывать – это история о письмах. И вот однажды зимним вечером на почтовом отделении собирается 3 женщины, 3 почтальона разных возрастов и рассказывают свои истории, 3 истории в каждой из которых фигурируют письма, это я говорю для зрителей.

М.М.: Почему «Счастье в конверте»?

Е.Б.: Почему «Счастье в конверте? Потому что в каждом из историй красной нитью проходит письмо. В одной новелле – это два фронтовых друга, которые обсуждают, мечтают, которые живут на берегу Черного моря. В другой история, это скажем, такая родительская тема поднимается, отношения матери и сына, матери и дочери. И третья о том, как мальчик пишет письмо Деду Морозу, потому что хочет поверить в чудо и хочет, чтобы его жизнь волшебным образом изменилась. Вот об этом истории, о простом человеческом, о вере, о чуде, о счастье.

М.Б.: С кинокритической точки зрения – это абсолютно уникальная конструкция, где мы можем наблюдать все типологии взаимоотношений между людьми, мама с дочкой, дедушка и внук, друзья.

М.М: Сверстники.

М.Б.: Вот все типы связей между людьми, которые существуют, они так или иначе все заявлены в картине. Именно по этой причине она работает таким образом, что каждый зритель находит во всех историях, либо в одной из них свою собственную историю, видит в ком-то из героев самого себя. Это очень здорово.

М.М.: Я себя поймал на мысли в какой-то момент, так ассоциативно, когда смотрел фильм, вспомнил почему-то фильм «Елки – 1», именно первую картину, потому что следующие они…

Е.Б.: Там уже была фабрика, поставленная на поток.

М.М.: Искусственного много всего. А первая понравилась мне именно своей непосредственностью, эти вот рукопожатия, о которых вы говорили. Ну там чего-то такого все равно, наверное, не хватило, хотя и сюжет другой, все остальное, но тем не менее.

М.Б.: А я вам скажу, в чем радикальное отличие между «Елками» и нами. Хотя нам очень приятно, когда нас сравнивает с «Елками», вы не первый, кто упоминает об этом.

М.М.: Мне кажется, что это естественно – про людей, человеческие истории.

М.Б.: Это хорошо, мы не открещиваемся, а наоборот говорим: «Да». Мы, в общем, отчасти в той же нише, но с очень большим различием. «Елки», в принципе, были раскручены за счет того, что в каждой из новелл участвовали суперзвезды, не просто медийные артисты, а суперзвезды. Главное, первые «Елки» были, я помню, просто прекрасно первую презентацию проекта на кинорынке в Питере, я помню реакцию директоров кинотеатров, потому что им было неважно, про что кино, им было важно, что там есть Светлаков, Ургант и т.д. Наша картина построена совершенно по-иному принципу, у нас нет звезд, у нас нет медийных лиц, но у нас есть замечательные артисты.

М.М.: Прекрасные артисты в этом фильме, смотришь и веришь действительно. Я понимаю, о чем вы говорите, когда мы привыкаем, конечно, есть, безусловно, звезды, тот же Петров, но, когда человек, вот как Безруков, мне кажется, его такая тяжелая карма, что называется, во всех уже образах там побывал, Иисус Христос и Пушкин, Есенин. И уже смотришь и не понимаешь вообще, кто это. Не знаю, может, это со мной только что-то не так в голове.

М.Б.: Вы знаете, что интересно, с западными артистами этого не происходит. Это наша российская болезнь. Западных артистов шлейф сыгранных ролей не портит, и все равно как-то мы их в разных ролях воспринимаем по-разному. С русскими артистами часто, я не хочу говорить обо всех, но в большинстве случаев происходит то, о чем вы говорите, когда зритель, увидев артиста знакомого на экране, перестает воспринимать его как персонажа данной истории.

М.М.: Шлейф какой-то.

М.Б.: Женя вам сейчас очень интересно расскажет о том, как и по какому принципу приглашались артисты в эту картину, это тоже в определенной степени ноу-хау.

Е.Б.: Света Суханова очень хотела показать, поскольку она сама актриса в первую очередь, а это ее режиссерский дебют, и она хотела рассказать, что в нашей стране очень много актеров, и дать шанс, более того, показать, какие они талантливые и замечательные. Ведь у нас среди исполнителей и народные, и заслуженные артисты есть, это не просто люди с улицы.

М.М.: Но не раскрученные они в кинематографе?

