10апреля
Предыдущий материал Следующий материал
22 июля 2019, 09:50 0

Ольга Кухаренко: о восстановлении могилы супруги графа Муравьёва-Амурского во Франции

Ольга Кухаренко: о восстановлении могилы супруги графа Муравьёва-Амурского во Франции

Екатерина Кузьмина: У нас в гостях Ольга Кухаренко доцент кафедры романо-германских и восточных языков Благовещенского государственного педуниверситета. Мы будем говорить о том, что во Франции в городе Желосе нашлась могила жены графа Муравьева-Амурского Екатерины Николаевны. У Ольги и французских коллег был проект по восстановлению могилы, есть новости, и все свершилось.

Светлана Казачинская: Ольга, я назвала это продолжением сериала, потому что началась более 3 лет назад. Можно повторить? Потому что это похоже на чудо, на совпадение, на такой пустяк, мимо которого можно было легко проскочить, но ты не проскочила.

Ольга Кухаренко: Все началось в апреле или в марте 2016 года.

С.К.: Я тебя поправлю в декабре 2015 года.

О.К.: Когда я ехала в Желос, меня попросили произнести речь. И я вспомнила все. Мы хотели посвятить номер нашего журнала франкоязычного юбилею Благовещенска, и мы решили рассказать о Екатерине Николаевне Муравьёвой-Амурской, супруге основателя нашего города, которая была по происхождению француженкой. Но к моему большому стыду на тот момент я не знала ее французского имени, ни откуда она, было мало фактов о ней, о судьбе, о ее семье и роли вообще в становлении нашего региона, нашего города. Более трех лет я живу этой историей, и она мне сегодня очень дорога.

С.К.: Она дорога, как выяснилось, не только Ольге. И город Благовещенск с энтузиазмом воспринял эту идею. Сейчас уже мы знаем, что она по рождению Элизабет, но когда я встречаю, что вроде он к ней обращался Катрин, тоже меня несколько смущает.

О.К.: Разные историки, источники пишут немножко по-разному,. Почему Катрин, возможно, Екатерина решили произносить, об этом сейчас сложно говорить. Все началось с того, что захотелось узнать чуть больше, чем наши историки, которые провели великолепнейшее исследование, которые нам помогли очень много узнать к тому моменту.

С.К.: В какой-то мере твои личные связи сработали?

О.К.: Естественно только это, потому что я тут же обратилась к нашей выпускнице, которая работала в городе. Она тут вспомнила о своем друге, который очень любит Россию, который мгновенно откликнулся на эту просьбу, через час он мне шлет уже фотографии найденной могилы. То есть он тут же поехал, обратился в мэрию города Желос, мэрию города По. В этот раз мы с ним встречались недавно, впервые в жизни я его увидела, хотя больше трех лет мы были на связи. Он говорит, что искал, нужно было поискать, он походил по кладбищу, нашел, слал уже фотографии захоронения. И для меня это было самым первым. После этого последовало немало событий, которые потрясли, взволновали и вдохновляли на дальнейшее какие-то дела.

С.К.: За те полгода, что прошли с прошлого интервью по этой теме в нашей студии, самое главное она была отреставрирована и торжественно открыта. Это оказалось событием для этого городка, и ты была участницей событий, представительницей земли Амурской.

О.К.: Я собиралась этим летом ехать на стажировку на 2 недели и сказала, что приеду туда. Успеют они или не успеют, потому что времени прошло много, и не всегда возможно все сделать. Я решила, что я туда поеду, и им об этом сообщила. Как раз финансирование наша мэрия обеспечила, и им удалось провести работы к моему приезду. Было очень приятное совпадение. Когда я уже приехала, мне многие говорили, что они не могли не закончить, что очень важно было, что вы проехали более 10 тысяч километров для того, чтобы сюда приехать, и нам очень хотелось, чтобы все свершилось.

С.К.: То есть ты стимулировала, ты их подвигла.

О.К.: Мне было немножко неудобно, что это не Валентина Сергеевна, она работает. И было все неожиданно, все свершилось гораздо быстрее замечательным образом.

Е.К.: Что было, расскажите свои ощущения.

