18июля
Предыдущий материал Следующий материал
14 декабря 2018, 15:00 0

Ирина Корнеева из Парижа: размышления о том, что происходит во Франции и кто такие «желтые жилеты»

Ирина Корнеева из Парижа: размышления о том, что происходит во Франции и кто такие «желтые жилеты»

Михаил Митрофанов: Добрый день! Сегодня мы связываемся с Парижем и будем говорить с нашей землячкой Ириной Корнеевой, которая сейчас там живет. Не очень радостный повод заставил выйти на связь и попросить об этом интервью. Что сейчас происходит в Париже, в пригороде? Какова обстановка? Что вы сейчас там видите?

Ирина Корнеева: В пригороде и в более отдаленных районах Парижа, в принципе, спокойно. Все разворачивается в центре Парижа, в частности на Елисейских полях. Это стало местом сборища этих самых «желтых жилетов», которые негодуют на повышение налогов, которые хотят повысить среднюю заработную плату, которые недовольны ростом цен на бензин. Также много людей негодует в провинции. Четыре недели назад была первая манифестация. Мы как раз были в Бордо и видели очень-очень много людей, они перекрывали дороги, то есть из провинции люди активизируются, мобилизуются еще больше. Из новостей мы узнаем, что много людей приезжает из разных городов Франции, из Бордо, с юга Франции для того, чтобы собраться на Елисейских полях и заявить о своих протестах. Как вы также могли видеть к этим людям присоединились также люди, которые ничего общего не имеют с данным движением, насколько нам это говорят по телевизору. Это, как правило, молодые люди, они просто громят, просто бьют, просто разрушают. Это началось на прошлой неделе, в прошлую субботу. Может, видели по новостям очень высокого типа бутики, магазины фирменные просто громятся, люди оттуда вытаскивают все, что могут вытащить. И аптека была такая или, кажется, магазин очков. В магазине одежды высокого класса тоже были разбиты витрины, оттуда вытащили все, что можно было вытащить. Французы и французские СМИ никак общем-то не связывают с настоящим движением.

М.М.: Скажи, пожалуйста, а насколько та информация, раз ты говоришь про российские СМИ, то значит, ты видишь, что говорят они, как они преподносят эту информацию, насколько это соответствует действительному положению дел?

И.К.: На мой взгляд, насколько я уже успела познакомиться с французскими СМИ, насколько я их знаю, это соответствует действительности. Потому что нынешняя власть, в частности французский президент, очень сильно в данный момент критикуются. Ни для кого не секрет, когда эти самые люди выходят на улицу, эти «желтые жилеты» скандируют: «Макрон в отставку, Макрон в отставку!» Ни до кого не секрет, что многие желали бы отставки нынешнего президента, и в связи с этим на телевидении эту тему подхватывают, анализируют статус президента и правительства. Приглашаются какие-то члены правительства, им задаются напрямую очень критикующие вопросы, поэтому я думаю и, зная французских журналистов, которые имеют свободу слова, то, что мы видим по телевизору, соответствует действительности.

М.М.: Эти самые «желтые жилеты» – что их объединяет, кроме требований отставки Макрона и формы одежды? Известно что-то, кто эти люди? Откуда они взялись? В наших СМИ говорят о том что это все делается по сценарию желтых, оранжевых революций. Все сравнивают с Майданом – схема одна и та же, и, дескать, все это происки госдепа, то есть Соединенные Штаты в этом участвуют. Что об этом известно? Какое количество французов поддерживает эти «желтые жилеты»? Твои знакомые французы, они их поддерживают, выходят на манифестации?

