21ноября
Предыдущий материал Следующий материал
18 октября 2019, 16:51 0

Заместители председателя Амурского областного суда: что нужно знать гражданам о работе кассационных судов общей юрисдикции

Заместители председателя Амурского областного суда: что нужно знать гражданам о работе кассационных судов общей юрисдикции

Михаил Митрофанов: Мы будем говорить о кассационных судах общей юрисдикции, которые с 1 октября начали работать в России. В студии – заместители председателя Амурского областного суда: председатель судебной коллегии по гражданским делам Олег Васильев, председатель судебной коллегии по уголовным делам Максим Петров и исполняющий обязанности председателя судебной коллегии по административным делам Вадим Никитин. Что такое кассация? Чем она отличается от апелляции?

Олег Васильев: С 1 октября 2019 года начали работать 9 кассационных судов общей юрисдикции и 5 апелляционных судов общей юрисдикции. Люди, которые сталкивались с судебной системой, обращались в суд, например, в качестве истца в гражданском процессе, знают, что есть суды первой инстанции, то есть это суды, которые рассматривают исковые заявления, заявления, поданные в порядке особого производства. Мировые и районные суды – это суды первой инстанции. После того как дело рассмотрено по существу, вынесено решение, у лиц, участвующих в деле, есть право обжалования в апелляционном порядке установленным по делу решения. Это решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурском областном суде, то есть в вышестоящем суде для районных городских судов Амурской области. После того, как дело рассмотрено…

М.М.: А мировые судьи?

Олег Васильев: Для мировых судов апелляционной инстанцией является суд районный, городской суд – это особенность судов общей юрисдикции. После того как дело рассмотрено в апелляционном суде, решение суда вступает в законную силу, но у лиц, участвующих в деле, есть право подачи кассационной жалобы. Раньше этот срок был установлен в 6 месяцев, сейчас установлен срок в 3 месяца с момента вступления решения суда в законную силу. Так вот для кассационного обжалования создано 9 кассационных судов, вся территория Российской Федерации разделена на 9 кассационных судов. Амурская область входит в 9 округ, и наш суд – это девятый кассационный суд общей юрисдикции, который расположен во Владивостоке.

М.М.: Вы сказали 9 кассационных судов и 5 апелляционных судов. Но я услышал, что человек может подать апелляцию в областной суд. Нет тут какого-то противоречия?

Олег Васильев: Ситуация осложняется тем, что в судах общей юрисдикции –областные, краевые, равные им суды – могут рассматривать некоторые категории дел: гражданских, уголовных, административных дел по первой инстанции. Так вот те решения, которые рассматриваются областными судами в качестве суда первой инстанции, могут быть обжалованы в апелляционном порядке во вновь созданные апелляционные суды.

М.М.: То есть это инстанция, в которой можно обжаловать решение областного суда?

Олег Васильев: Вынесенное по первой инстанции.

М.М.: Я слышал в судейском сообществе выражение – «октябрьская революция». Если это революция, то в чем революционные изменения?

Олег Васильев: Для судов общей юрисдикции – это действительно революция. Ранее была создана аналогичная система в судах арбитражных. В арбитражных судах есть четко первая инстанция – это арбитражные суды субъектов Федерации, дальше идут апелляционные суды. Вся территории РФ также разделена на округа, в соответствии с которой в каждом есть своя апелляционный суд, и есть кассационные суды, то есть четко 3 инстанции.

М.М.: То же самое и в гражданских?

Олег Васильев: Да.

М.М.: Теперь появляется дополнительная инстанция, где можно обжаловать решение любого суда первой и второй инстанции. Почему вообще возникла эта идея? Я читаю комментарий председателя Верховного Суда Вячеслава Лебедева, и он говорит, что они созданы для пересмотра уже в силу судебных решений. Какой сегодня процент пересмотра дел и процент обращения по гражданским, уголовным и административным делам?

Олег Васильев: По гражданским делам могу привести такую цифру. В Амурской области всеми судами районными, городскими, мировыми судьями по первой инстанции рассматриваются больше 120 тысяч гражданских дел. Решение мировых судей обжалуется в апелляционном порядке примерно полторы тысячи. Это особенность производства мировых судов, там рассматриваются, как правило, бесспорные дела. Решение городских и районных судов в апелляционном порядке в Амурском областном суде обжалуется чаще. Из тех дел, которые рассмотрены районными и городскими судами, это примерно 25-27 тысяч в год, в апелляционном порядке 5-7 тысяч дел.