О.К.: Там меня встречал бывший служащий мэрии По, он историк, исследователь, который помог очень-очень и в налаживании связей с мэрией города Желос, и налаживание знакомств с другими замечательными людьми этого региона, которые так или иначе связаны с историей этого региона. Честно скажу, в этот же вечер мы поехали на могилу, мне очень хотелось там побывать, хотя все торжественные торжества предполагались на следующий день. С утра мы купили цветы от нас, от благовещенцев, чтобы возложить. Мы приехали в мэрию, и я была не одна, приехала писательница, интервью у которой я брала для нашего журнала, родственник которой встречался когда-то с Муравьевым-Амурским, приехали внучка другого писателя, которые приехали из Бельгии, чтобы со мной встретиться. Эти три года были наполнены удивительными встречами с разными людьми, которые, зная, что я приеду, приехали ко мне туда тоже, но им хотелось тоже приобщиться к этому событию. Нас очень торжественно встречала мэрия, мне было очень приятно видеть мэра, его заместителя, которые при входе нас встречали с красивыми лентами трехцветными, которые они одевают только по особым случаям, когда свадьбы. Мэр, видя, как я волнуюсь, мне сразу сказал, что все пройдет очень спокойно. А я не могла не волноваться, потому что я ждала этого три года, я волнуюсь, и мне приятно от этого волнения, это волнение, которое наполняет самыми красивыми чувствами и эмоциями. Я заготовила речь, конечно же, мне хотелось ничего не забыть, чтобы и от Валентины Сергеевны передать слова благодарности, и от себя рассказать, как это все было. Сначала сказал небольшое слово мэр, он заготовил интересные факты про наш город, как он переводится, что означает, сколько километров я проделала. Позже мне Изабелл сказала, что она написала ему речь, он все забыл и сделал все не так. Я приготовила речь, и, когда я начала говорить, конечно, я уже не смотрела, что я там заготовила, я говорила все души, от сердца. И позже журналисты потом написали в местной прессе, что мое волнение передалось мэру, и он тоже волновался. Он говорит, что раньше к этой истории он не относился с должным вниманием, теперь он осознал всю важность для нас, для россиян, личности их знаменитой жительницы, и сам он очень проникся этой историей. Каждый раз, когда он друзьям пересылал публикации в местной прессе или рассказывали мы, то реакция самая первая – какая красивая история, какая красивая история любви, как хорошо, что это случилось. На самом деле мэр повторял не один раз, что он человек политики, но ему очень важно, что случаются такие события, которые творят люди и которые связывают людей, которые позволяют сблизиться. Он признавался, что почти не знает Россию, к сожалению, но теперь хочет много узнать. Самое важное, что меня потом тронуло на следующий день, он мне высылает фотографию мэрии, от которой водружены три флага Европейского Союза, Франции и России. Для Франции, для города это просто неслыханно. Я считаю, что это он так проникся. Прежде всего, что нас тронуло, когда мы пришли на открытие могилы на кладбище, этот флаг . Он закрывал памятную табличку, которая была изготовлена как раз по случаю. Там были бывшие мигранты, родившиеся во Франции, и один из них сказал: «Я тронут, я впечатлен, я впервые вижу российский флаг на французском кладбище».

Е.К.: Сама восстановленная могила, что она собой представляет?

О.К.: Дело в том, что больших финансов затратить было невозможно, поэтому решено было восстановить камень исторический и не менять его на новый камень. Для того, чтобы его зачистить, там оставалась какая-то гравировка, потому что это семейный склеп, там мать покоится, трудно нам было к тому времени определить, кто еще, мы предполагаем что там оба брата Элизабет и она сама, поэтому поверхность была зачищена. Если приглядеться, то можно увидеть, что гравировка эта осталась, частично она была на французском языке, частично даже кириллицей была прописано что-то. Камень зачищен, и приведена в порядок небольшая территория вокруг камня. И на стене, рядом с которой находится захоронение, сейчас находится памятная табличка на двух языках. Все, кто туда приходит, могут увидеть, что там похоронена вдова генерал-губернатора Восточной Сибири, основателя города Благовещенска графа Николая Николаевича Муравьева-Амурского Элизабет Буржуа де Ришмон.

С.К.: В прежние времена газеты бы вышли под заголовками «Ольга Кухаренко посол мира». Я вот слушаю ее, это то же самое, когда человек из личного энтузиазма делает такое дело, в том числе делает легенду для этого небольшого города.

О.К.: Мне теперь сложно судить, насколько история красива и важна.

С.К.: В «Амурской правде» цитировали мэра, который сказал, что это новая достопримечательность и символ города.

О.К.: Он был очень рад.

С.К.: У них там был один олимпийский чемпион.

О.К.: Есть еще одна достопримечательность для них: когда-то в 1808 году Наполеон прошел через их город и основал конюшни, теперь их три.

Е.К.: Будут за ней следить?

О.К.: Да, они хотят это сделать символом города.

Е.К.: Даже если поменяется руководство, мэрия, энтузиасты с историческим образованием?

С.К.: Мне кажется, что Ольга зарядила их энтузиазмом надолго.

О.К.: Мне кажется, что зарядила. Мэр переполнен энтузиазмом и вдохновлен этой историей, он опубликовал в своих профессиональных соцсетях эту историю, и на следующий день он мне пишет: «Вы представляете, у меня 11 тысяч просмотров. Мне все пишут, все делятся. Это рекорд для меня».

