16октября
Предыдущий материал Следующий материал
23 апреля 2019, 14:25 0

Председатель Союза журналистов Владимир Соловьев: вид с китайской стороны на Благовещенск вполне приличный, даже красивый, и можно поспорить, чьи дома симпатичней

Председатель Союза журналистов Владимир Соловьев: вид с китайской стороны на Благовещенск вполне приличный, даже красивый, и можно поспорить, чьи  дома симпатичней

Михаил Митрофанов: Я нахожусь в ДальГАУ, где проходит первый Амурский медиафорум PROMEDIA. На нем присутствует председатель Союза журналистов России Владимир Геннадьевич Соловьев. Как вам Амурская область? Я знаю, что до этого вы здесь не были и, может быть, какие-то небольшие впечатления о посещении Хэйхэ?

Владимир Соловьев: Я объехал практически весь Дальний Восток за долгую журналистскую жизнь, а перед этим служил на Дальнем Востоке в Хабаровском и Приморском краях, это были 82-84 годы. Здесь я никогда не был, наверное, это один из немногих больших городов России, где я не был, поэтому действительно был интерес. Пока я не изучил бэкграунд, у меня было такое представление, что с нашей стороны Амура достаточно скромный город, а на той стороне какой-то мегаполис с небоскребами и вся вот это красота жизни.

М.М.: Наверное, соцсети?

В.С.: Мне об этом рассказывали, и я об этом слышал. Когда мы решили провести наш инфорум именно в Благовещенске, я решил приехать. Потому что это первый инфорум, еще я не был в городе, не был в Приамурье, и была возможность все-таки съездить на ту сторону и посмотреть, как это на самом деле. Вчера мы смогли пересечь Амур на этих удивительных аппаратах – воздушные подушки. Почти целый день мы были на экскурсии, гуляли по Хэйхэ, оказалось, что все совсем не так, как мне рассказывали. Вид с китайской стороны на Благовещенск вполне себе приличный, даже красивый, и тут можно поспорить, чьи дома симпатичней, хотя у них стоит это колесо обозрения. Как мне рассказал губернатор, будет перестроена набережная, будет стоять красивый храм, канатная дорога будет соединять два берега.

М.М.: Да, есть такой проект.

В.С.: Впечатления от Хэйхэ какие-то немного странные, потому что я был во многих городах Китая, был в Пекине и Шанхае. Удивительно малолюдно на улице, очень много пожилых людей, которые играют в карты и, что редко для Китая, это приставучие торговцы, которые пытаются впарить какую-то мелкую ерунду, что тоже для Китая нетрадиционно. Складывается впечатление, что города, в некотором экономическом упадке. Судя по всему, когда был курс рубля другой и много наших туристов, жителей Приамурья, ехало туда, там был расцвет экономический, а после всех этих изменений все резко поменялось. Поэтому они кидаются на любого приезжего с предложениями. Похоже, что город оказался в такой непонятной экономической ситуации и, как выходить из нее, они не очень понимают.

М.М.: Вы видели, там стоит огромный торговый центр «Юань Дунь», практически это такой памятник, и он не работает.

В.С.: Да. В Китае много чего неожиданного и интересного, я видел большое количество пустых новых незаселенных домов. В Хэйхэ такое впечатление, что некоторые дома пустуют.

М.М.: Вполне возможно. Какие у вас впечатления о форуме? Можно ли его сравнить с другими форумами в других регионах?

В.С.: Очень важно, что присутствовал губернатор, бывает, что мы не можем договориться, чтобы губернатор открывал форум.

М.М.: Чем мотивируют?

В.С.: Занятостью, планы, некогда. Хотя это такая возможность и площадка пообщаться не только с региональной, но и московской прессой. Даже бывают такие случаи, что в присутствии московской прессы местная пресса становится такой патриотической, не задает слишком острых вопросов губернатору, чтобы показать, что все нормально. Ваш губернатор мне понравился, он человек харизматичный. Похоже он хорошо и правильно относится к средствам массовой информации. Он проявил интерес к нашему форуму и к тому главному форуму, о котором я рассказал, который пройдет в Сочи с 21 по 27 сентября, – форум «Вся Россия». Я его пригласил приехать, он сказал, что обычно руководители регионов помогают делегации журналистов приехать в Сочи, особенно если это далеко, возможно, это тоже получится.

М.М.: У нас это очень проблематично.