М.М.: А по уголовным делам Максим Геннадьевич?

Максим Петров: Право кассационного обжалования – это неотъемлемое право стороны, соответственно эти показатели могут меняться. Они не являются стабильными. В 2018 году рассмотрено 900 кассационных жалоб.

М.М.: Из скольки?

Максим Петров: Я не назову точную цифру. Около 5 тысяч уголовных дел рассматривается судами.

М.М.: Также примерно около 20-25 %.

Максим Петров: Да, где-то так.

М.М.: Это кассационные, а апелляция подается по всем практически или по большинству решений?

Максим Петров: Это также право стороны обжаловать судебное решение в апелляционном порядке, иногда обжалуют стороны, иногда нет. Конечно, апелляция шире, чем кассация, и гораздо больше апелляционных жалоб мы рассматриваем – более 2 тысяч в год рассматривает наш суд. Но это на приговоры и решения районных судов, где-то в районе 2 тысяч 200 жалоб.

М.М.: Сколько из этого количества удовлетворяется или пересматриваются дела реально? Есть такая цифра?

Максим Петров: Стабильность работы судов довольно высока – в районе 80 % было за прошлый год. Но 20 - 25 пересматривается.

М.М.: Что происходит в административном делопроизводстве, Вадим Геннадьевич?

Вадим Никитин: Административное производство заключается в спорах между гражданами и органами власти.

М.М.: Это Кодекс об административных правонарушениях?

Вадим Никитин: Нет, это надо тоже различать. Есть Кодекс административного судопроизводства, который регламентирует процесс судебных разбирательств между гражданами, организациями с одной стороны. И с другой – органами власти. Это споры, связанные с признаниями незаконными решений, действий органов государственной власти. Дела об административных правонарушениях – это совершенно другая категория, она регламентируется Кодексом об административных правонарушениях. Здесь нужно различать административные дела – это административные споры между властью и гражданами, а дела об административных правонарушениях – дела о привлечении к административной ответственности. Они никак не пересекаются, регламентируются своими процессуальными законами.

М.М.: То есть вы занимаетесь первыми делами?

Вадим Никитин: И теми, и теми. По Кодексу административного судопроизводства по спорам между гражданами и властью судами рассматривается достаточно много дел. Почему мы анализировали причины? Порядка 60-70 % административных исков, которые подаются в рамках административного судопроизводства, удовлетворяются.

М.М.: Это то, что граждане подают против властей?

Вадим Никитин: Да. Какие последствия? Люди видят, что находят поддержку со стороны судов.

М.М.: И количество увеличивается?

Вадим Никитин: Да. Органы власти у нас тоже обладают большим штатом юристов, и они очень часто грамотно и в полном объеме. По некоторым категориям решений прокуратуры предварительно оценивают законность принимаемых правовых актов муниципальными и государственными органами власти, поэтому накал достаточно высокий по таким делам, общественная значимость их велика, и споры очень часто переходят из судов первой инстанции в суды вышестоящей инстанции.

М.М.: Я, честно говоря, в шоке, что 60 %. С одной стороны активность граждан, с другой – это некачественно работают органы власти, что ли? Они принимают решения, которые потом оспариваются судом?

Вадим Никитин: Не всегда так. К сожалению, эта ситуация уже обсуждалась неоднократно. Очень часто органы государственной власти и местного самоуправления не решаются совершить нужное действие без судебного решения. И это на самом деле проблема, ситуация бывает очевидна, но без судебного решения они как…

М.М.: Они боятся на себя брать ответственность?

Вадим Никитин: Да, вопросы ответственности. Вы знаете, что сейчас часто обвиняют должностных лиц в совершении коррупционных нарушений, превышении полномочий. И, чтобы не было к ним претензий в этой части, они стараются отказать и отдать решение ситуации на откуп суда. К сожалению, часто суды рассматривают достаточно очевидные дела.

М.М.: То есть теперь и эти дела подпадают под эти правила? Нужно будет обращаться в кассационный суд по всем направлениям – гражданским, административным, уголовным?