Е.Б.: Да, в том-то и дело. К счастью, это не медийные персоны, которые ходят с одного проекта в другой, иногда даже забывая переодеться. условно скажем, или поменять прическу, вот точно в таком же образе приходят на новый проект. Здесь Света хотела наоборот показать уникальность каждого человека, показать его какие-то многогранные стороны. Например, в Севастополе мы, когда снимали историю, там снимались только севастопольский актеры, она их выбирала на месте, она проводила кастинг среди актеров театра.

М.М.: Вот эти друзья оба оттуда?

Е.Б.: Друзья оттуда. Единственное, что Залим Мирзоев, который с бородой дедушка, он из Твери. Он тверской актер, потому что они вместе снимались в фильме «Пока цветет папоротник», и он ей очень понравился, они сдружились, и уже фактически история писалось под него, а вот все остальные – это севастопольский актеры. Когда мы снимали в Карелии, то приезжали люди из Санкт-Петербурга, под Питером, когда снимали тоже оттуда, никаких московских актеров Света принципиально брать не хотела. И чудесного мальчика из третьей истории искали посредством всенародного кастинга, то есть в Питере проводился кастинг, куда съезжались сотни детей и вот среди большинства вот этих детишек, был выбран Федор Лещев. Найден удивительный мальчик с огромными голубыми глазами, которые очень мило картавил на тот момент и получился такой странный и смешной персонаж.

М.Б.: Надо сказать, что Федор выиграл более чем у тысячи детей, принимавших участие в кастинге. В этом кастинге, помимо обычных детей, естественно, принимали участие профессиональные дети-артисты, у них были большие фильмографии, к сожалению, уже был набор штампов, с которыми они пришли на кастинг. Стало ясно, что нужен дебютант, нужен мальчик совершенно не из кинематографической среды, и не из театральной, абсолютно не испорченный, чистый ребенок, и вот Федор таким оказался.

М.М.: Получилось. Совершенно потрясающий ребенок.

Е.Б.: Просто подарок судьбы, потому что захочешь, а такого не найдешь, чтобы он еще и картавил при этом, потому что это работает на персонажа, потому что в начале тюкают, он является аутсайдером, эта история показывает, как развиваются взаимоотношения в классе, в детской среде, как они могут быть делятся интересами.

М.М.: Дети и жестокими могут быть.

Е.Б.: Да, жестокость показана, показано перерождение, показано, как происходит слияние каких-то интересов, как дети меняются, как меняется сам человек. В начале истории, когда мальчик немножко затюканный, но не затюканный, а он как бы вне среды находится.

М.Б.: Он просто как гадкий утенок. Он другой, он лучше их, он чище их, он особенный. Это история моя, это история про моего сына.

М.М.: Не то, что лучше, он немного другой, потому что лучше, хуже, мне кажется, абсолютна не та категория.

Е.Б.: Мне нравится слово иной, он мальчик, как гадкий утенок, который потом превращается в прекрасного лебедя благодаря вере, благодаря любви дедушки и чудо.

М.М.: Еще об одной стороне истории я хочу спросить Женю. Вы автор сценария всего фильма, всех трех новелл, но начиналась эта история с первой короткометражки, как раз про друзей фронтовых.

Е.Б.: «Время последних романтиков» называется.

М.М.: Да. Там песня Агутина звучит в конце, я очень люблю эту песню. Как писался этот сценарий? Написать, мне кажется, это нужно прожить, я, насколько знаю, вы, слава богу, в кавычки ставлю «не москвич, не житель, не выходец из мегаполиса», может быть, благодаря этому?

Е.Б.: Может быть. Я вообще с Алтая. Света-режиссер – она тоже из Сибири, по сути, с Алтая, продюсер Сергей – с Алтая.

М.М.: Там много понаехавших.

Е.Б.: Света нашла эти идеи, ей очень хотелось рассказать именно эти истории, которые в ней давно жили, но, видимо…

М.М.: Что значит нашла? Она их придумала или узнала где-то?

Е.Б.: Я думаю, она где-то их увидела, подслушала, услышала, отыскала в интернете какие-то корни, какие-то зерна, и они в ней жили, ей хотелось, видимо, решить какие-то, может быть, какие-то давние проблемы.

М.М.: Она же сама говорит даже в комментариях, «что сделать кино, которое самой захочется посмотреть».