В.С.: Мы готовы представить площадку для выступления, для того чтобы человеческий, журналистский и туристический потенциал области там представить, рассказать. Там будут люди из всех регионов страны, там будет много иностранцев, возможно, это будет интересно. Китайская организация и Союз журналистов заключили соглашение, и там будет большая делегация наших китайских коллег. Они активно участвуют в нашей совместной жизни, мы уже проехали по некоторым точкам Великого Шелкового пути. У них в СМИ есть форумы под названием «Один пояс, один путь». Они стараются, это устраивают, я думаю, что все это будет продолжаться, в итоге этот путь дойдет и до Москвы, как промежуточный пункт, возможно, и Благовещенск. В прошлом году мы с коллегами были в Туве, и там тоже можно что-то сделать. Очень интересная тема и вопросы были неожиданные, такое живое общение, хотя набор тем почти везде одинаковый, но есть особенности в разных регионах. Понятно, что мы не министерство печати, мы общественная организация, и какие-то вещи решать на государственном уровне мы не можем, но можем доносить туда, где эти вопросы могут решаться, аккумулировать все проблемы и доносить туда, где можно попытаться их решить, и иногда это получается.

М.М.: Вы сказали про отношение губернатора к СМИ, что оно очень правильное и позитивное, я с этим соглашусь. Более того, скажу, что этот форум организован именно правительством Амурской области. Мне как представителю СМИ приятно, что Союз журналистов поддержал и то, что вы приехали и привезли сюда спикера для инфорумов. О деятельности Союз журналистов здесь звучали вопросы на встрече, вы говорили о том, что Союз журналистов отчасти выполняет и взял на себя функции профсоюза профессионального Союза журналистов – то, чем раньше занимались профсоюзы – поддержка и взаимопомощь журналистам.

В.С.: И юридическая защита.

М.М.: Да, профессия опасная. Не так давно были публикации, связанные с разными историями на Северном Кавказе, в частности в Чечне. И давление, угрозы прямые и то, что происходило и происходит, наверное, до сих пор еще в Чеченской Республике с «Новой газетой». Как Союз журналистов в этом участвует? Что вы можете об этом рассказать?

В.С.: Конечно, участвуем и общаемся со всеми сторонами конфликта. Я не раз бывал в Чеченской Республике, причем я бывал в ней во время войны, я был около 12 раз в командировках, сопровождал генерала Лебедя на переговорах, даже общался со многими террористами – Радуевым, Басаевым, Масхадовым. И то, что сейчас это просто фантастическое зрелище, когда стоят небоскребы в центре Грозного, огромные красивые мечети, чисто, все спокойно, можно ночью гулять по проспекту Владимира Владимировича Путина и говорить по-русски и никаких проблем. Работают рестораны, магазины и республика развивается, даже горнолыжный курорт открылся. Никто бы не мог поверить в то время, что будет горнолыжный курорт и будут люди со всей страны кататься на лыжах в Чечне, в горах. Автобусы идут в Грозный, я это видел, например, из Минеральных Вод, Ессентуков приезжают люди просто посмотреть, как это все происходит. То, что касается этого конфликта с «Новой газетой», я об этом хорошо знаю, у нас было два форума в Чечне. И на последнем форуме я был на сцене вместе с министром печати и иностранных дел Чеченской Республики Джамбулатом Умаровым. Он там очень авторитетный человек, очень харизматичный человек, и он спросил меня на сцене: «Что нам делать? Вот одна газета все время пишет про нашу республику какие-то неправильные с нашей точки зрения вещи, как нам быть?»

М.М.: Неправильные – это ложь или все-таки это правда?

В.С.: Он так формулировал.

М.М.: Они умеют формулировать.

В.С.: Этот вопрос мне был задан на сцене в присутствии всех, кто находился в зале.

М.М.: Что вы ответили?

В.С.: Что я постараюсь быть посредником, я постараюсь обратиться к руководству газеты, чтобы вы могли собраться в моем присутствии, без меня, как угодно, журналисты из Чеченской Республики вместе с вами или без вас. Приехать в Москву или здесь, как угодно встретиться с руководством, журналистами этой газеты и прямо друг другу в глаза сказать, в чем проблемы и решить их. И, может быть, помочь каким-то образом журналистам газеты работать в республике. На что он сказал, что дадут все возможности с охраной, пожалуйста, пусть ездят по всей республике, задают любые вопросы.

М.М.: Когда это было?

В.С.: Это было летом прошлого года.

М.М.: Что с тех пор произошло?