Вадим Никитин: Дела по административным правонарушениям, вступившие в силу, судебные акты теперь будут оспариваться в кассационном суде.

М.М.: Вот эта реформа, она откуда? Это инициатива, условно говоря, снизу или все-таки сверху? Назрела необходимость в этой революции?

Олег Васильев: У этого вопроса очень длинная история. Впервые эти мысли были высказаны в 1993 году, когда в современной России начала создаваться современная судебная система, уже были предложения о создании отдельных апелляционных и кассационных судов. Потому что создание судов с точки зрения права, теории судоустройства является дополнительной гарантией непредвзятости и объективности при рассмотрении жалоб на решение нижестоящих судов. Просто не было возможности для создания этих судов. Сначала были созданы апелляционные и кассационные суды в арбитражных судах. И это себя полностью оправдало. Уже в 2016 году на 9 съезде судей председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев выступил с инициативой создания кассационных и апелляционных судов. Съезд поддержал эту инициативу, и в течение 2018 года были приняты необходимые законы для их создания, вносящих в том числе изменения в процессуальное законодательство. В течение 2019 года начался процесс формирования судейского корпуса новых судов.

М.М.: Закон был подписан в июле 2018 года президентом?

Олег Васильев: Вообще, это ни один закон – это целый ряд законов.

М.М.: Для граждан теперь появилась некая инстанция, которая может более непредвзято рассмотреть решение того или иного суда. Так? Для судей, чем эта реформа чревата? Те судьи, заседатели, которые принимали решение, несут ответственность за неправильное решение?

Олег Васильев: Нужно смотреть на причины отмены судебного акта. Если это неправильное применение норм закона, основанное на неправильном толковании норм закона, либо на другом их понимании, что, как правило, является основанием для отмены судебных актов, конечно, ни о какой ответственности не может быть и речи. Потому что есть такая поговорка: «Два юриста – три мнения». И большинство судебных отмен связано именно с этими основаниями. Если были явные злоупотребления, связанные с иными причинами, которые не связаны с чисто юридическими, то законодательство о статусе судей предусматривает возможность ответственности.

М.М.: Это что, например?

Олег Васильев: У нас Вадим Геннадьевич является председателем квалификационной коллегии судей Амурской области. Это тот орган, который в том числе занимается вопросами дисциплинарной ответственности.

М.М.: Вадим Геннадьевич, что вы можете сказать по этому поводу?

Вадим Никитин: Во-первых, ответственность судьи наступает в случае нарушения сроков рассмотрения дел. Сроки у нас жестко регламентированы по всем категориям, и их нарушение влечет за собой постановку вопроса о привлечении к дисциплинарной ответственности.

М.М.: Это выговор? Строгий выговор? В Трудовом законодательстве, может быть, лишение премии какой-то.

Вадим Никитин: Сейчас у нас есть определенные меры дисциплинарного воздействия на судей – это замечания вплоть до прекращения полномочий.

М.М.: То есть судья может лишиться звания?

Вадим Никитин: Да. Все зависит от степени самого нарушения. У нас в последние годы полномочия не прекращались в связи с нарушениями.

М.М.: Максимально – это лишение полномочий или заведено дело?

Вадим Никитин: Уголовным законодательством предусмотрена ответственность за вынесение заведомо неправосудного судебного акта, когда уже будет установлен преступный умысел. А там уже совсем другой порядок решения этих вопросов.

М.М.: Значит, граждане получили возможность подавать апелляцию, кассацию в вышестоящие инстанции. Как они правильно называются?

Олег Васильев: Не юридический термин – это экстерриториальный суд, 9 кассационный суд общей юрисдикции.

М.М.: Что еще меняется? Теперь судьи будут более тщательно рассматривать дела, зная, что появилась такая независимая экспертная оценка? Ваше мнение, как специалистов?

Максим Петров: Новое законодательство предусматривает такое понятие, как сплошная кассация, есть выборочная кассация и есть сплошная кассация. В этом смысле сплошная кассация предусматривает рассмотрение дел в судебном заседании в отличие от выборочной, которая применялась повсеместно до 1 октября этого года.

М.М.: Теперь «сплошная кассация» будет?