С.К.: История, когда наполняется человеческими эмоциями это крайне интересно, потому что она становится живой и тебе любопытно. Когда читаешь некоторые подробности о Екатерине Николаевне, что она вышла замуж в 29 лет, это в середине 19 века. И есть фотографии, где ей за сорок и видно, что женщина красивая, благородная. А не был ли это ее второй брак?

О.К.: Никаких следов нет. Я думаю, что вряд ли второй брак, были такие времена, и вряд ли она успела бы развестись. Проблема как раз в чем и была, наши историки написали чудесные труды, которые описывают как раз только период российский. Мне очень хотелось, и я до сих пор еще живу этой надеждой – восстановить эту историю. Во-первых, не тронуты национальные архивы Франции, во-вторых, я там познакомилась с одним мужчиной, родители которого в первую волну в революцию эмигрировали, но он очень живет своими русскими корнями, мы с ним договорились, что он сходит в русскую церковь в городе По, в основании которой участвовали Муравьев и его супруга. И почему-то мне кажется, что там должны быть какие-то архивные документы, которые бы свидетельствовали об их участии. Мне почему-то кажется, что еще можно что-то открыть, неизвестно очень много фактов из ее судьбы до замужества и уже после того, как они уехали из России.

С.К.: Я думаю, неизвестно, потому что не интересовались. У меня тоже такое ощущение, что все-таки революции, оккупации эти места миновали, и, может быть, архивы-то лежат, но нет интереса.

О.К.: Когда я начинала поиск, мне объясняли, что это просто огромнейшее море информации. И кроме меня никто туда не пойдет, не то что меня, нужен человек, который бы был заражен этим вирусом.

Е.К.: Вы будете продолжать заниматься ее историей?

О.К.: Да.

Е.К.: Может быть, мы узнаем, какой она была в детстве.

С.К.: Семья, происхождение. 29 лет жизни.

О.К.: Там сразу выслали информацию местные архивы о том, что мама у нее занималась сельским хозяйством, папа был кузнец, один брат прожил всю жизнь с мамой и не женился, второй брат женился, у него было двое детей.

С.К.: Так она из простых была?

О.К.: Я не знаю, но в итоге у них было поместье, которое я в этот раз посетила. Я не знаю, может быть, они потом приобрели и облагородили.

Е.К.: Во Франции находились ли какие-то люди, которые, может быть, родственники ее непрямые?

О.К.: К сожалению, совсем никак. Я упомянула про дом, в который мы пришли, дом был найден тоже благодаря нам, и сегодня в этом доме находится ассоциация, которая занимается молодежью, которая попала в трудную жизненную ситуацию, из дома сбежали беженцы. Мы заходим, и посчастливилось просто в тот же вечер, когда я приехала туда, там были двое молодых людей, которые занимаются приемом людей, и они тут же вышли к нам навстречу. Я давай им объяснять, что вот такая история, что вот такая семья, а вы не знаете, кто и когда перекупил этот дом. И я встретила некое равнодушие, осторожность какую-то. Я им рассказываю, но история их не тронула. Я понимаю прекрасно, что люди живут совершенно другой жизнью, другими заботами, у них совершенно другие цели и печали. Они провели меня по дому: единственное, что с тех времен там осталось, это большая лестница деревянная, но которая тоже была отреставрирована. Все там внутри новое, и получилось так, что там есть большой дом, есть пристройка, в которой жили слуги, и я смотрю наверху этого домика окошечко такое небольшое. Я спросила, что там? Он сказал, что они здесь уже 20 лет, и он не знает, что там.

Е.К.: Последнее это, наверное, развенчать миф, который развенчивали уже не раз, что есть политическое напряжение между странами, и оно каким-то образом на такие вещи не влияет.

О.К.: Несколько, нет, и мэр подчеркнул это много-много раз, он хоть и политический деятель, но очень важны подобные истории, очень важна дружба, сближение народа. Французы любят такое выражение: «Маленькая история в большой истории», если перевести на русский язык. Вот она, эта маленькая история, которая делает большую историю и сближает нас. Это чудесно, я получала потом отклики от служащих мэрии, от заместителей, они говорят: «Спасибо! Как жаль, что у нас было мало времени поговорить, я хочу больше узнать о России, о вашем городе». Я им отвезла книгу с фотографиями «7 чудес Благовещенска» от Валентины Сергеевны, я им рассказала, описала, и они все хотят к нам приехать теперь.

Е.К.: Видимо, продолжение сериала будет. Мы очень рады, это безумно интересно. Спасибо, что пришли сегодня с хорошими новостями. Мы с удовольствием в очередной раз послушали страницы нашей истории, может быть, кто-то и не знал, что происходит.

Просмотров всего: 160

распечатать

Комментарии закрыты