В.С.: Я встречался с Муратовым, я ему рассказал об этом разговоре, он сказал, чтобы я передал его телефон Умарову, я потом еще раз видел Муратова, спросил, произошел ли разговор? Он ответил: «Пока нет». Мы готовы в любом случае быть посредниками даже в таких острых конфликтах, потому что мы декларируем, что мы работаем со всеми, что мы защищаем журналистов, невзирая на принадлежность какой-то части политического спектра, оппозиционные и неоппозиционные, государственные – для нас все журналисты.

М.М.: Еще одна тема, о которой не могу не спросить - журналистика и пропаганда. Сейчас противопоставляются эти две вещи, они всегда противопоставлялись и понятно, что пропаганда – это уже не журналистика, это другой какой-то жанр. То, что сейчас происходит в массе средств, уж извините за каламбур, средств массовой информации, в большей степени тут явный перекос как раз в сторону пропаганды. Союз журналистов в этом смысле как-то реагирует на это и рефлексирует, что-то пытается с этим сделать? Или вы считаете, что ничего страшного не происходит?

В.С.: Во-первых, мы никоим образом не можем, не имеем права влиять на то, что говорят, произносят, пишут журналисты. Мы не можем сказать, вот вы там занимаетесь пропагандой, не делайте этого, делайте вот это. Если мы такое скажем, то нас надо разогнать к чертовой бабушке.

М.М.: То есть вы не имеете даже права говорить и высказывать личное мнение?

В.С.: Говорить и высказывать мнение, конечно, мы можем. Просто я у вас хочу спросить: а вы можете дать определение, что такое пропаганда?

М.М.: Пропаганда – это когда информация подается под каким-то определенным углом, что сопровождается необъективностью в подаче, ангажированностью подачи. Это необязательно политическая это может быть, любая другая.

В.С.: В принципе, это от греческого слова распространение, распространять.

М.М.: На стыке с пиаром сейчас это такой жанр.

В.С.: Когда-то это слово носило нейтральную окраску. Сейчас оно приобрело окраску отрицательную, и при этом иногда, как мне кажется, незаслуженно некоторые журналисты, работающие в оппозиционных изданиях, обвиняют журналистов, работающих в государственных изданиях, и говорят, что они пропагандисты.

М.М.: Так у нас нет оппозиционных изданий.

В.С.: Как нет? А «Эхо»?

М.М.: Это неоппозиционная радиостанция. Это площадка, куда может прийти в том числе и человек, по-другому мыслящий и по-другому смотрящий на те или иные процессы. Вот и все.

В.С.: Хорошо. Издаются газеты, а вы слышали когда-нибудь про газету «Новые колеса» или газету «Арсеньевские вести», которые начинаются просто с карикатур на руководство страны? Они выходят в формате недели.

М.М.: Политическая оппозиция, да, но это конкретный жанр. Мы на выборах видим газеты условно оппозиционных партий, которые тоже выдают массу информации.

В.С.: Это определенная пропаганда своей точки зрения, которая в своем направлении. Меня несколько коробит, когда представители оппозиционных изданий говорят про тех, кто работает в государственных изданиях, что они пропагандисты, потому что проще всего, когда не согласен с другой точкой зрения и можно сказать: «А это пропаганда». Соответственно, в обратную сторону звучат иногда те же самые слова, которые тоже пропаганда, но только с другой стороны. Такое есть. Для меня все журналисты даже если они работают в спортивном издании или в «Мурзилке», – они журналисты, если работают на государственном канале, в оппозиционной газете, они для меня все равно журналисты. Я стараюсь не делить на журналистов или пропагандистов, мы все равны. Мы все работаем в официально зарегистрированных СМИ, и всех поддерживает Союз журналистов России. С особой радостью он поддерживает членов Союза журналистов, если есть необходимость, то мы поддерживаем и не членов Союза, потому что считаем, что это наше общее дело – помогать журналистам.

М.М.: Как вы тогда относитесь к уклону на подачу информации, я имею в виду по соотношению внутренние, что называется, и внешние – то, что в повестке основной федеральной СМИ в основном повестка зарубежная?

В.С.: В большей степени даже украинская.

М.М.: Украинская, Трамп, США и так далее. А где страна, где вообще то, что происходит даже здесь в Амурской области? Кроме наводнения, пожара и еще чего-нибудь, или какой-то жуткой истории, где кто-то кого-то убил, расчленил, или какие-то животных уничтожают?