Максим Петров: Да. Разница в системе выборочной кассации. Судья того или иного суда рассматривает дело единолично без проведения судебного заседания, принимает решение либо о передаче дела для рассмотрения. До 1 октября такие дела рассматривал президиум областного суда, либо отказа в передаче дела для рассмотрения в суд кассационной инстанции. Это все он делает единолично без вызова сторон, без проведения судебного заседания.

М.М.: Максим Геннадьевич, у меня уточняющий вопрос: судья рассматривает на основании чего?

Максим Петров: На основании жалобы и представленных материалов дела.

М.М.: Кто может подать эту жалобу? Кого судят или другая инстанция?

Максим Петров: Если вы говорите об уголовных делах, то круг субъектов обжалования определен законом, он достаточно широкий – это осужденный, оправданный, их защитники, потерпевший, государственный обвинитель, прокурор вышестоящий.

М.М.: То есть все, кто участвует в этом процессе?

Максим Петров: Да, даже лица, интересы, которых затрагивает в той или иной степени обжалование судебного решения – это гражданский истец, гражданский ответчик, любые иные лица

М.М.: То есть я присутствую на судебном заседании как представитель СМИ. Меня что-то не устроило, я могу обратиться в данном случае?

Максим Петров: Нет, в данном случае вы обратиться не можете, поскольку вы не являетесь лицом заинтересованным в исходе уголовного дела. Ваши интересы никак не затронуты, вы освещаете судебный процесс в средствах массовой информации. Но по логике законодателя ваши интересы никак не затрагиваются, поэтому вы не является субъектом обжалования.

М.М: Максим Геннадьевич, в чем особенность сплошной кассации? Чем это отличается от того, что было раньше? Любое заявление, любая кассационная жалоба теперь должна быть рассмотрена этой судебной коллегией? Кто там решает?

Максим Петров: Да, смысл сплошной кассации состоит в том, что любая кассационная жалоба, соответствующая требованиям закона, подлежит рассмотрению в судебном заседании в соответствующем суде кассационной инстанции.

М.М.: Это касается любых дел – и гражданских, уголовных, административных?

Максим Петров: Нет, есть некоторые особенности. Если мы коснемся сферы уголовного и уголовно-процессуального законодательства, то у нас в порядке сплошной кассации может быть рассмотрено только итоговое судебное решение. Как пример итогового судебного решения – приговор, постановление о прекращении уголовного дела, постановление о применении принудительных мер медицинского характера, то есть это решение, которым уголовное дело разрешается по существу.

М.М.: В других направлениях как это происходит? В чем разница?

Максим Петров: Итоговое судебное решение в порядке сплошной кассации, остальные в порядке выборочной.

М.М.: В административных делах на что может быть подана кассационная жалоба?

Вадим Никитин: Она может быть подана на итоговое судебное решение, решение по существу заявленных требований или определение, которым оканчивается производство по делу о прекращении производства, по делу об утверждении соглашения о применении.

М.М.: То есть тоже на какое-то решение суда?

Вадим Никитин: Да. Есть промежуточное определение о решении суда, которое или прямо поименовано в законе, или препятствует дальнейшему движению, которое тоже может быть обжаловано в суды вышестоящих инстанций. В суд кассационной инстанции по административным делам в отличие от дел уголовных можно обратиться только в том случае, если исчерпаны иные так называемые ординарные способы. То есть если человек обжаловал судебный акт в суд апелляционной инстанции. Это условия для обращения в суд кассационной инстанции, если он хочет перешагнуть апелляцию, то не получится – его жалобы не примут.

М.М.: Эти 5 судов апелляционных тоже сюда относятся?

Вадим Никитин: У нас апелляционные суды распространяют свою юрисдикцию только в отношении некоторых категорий дел, которые рассматриваются областными судами и равными им по первой инстанции.

Слушатель: Уважаемые судьи, если у меня в первой инстанции прошла, потом апелляция прошла, может, теперь во Владивостоке, или только который рассматривается областным судом, и там будут рассматриваться во Владивостоке?

Олег Васильев: Я так понимаю, у вас был гражданский спор?

Слушатель: Да.