Е.Б.: Совершенно верно. Видимо, ей нужно было закрыть какие-то вопросы из своего детства, может быть, может быть, из своей жизни, и она предложила мне написать сценарий на вот эти темы.

М.М.: По этим идеям?

Е.Б.: Да. Условно, маленькую какую-то историю, маленькую ситуацию превратить в большое кино. Я долго думал, потому что я по большому счету в основном работаю в фэнтези жанре.

М.М.: Для меня это и было и странно.

Е.Б.: Михаил, поверьте, для меня это тоже было странно писать эту историю. Когда я в нее погрузился, когда я начал, кстати, я находился тогда в Крыму, и, может быть, вот как раз этот ветер, море, настроение Крыма, настроение морского побережья, оно дало какие-то идеи. Родилась та история, если мы говорим про короткометражку «Время последних романтиков». Она проехала по большому количеству фестивалей и собрала много призов зрительских симпатий, именно зрительских, нам кажется, это самое важное. Потому что не жюри вручает, которое может быть ангажированным, Маша вам расскажет о фестивалях.

М.М.: Я тоже проходил эти вещи.

Е.Б.: А здесь получается приз зрительских симпатий. Когда мы посмотрели, что это работает, что зрителям нужны такие фильмы, что они получают удовольствие, они меняются, было принято решение расширить уже, дописать еще две истории, которые у Светы также были, и сделать большой полнометражный фильм «Счастье в конверте».

М.М.: Все-таки первоначально была одна история или сразу имелось в виду продолжение?

Е.Б.: Сразу были истории, но начинали с одной, решили попробовать, так сказать, сделать пробный шаг.

М.М.: Потом все это объединили?

Е.Б.: Конечно.

М.Б.: Это очень хорошая схема, которая на сегодняшний день, не то чтобы трендово, но уже некоторые продюсеры пытаются работать с ней и достаточно успешно, когда вы на маленькой истории обкатываете, собираете команду, которая может работать небольшим коллективом, но при этом очень продуктивно за адекватные деньги, что тоже очень важно. И при этом проверить, насколько та стилистика, тот месседж, который вы закладываете в эту маленькую историю, насколько он может работать на аудиторию. Благодаря тому, что «Время последних романтиков» действительно нашло отклик именно у зрителя, стало очевидно, что и в крупной форме эта конструкция будет рабочей. Извините, что я говорю таким сухим языком, но это важно.

М.М.: Но тем не менее.

М.Б.: Когда вы выпускаете кино в прокат, а у нас картина прокатная, необходимо понимание того, насколько этот фильм людям нужен, потому что кино – это массовый вид искусства, это не картина, которая висит на стене и ее могут посмотреть все, кто проходит мимо. Нет, кино – это история, которая имеет абсолютно четкую монетизацию, это история дорогостоящая. Поэтому, когда вы начинаете картину, всегда должны понимать, кто будет ее смотреть на выходе, насколько, если вы работаете все-таки с частными деньгами, насколько она сможет себя окупить.

М.М.: Да, все-таки деньги любят счет.

Е.Б.: Мы надеемся, что с 12 марта, когда начнется всероссийский прокат, зрители придут, посмотрят, может быть, дети подряд билеты своим родителям, мамам, бабушкам, папам, сходят всей семьей, потому что, как зрители многочисленные высказываются, что это фильм для всей семьи, его нужно смотреть всей семьей.

М. М.: Я присоединяюсь к этому.

Е.Б.: Вы же вчера были, вы видели, сколько было заплаканных, счастливых лиц, сколько был объятий, сколько было высказываний на тему, что здесь, как бы мы ни приукрашиваем на тему, что такие фильмы нужны, что их нужно смотреть и что они меняют внутри человека.