В.С.: В дипломе моя профессия записана, как журналист-международник, и меня, конечно, всегда интересует международная повестка. Хотя я вижу, что существует особенно на государственных каналах, в государственных СМИ значительный перекос именно международной повестки по сравнению с внутренними событиями и даже перекос существуют в смысле хорошее - плохое. Хорошие и плохие новости, потому что на первый план – это, по сути, всегда и было – чаще всего выходят новости плохие. Кстати, есть такая проблема, она как-то заложена в нашем внутреннем редакторе – не говорить о хорошем, чтобы не сказали, что ты делаешь джинсу. Все знают, что такое джинса? Когда журналист берет деньги за скрытую рекламу, поэтому иногда журналисты боятся даже говорить.

М.М.: Если какая-то хорошая история о хорошем человеке, просто иногда времени не хватает, формат не позволяет.

В.С.: Или даже о том, что открываются новые заводы, собрали урожай и так далее. Иногда об этом даже не говорят, к сожалению, не хватает на это места в новостях, потому что значительную часть занимает такая негативная повестка. Это во многом, может быть, как бы проистекает из человеческой психологии, потому что когда сидишь дома в кресле, под теплым пледом и смотришь, что где-то что-то сгорело, Нотр-Дам сгорел, или где-то утонули люди, взрывы, террористы, а не у нас, не у меня. Это как-то дает человеку дополнительную уверенность в том, что он еще жив. Это заложено в психологии, поэтому иногда зритель, слушатель клюет, его цепляют новости негативные. Как у нас бабушки любят выйти на скамейку и говорить: а вы слышали, какой ужас случился? Ну и дальше это на несколько часов.

М.М.: Вы второй год как председатель обновленного Союза?

В.С.: Коллеги говорят, что заметно Союз изменился.

М.М.: Что вы считаете главной заслугой – хотите вашей личной, хотите под вашим руководством Союза журналистов? Главная заслуга за этот период?

В.С.: Тут все достаточно просто, как в предвыборной кампании. Были поставлены цели, когда я избирался, о том, чего мы хотим добиться. Я изучил весь бэкграунд того, что произносилось на съездах прошлых, что сообщество хотело бы от Союза журналистов. Я изложил этот текст и тезисах, которые произносил перед тем, как меня избрали. И дальше я взялся их выполнять. Я выполняю свою предвыборную программу, свои обязательства пункт за пунктом. Тут все просто: активизировалась защита журналистов, активизировалась наша юридическая служба, два указа президента мы получили за прошедший год после общения моего с президентом. Приятно, что президент откликнулся – это указ о заслуженном журналисте России, заслуженном работнике связи и информации, указ о дополнительных мерах по помощи журналистам, работающим в горячих точках. Мне кажется это достаточно важно, это наша заслуга. Раньше такого общения у руководства Союза журналистов с руководством страны не было, таких откликов на это общение тоже не было – это впервые. Мы очень достойно встретили наше столетие. Мы очень благодарны мэру Москвы Собянину за то, что он нам на столетие подарил 300 миллионов рублей на ремонт Центрального дома журналистов на Никитском бульваре. Мы сейчас очень озадачены тем, что там можно перестроить, чтобы сохранить все историческое наследие, работает целая комиссия.

М.М.: Ресторан «ДомЖур» останется?

В.С.: Конечно, останется, и мы надеемся его расширить. Уже сейчас есть специальные карточки – это у нас такая программа клубная, там будет клуб иностранных журналистов, там будет джазовый клуб, там будет выставочный зал и мультимедийный пресс-центр и многое другое – все, что касается международного сотрудничества, общения, в том числе с разными уровнями власти, потому что предыдущие руководство Союза особо с властью и не общалась. А надо иногда общаться потому, что удается выбить гранты, субсидии. Иногда нам говорят, что вы получаете у государства. Извините, Международная федерация журналистов (МФЖ), которая базируется в Бельгии, получает субсидии от бельгийского государства, иначе просто не прожить. Нам удается получать достаточно весомые субсидии – по 95 миллионов рублей, в том числе на проведение наших форумов, которых больше двадцати в прошлом году было, в этом году больше 20 запланировано. У нас идет очень большая работа по помощи ветеранам, каждый год 14 миллионов – это гранты Минкульта и Минтруда, поэтому мы распределяем адресно ветеранам журналистики, и это огромная работа. Мне кажется, это очень важно, потому что какие пенсии в районах, в регионах у ветеранов журналистики. Вдруг тут человек перед Новым годом получают 20-30 тысяч как помощь от Союза журналистов. Я думаю, что это важно. Это такая кропотливая, ежедневная работа, которая занимает больше всего времени, но я считаю, что это очень важно. Мы это делали и будем делать.

М.М.: Спасибо вам.

Просмотров всего: 138

распечатать

Комментарии закрыты