Олег Васильев: Если дело было рассмотрено по первой инстанции районным и городским судом, апелляционная жалоба была рассмотрена Амурским областным судом, то после 1 октября вы вправе подать кассационную жалобу в 9-й кассационный суд общей юрисдикции во Владивостоке: Светланская, 54.

М.М.: Как обратиться во Владивосток?

Олег Васильев: Кассационная жалоба на решение суда подается в тот суд, который рассмотрел дело по первой инстанции.

М.М.: То есть не во Владивосток, а сюда нужно?

Олег Васильев: Да. Например, дело рассмотрел по первой инстанции Благовещенский городской суд, кассационная жалоба подается в Благовещенский городской суд, а Благовещенский городской суд в свою очередь обязан в течение 3 дней с момента поступления направить эту жалобу вместе с делом в 9-й кассационный суд.

М.М.: Он это отправляет курьером или спецпочтой?

Олег Васильев: Почтой России.

М.М.: Кто может кассационную жалобу подать?

Вадим Никитин: Требования к содержанию кассационных жалоб по всем категориям дел жестко регламентированы в соответствующих процессуальных кодексах.

М.М.: Там есть какие-то образцы? Форма?

Вадим Никитин: Не образцы. Есть перечень сведений, которые должны быть в обязательном порядке изложены в кассационной жалобе по всем категориям. В том случае если какой-то из реквизитов не указан, то жалоба не может быть принята к производству кассационного суда и будет возвращена. Материалы дела прикладывают к этой жалобе и направляют почтой в кассационный суд, уже кассационный суд решает, возвращать эту жалобу или принимать ее и рассматривать.

М.М.: Это же удлиняет процесс, усложняет, как мне кажется? Может, где-то на входе контроль осуществлять?

Максим Петров: В уголовном процессе у нас судья первой инстанции районного суда, который принимает решение, решает эти вопросы в отличие от других отраслей. Дело в том, что каждая отрасль имеет свои нюансы, свои особенности. В уголовном процессе так, в гражданском – немного по-другому, административное ближе уже к гражданскому судопроизводству. В уголовном процессе судья районного суда на стадии принятия, если он видит несоответствие жалоб требованиям закона, то он вправе вернуть такую жалобу и установить срок для устранения препятствий, на которые он укажет в постановлении. И есть такая особенность, что через суд первой инстанции подаются жалобы на итоговые судебные решения. Жалобы кассационные на промежуточное судебное решение подаются непосредственно в суд кассационной инстанции, то есть сразу во Владивосток. Они рассматриваются путем выборочной кассации. Каждая отрасль имеет свои нюансы.

М.М.: Форма заполнения. Вадим Геннадьевич сказал, если в реквизитах могут быть ошибки, то суд может завернуть. Значит, на входе это не проверяется. Сама форма, если есть перечень, что необходимо приложить, что необходимо указать, какие-то юридические формулировки? Ведь люди все разные. Это должен составлять в любом специалист? Или необязательно?

Вадим Никитин: Законодательство исходит из того, что любой человек, который владеет письмом, может разобраться, подать и своими словами изложить просьбы, обстоятельства и те доводы, которые он хочет заявить.

М.М.: То есть необязательно юридическими терминами оперировать?

Вадим Никитин: Необязательно. Но есть категории, что без юридических терминов, никуда не деться. Например, по делам об оспаривании нормативных правовых актов, по административным делам там обязательно участие квалифицированного юриста, адвоката, и там нужно делать ссылки на конкретные нормы закона. Обычному гражданину разобраться в этом сложно.

М.М.: В «Российской газете» есть комментарий адвоката, члена общественного совета при минюсте Рубена Маркарьяна: «Мне импонирует, что в суд будут приходить только юристы». Что это означает?

Олег Васильев: С 1 октября 2019 года в действие вступили изменения в процессуальный кодекс, в том числе и в гражданский процессуальный кодекс. В соответствии с ним в том числе право на представление интересов участников судебного разбирательства в суде апелляционной и кассационной инстанций будет только либо у адвокатов, либо у лиц имеющих высшее юридическое образование.

М.М.: Откуда они будут браться? Человек должен кого-то привлекать, платить за это? Какова цена вопроса? Кто эти люди и откуда?

Олег Васильев: По гражданским делам это люди, которых каждый участник процесса выбирает себе сам, соответственно оплачивает услуги.