М.М.: Да, обязательно. В общем, с чего мы начали, сейчас многочисленные гаджеты, соцсети, которые людей растаскивают по разным каким-то скорлупкам, панцирям, и каждый сидит там у себя что-то, сейчас уже и бабушки подключились, они с удовольствием в Вотсапе с кем-то переписываются, в других социальных сетях, а не с внуками. Потому что внуки сидят в своем телефоне, бабушки в своем, а сходив на фильм, ощущение как будто ты поговорил с близким человеком и увидел, что он здесь, он рядом с тобой, и вот это прикосновение это, мне кажется, это главная задачи, и она дай бог выполненная и будет выполнена вот этим фильмом, в том числе и принесет дивиденды, потому что все-таки живем в материальном мире, как ни крути. Два слова буквально еще: там фраза прозвучала в представлении, в ролике, я не помню, кто это сказал по поводу того, что этот фильм он не про войну, но он о войне лучше, чем многие фильмы о войне, я с этим полностью согласен. Вот эти вот безумные блокбастеры, в кавычки опять же ставлю, потому что они, может быть, даже не блокбастеры никакие, но сняты компьютерные все вот эти военные фильмы, которых сейчас масса, а еще к 75-летию их, наверное, еще будет больше снято, когда смотришь это все и понимаешь, что такой конструктор, компьютерная какая-то история, не про жизнь совершенно. Здесь вот эти вот 3 минуты, может чуть, больше.

М.Б.: Полторы минуты.

М.М.: Вот эти вставки, то есть воспоминания, вот эта связь, история про самого героя, что это за человек, то есть мы сразу много о нем узнаем. Какая история за этим человеком стоит, что он вот такой этот человек, что он спас друга или медсестру. Были ли мысли, что 75-летие? У меня этого ощущения нет, я сразу скажу.

Е.Б.: Нет. Смотрите, фильм начинал сниматься в 16-м году, когда еще ни о каком 75-летии мы не думали.

М.М.: Четыре года назад.

Е.Б.: Конечно. И там в каждой истории есть небольшой отклик войны, когда герои вспоминают, как это было, поэтому это не военный фильм, но при этом многие говорят, что это лучший фильм о войне, хотя в каждой из историй это всего 30 секунд воспоминаний. То есть за полторы минуты передается огромный мир, ощущения прошлого или допустим вот этой страшной катастрофы, которая разрушает, которая убивает. Для молодежи, мне кажется, это очень наглядно и понятно, и не надо этот псевдопатриотизм, когда все с флагами кричат и бегут. Надо просто душевно и на человеческом языке говорить со зрителем, как мне кажется.

М.М.: Еще можете передать большой респект Светлане. Еще одна ассоциация, которая у меня возникла: для меня этот фильм, для многих, а особенно для старшего поколения, фильм «Судьба человека» Бондарчука.

М.Б.: Сергея Федоровича.

М.М.: Да, старшего Бондарчука.

М.Б.: Я понимаю, но ваша аудитория может подумать про Федора Сергеевича.

М.М.: Наша аудитория, как раз понимает, о чем идет речь. «Судьба человека» – там же тоже фильм про вот сейчас, про послевоенную эту историю, когда он находит мальчишку, кстати, мальчика похож даже вот визуально, похож на вашего мальчика из третьей новеллы.

Е.Б.: Да, может быть.

М.М.: Но там вроде бы про войну вставки какие-то, но вот этот прием, что ли здесь тоже присутствует, у меня как-то ассоциативно, не знаю хорошо это или плохо.

Е.Б.: Мне кажется это хорошо. Зрителям будет понятно, мы же говорим, что этот фильм рассчитан на разную аудиторию.

М.М.: Что человек пережил, я имею в виду.

Е.Б.: Да. Вот здесь как раз для старшей аудитории, но старшей назовем 45 – 50-55-60 лет, это будет понятно и знакомо, самое главное этим фильмом мы хотим снова вернуть их в кинотеатры, хотим их пригласить. Мы говорим, что фильм нравится молодежи и вчера это вы видели, но он как раз нужен и взрослой аудитории, которая разучилась ходить в кино, Почему? Очень многие в вопросах говорят, что взрослые люди я имею в виду, мы не ходим в кино, потому что очень громко или непонятно, очень пусто, то есть в плане, что нет никакой идеи.

М.М.: Какие-то стрелялки.

Е.Б.: Убивалки, громко. А здесь Света сделал такой фильм, она говорит: «Я хочу, чтобы просто люди придя в кинотеатр, как бы следили за беседой. Вот сидят неторопливо, люди беседуют и рассказывают какую-то историю». Нам кажется, что допустим в преддверии 8 марта женщины, мужчины взрослого поколения должны просто пойти в кино. Почему? Потому что нужна иногда отдушина, иногда нужно посидеть вместе, потому что горе разделенное со многими оно становится меньше, а радость естественно умножается и становится больше.

М.М.: Да, пережитая история она объединяет.