М.М.: Они представляют его в кассационном и апелляционном суде. Как тогда будет проходить сам процесс этого рассмотрения? Они должны будут во Владивосток приехать, там все это будет происходить?

Олег Васильев: Необязательно. Очное судебное разбирательство будет проходить в кассационном суде, но сейчас все суды в Российской Федерации, я имею в виду районные, городские и областные суды, оборудованы системой видеоконференцсвязи. И по ходатайству стороны суд кассационной инстанции или суд апелляционной инстанции может назначить судебное заседание посредством видеоконференцсвязи. То есть представитель истца может находиться в Благовещенске, может заявить ходатайство, ходатайство может быть удовлетворено.

М.М.: Сам кассационный суд именно во Владивостоке находится?

Олег Васильев: Да.

М.М.: Это несколько упрощает все-таки. Когда будет рассматриваться дело, в самом процессе участвует именно представитель, о котором вы сказали, который с юридическим образованием?

Олег Васильев: Нет, не совсем так. Прежде всего, должен участвовать сам участник процесса, истец, ответчик и третье лицо. Но если есть представитель, то после его выступления слово предоставят представителю, как в любом процессе.

М.М.: «В суд будут приходить только юристы». Я об этом спрашиваю – что имеет в виду уважаемый адвокат?

Олег Васильев: До 1 октября 2019 года представители в апелляционных и кассационных судах могли быть люди, не имеющие юридического образования.

М.М.: Теперь общественных защитников, правозащитников без юридического образования уже возникнуть не может?

Олег Васильев: Да.

М.М: Даже не знаю, хорошо это или плохо, но адвокат этому радуется. Еще он радуется тому, что: «Во-первых, какое-то время с созданием независимых инстанций, мы, практикующие адвокаты и юристы, будем наслаждаться независимостью судей. К сожалению, опыт подсказывает, что такая система, негативно влияющая на новые суды, может выстраиваться год, два, удовольствие от процесса нам все же обеспечено». Можете прокомментировать?

Олег Васильев: Здесь сложно что-то прокомментировать, вероятно, это частное мнение адвоката, основанное на его личном опыте. Как мы можем комментировать это?

М.М.: Если председатель Верховного суда, говоря о новой инстанции, говорит о том, что это за счет того, что это экстерриториально и решение у этого суда будет более независимое, видимо, речь идет об этом. Адвокат, наверное, намекает на то, что судьи могут быть как-то заинтересованы в том или ином решении в силу разных причин. У вас есть по этому поводу какое-то предположение? Это действительно улучшит?

Вадим Никитин: У нас разговоры о необъективности, о предвзятости судов ведут достаточно давно. Сколько существует суд, все равно кто-то недоволен результатами его деятельности. Это понятно и объективно, потому что есть две стороны, и одна будет проигравшей. Поэтому очень часто эти разговоры инициируются определенной категорией людей, которые тем самым пытаются оказать давление на суд. Они сразу начинают говорить, что мы сейчас тут дело рассматриваем, нам все понятно, никакого справедливого решения не будет принято. Так они в определенной степени пытаются, если по существу сказать нечего в свое оправдание, создать какой-то ажиотаж. Общественное мнение сформировать в свою пользу. На самом деле и до этого существовали и активно работали вышестоящие судебные инстанции. Мне трудно представить, чтобы какое-то решение могло пройти все судебные инстанции, устоять лишь потому, что какой-то гражданин со связями договорился со всеми в районном, в областном, в верховном суде и все решил. Это из области фантазии.

М.М.: То, что происходит сейчас по политическим процессам в Москве, в Ростове... Сейчас ребят осудили за то, что они вышли с плакатом «Верните землю погорельцам» – ростовское дело так называемое. В данном случае очень много вопросов возникает. А судьи могут высказываться о решении своих коллег или табу? Не между собой на кухне, в курилке, а в общественном пространстве? То есть один судья принял какое-то решение, и вы видите, что это решение, может быть, необоснованное, несправедливое. Вы имеете право высказываться в публичном пространстве именно как специалист, как юрист, как судья?

Олег Васильев: Нет, такой возможности у нас нет. Я думаю, это не только непрофессионально, но это неэтично. Любой не только судья, но и любой юрист, наверное, может высказывать свою точку зрения, ознакомившись как минимум с приговором суда, с материалами дела. Но это уже совершенно другое. Основываясь на той информации, которая есть в средствах массовой информации, это невозможно.

М.М.: Нет, именно квалифицированно, то есть профессионально. Вы же знаете, что решения суда публикуется на сайтах, можно все прочитать. То есть это то, что называется корпоративной этикой?

Максим Петров: Здесь дело даже не в корпоративной этике. Мы бы, наверное, призвали своей стороны, относиться более уважительно к судебным решениям. То, о чем вы говорите, это тенденция времени. Сейчас очень модны всякого рода ток-шоу на телевидении. Там любят обсуждать различные ситуации. Если уголовное дело, то дело расследуется, еще судебного заседания не было, а уже все всё обсуждают, все обо всем говорят и делают выводы. Дело в том, что вступившее в силу судебное решение приобретает силу закона и его критиковать – это не совсем правильно.

М.М.: Оспорить можно?

Максим Петров: Оспорить в установленном законом порядке, безусловно, – это право любого лица, интересы которого затрагиваются этим судебным решением. Но говорить о том, что неправильно по тем-то, тем-то основаниям, это противоречит духу и смыслу закона. А в современном обществе это почему-то принято: все могут судебное решение обсуждать направо, налево. Существуют такие понятия, как общественная экспертиза. Чуть ли не предлагается делать общественные экспертизы судебных решений. Но, на мой взгляд, это немыслимо.

М.М: Главный вопрос для меня – есть суд первой инстанции, есть суд второй инстанции, есть апелляционной и кассационной суд. Я думаю, не только у меня возникает вопрос: почему нельзя сразу дело рассмотреть так, как в кассационном или апелляционном суде, который уже ставит точку? Еще можно в Верховный суд обратиться потом или уже все?

Олег Васильев: Есть возможность обращения в Верховный суд.

М.М.: После вот этих инстанций следующая инстанция – Верховный суд?

Олег Васильев: Так называется вторая кассация.

М.М.: Может мне кто-то ответить на вопрос: почему нельзя сразу рассматривать дело, как в кассационном суде или в апелляционном общей юрисдикции?

Олег Васильев: Потому что у человека, у любого участника процесса должно быть право обжалования судебного акта – в этом и смысл судебной власти. То, что будет итоговое решение, и это мнение не одного юриста, не одного судьи, а как минимум нескольких инстанций.

М.М.: То есть первая инстанция – это один судья все-таки и заседатель?

Олег Васильев: По гражданским делам это один судья в большинстве случаев.

М.М.: Там есть еще и суд присяжных по уголовным делам.

Олег Васильев: Это к Максиму Геннадьевичу.

М.М.: Вы придерживаетесь такой же точки зрения?

Максим Никитин: Вадим Геннадьевич говорил уже, что суды созданы для разрешения конфликта. Как разрешить конфликт? Одна сторона останется, наверное, недовольной, редко когда удается удовлетворить всех, поэтому, естественно, неудовлетворенная сторона обжалует судебное решение. Ну и суды допускают, конечно, иногда ошибки, к сожалению, но это уже вопрос анализа судебной практики, выявление этих ошибок и их исправления.

М.М.: Как вам кажется, ошибки чаще возникают из-за чего? Из-за недостаточной квалификации, не информированности, может быть?

Вадим Никитин: Наверное, любому человеку свойственно ошибаться, судьи те же самые люди, у которых есть свое видение фактической ситуации, есть свое видение закона, который подлежит применению. Порой обстоятельства настолько сложны, запутаны, что, наверное, с одной стороны их разрешить полностью правильно добиться какой-то истины достаточно проблематично с учётом необходимости скорейшего разрешения дел с учетом служебной нагрузки. Городские, районные суды сейчас перегружены, в день назначено 10, 12,15 процессов, и так каждый день. В условиях некоторой такой поспешности, возможно, и допускаются ошибки. Плюс кадры, конечно же. Скорее всего, в этом причина ошибок, они не многочисленны. Максим Геннадьевич правильно сказал: в районе 80 % на стабильность судебных решений – это высоко. Это хороший показатель.

М.М.: Благодарю вас.

Просмотров всего: 495

распечатать

Комментарии закрыты