Е.Б.: Здесь мы как бы проваливаемся в экран и находимся в каком-то спокойном мире, который вызывает где-то ностальгические нотки советского времени, потому что фильм похож на лучшее советское кинопроизведение. Он позволяет посидеть побеседовать и поразмышлять над самим собой и своей жизнью, и своим поступком, мне кажется.

М.Б.: Вот поэтому я в свою очередь ставку на аудиторию 70 + – это просто мой любимый сегмент аудитории нашего фильма, потому что я делаю киноклуб в Москве, я прекрасно знаю, насколько аудитория благодарна. Бабушки редко ходит в кино, но они очень хотят ходить в кино, для них это событие, они делают прически, они одеваются.

М.М.: Для них это событие.

М.Б.: Это просто праздник их души.

М.М.: Почему бабушки, а дедушки?

М.Б.: В нашем бизнесе считается, что бабушка принимает решение, а дедушка идет за ней. Если захочет пойти бабушка, дедушка идет априори, по умолчанию. Я обращаюсь к нашей возрастной аудитории, пожалуйста, поверьте нашей картине, она для вас, она о вас, и вам она очень понравится. Идите с дедушкой, с подругой, компаниями.

Е.Б.: Внуков сводите.

М.Б.: Да, вам будет потом, о чем поговорить еще долго-долго-долго.

М.М.: Да, есть возможность, о чем поговорить, вместе пережить какие-то эмоции, а эмоций там ну очень много скажу как очевидец, который побывал и посмотрел, еще раз обязательно схожу.

Е.Б.: Это правильно.

М.М.: Супругу свожу, порекомендую, у меня дочь в Подмосковье живет, ей порекомендую обязательно, чтобы они посмотрели. Спасибо вам огромное. Я напоминаю, что у нас сегодня в гостях были сценарист фильма «Счастье в конверте» Евгений Бедарев и кинокритик, PR-директор Мария Безрукова. Спасибо вам огромное, что приехали к нам сюда, вам и вашим коллегам, что привезли и сделали здесь эту премьеру.

Е.Б.: Нам было приятно, нам понравился Благовещенск, очень красивый город, очень душевный какой-то.

М.М.: Китай через реку.

Е.Б.: Действительно это уникально, ты смотришь – здесь Россия, а уже через реку Китай, настолько близко, настолько удивительно, скажем так, и непривычно, что два государства так очевидно рядом.

М.М.: Кстати, о близости, это тоже о многом говорит.

М.Б.: Знаете, какая штука интересная происходит, по крайней мере, со мной, когда мы едем. Через призму каждого города наши картины смотрятся по-новому потому что, узнавая особенности страны, узнавая особенности ментальности регионов, я понимаю, что вот каждая из наших историй по-разному читается.

М.М.: Ну, конечно, люди разные.

М.Б.: Каждый раз какие-то новые смыслы возникают. Абсолютно уникальный проект в этом смысле, очень здорово придумано, и очень хочется, чтобы его посмотрели, как можно больше людей.

М.М.: Маша, а вы откуда?

М.Б.: Я одесситка. У нас один продюсер из Казани, другой продюсер с Алтая.

Е.Б.: Нас реально едет вся большая группа.

М.М.: Народное кино в самом широком смысле.

М.Б.: Мы не кривим душой.

Е.Б.: Оно народное, потому что у нас люди из разных регионов, у нас москвичей нет.

М.Б.: Люди из регионов, но при этом живущие в Москве и любящие Москву.

М.М.: Ну, понятно, все вместе там собрались.

Е.Б.: Да. Сделали фильм для страны, потому что он про узнаваемые регионы, одна морская история про приморский поселок, другая про заснеженную тайгу и сибирский поселок, который может быть похож и на Иркутск, и на Карелию, люди там совершенно простые, узнаваемые, разные типажи, разные возрасты, разные судьбы. Это мне кажется, очень здорово, действительно народное кино, и премьеры мы тоже делаем народные.

М.М.: Куда вы сейчас от нас поедете?

М.Б.: В Читу.

Е.Б.: В Чите у нас следующий показ, потом в Улан-Удэ.

М.Б.: В Иркутске будет премьера.

М.М.: Привет всем городам, где вы будете, от Благовещенска, тем более вчера эстафету передавали.

М.Б.: Мы эту эстафету приняли, везем ее дальше.

М.М.: Всего вам хорошего, удачи, до встречи.

Просмотров всего: 104

распечатать

Комментарии закрыты