И.К.: Из того, что мы видим по телевидению, эти «желтые жилеты», как правило, – представители слоев населения не из самых богатых, то есть это рабочие, у которых не очень высокие заработные платы. Например, по телевидению показывали такой сюжет, где они громили на Елисейских полях витрину. Подбежал человек, который работал в этом бутике, и говорит: «Ну что вы тут рушите, остановитесь, я здесь работаю». А «желтые жилеты» отвечают: «А ты поезжай на юг, поработай там и посмотришь». А с другой стороны, непонятно: что тут парижанин работает, и на юге работают, и все платят эти самые налоги. Поэтому сейчас смысл «желтых жилетов» для многих не очень улавливается, потому что переросло все в какую-то неконтролируемую массу, учитывая, что присоединились люди, которые почему-то хотят теперь все рушить и ломать. Но с другой стороны какая-то часть Франции, конечно, поддерживает в чем-то эти «желтые жилеты», потому что действительно повышение цен было, повышение цен на стоимость бензина было, и людям с невысоким заработком жить во Франции тяжело. Наверное, каждый француз в глубине души, конечно, поддерживает это движение. Но с другой стороны большая тревога и ощущение опасности существуют, потому что этих людей на сегодняшний день контролировать невозможно, и очень многие задают себе вопрос: «Куда мы идем? Что будет?» Потому что, если накануне Рождества люди выходят на улицы и все громят и за это иногда отвечают такие же рабочие, такие же люди, которые работают на Елисейских полях, которые не владельцы этих самых дорогих бутиков, а также наемные рабочие. Это, конечно, возмущает людей, потому что все мы работаем, у каждого своя профессия, у каждого свое место работы, поэтому на юге ты живешь Франции, в глубинке ты живешь Франции или в центре Парижа, все люди обязаны платить налоги. Поэтому такая волна возмущения, конечно, тоже есть: держите себя в руках, все равно все мы находимся в одной ситуации. Из-за повышения цен страдают все, но это не повод переходить в такие крайности. Но с другой стороны очень страшно, наверное, иностранцам которые сейчас приезжают в Париж и видят такое накануне Рождества. Плюс очень многие говорят, что Франция сейчас понесет огромные финансовые потери, потому что бизнес, очень многие точки, например, продают в рождественский период гораздо больше, чем любой другой, выручка в рождественский период возрастает у очень многих компаний и многих марок. А то, что сейчас происходит, конечно, падает выручка у людей. Это раз. Во-вторых, вы затронули вопрос, а не связано это с Майданом, не связано с Америкой? Я думаю, вряд ли, потому что Францию надо знать. Это люди бастующие, это люди бунтующее сами по себе, их не надо из Америки как-то так подзуживать, их не надо как-то мобилизовать для того, чтобы они организовали манифестацию, это люди сами по себе. Если они недовольны, они это высказывают, если они с чем-то не согласны, они сразу собираются и высказывают это в крайнем, иногда очень агрессивном, тем не менее во Франции это очень принято. К счастью или к несчастью, это страна можно сказать, – сама жертва собственной демократии.

М.М.: Понятно. Гражданская позиция, в общем-то, ее другая сторона этой самой медали. Есть понимание, стоят ли за этим какие-то силы, может быть, левые или правые, например? Потому что, как я понимаю, не все поддерживают, но, по крайней мере, если, по сути, поддерживаются протесты.

И.К.: Михаил, вы совершенно правильно задаете вопрос. Кто лидер, кто за этим стоит? Дело в том, что у данного стихийного сообщества «желтых жилетов» нет лидера. Об этом очень много сейчас говорится в СМИ. Как правило, это люди, которые ведут переписку в социальных сетях, они предлагают: давайте соберемся и повторим это все в следующую субботу. Я считаю, что все эти требования они имеют место быть. Почему? Потому что сейчас очень много это обсуждается, естественно, все выпуски новостей, много документальных фильмов. Я считаю, что это движение «желтых жилетов» не было сфальсифицировано. Мне кажется, что это просто нормальные обыкновенные французские люди, которые собрались несколько недель тому назад и решили побастовать, как мы говорим. И в итоге это вылилось во что-то такое, что на сегодняшний день просто нельзя каким-то образом контролировать. К чему это приведет, что будет дальше, покажет время. Я думаю, что даже президент Франции на сегодняшний день на это не может ответить, но мы надеемся, что к Рождеству все успокоится, что какой-то ряд мер все-таки будет принят, и закончится эта эпопея «желтых жилетов» какими-то действиями со стороны французского правительства.

М.М.: Какова же все-таки цель? Процесс ради процесса? Отставка Макрона, и что, что дальше? К чему хотят прийти эти протестующие? И если там примазываются к ним мародеры, то какая-то работа ведется, чтобы дистанцироваться от них?

И.К.: Что касается восстановления, вы говорите о мародерстве и так далее. Конечно, это все восстанавливается, ведутся сразу работы восстановительные. Я в пятницу прогуливалась по Парижу и видела, как вечером коммерсанты укрепляли свои витрины деревянными ставнями, пластинами деревянными, которые помогают спрятать и укрепить витрины для того, чтобы хотя бы не разбили ее снаружи. Я знаю что «Галерея Лафайет» – это большой парижский универмаг, был закрыт в субботу, хотя он никогда не закрывается, тем более это последние уикенды перед Рождеством. Популярная марка французских духов «Фрагонар» была закрыта. Очень много марок такого хорошего уровня распустили людей на субботу для того, чтобы защитить на случай, если вдруг будет что-то будет происходить снова. Я даже знаю, что была негласная договоренность, что все хорошие, уважающие себя марки сказали, что мы закрываемся и не будем в субботу работать. Отвечая на вторую часть вашего вопроса: цели у «желтых жилетов» конкретные – это снижение налогов, повышение заработной платы, улучшение уровня жизни средних французских граждан, уменьшение безработицы. В принципе, лозунги они очень конкретные. Другое, что они требуются в самые короткие сроки. Поэтому для правительства это такая головоломка, им необходимо принять какие-то меры в самое ближайшее время, что невозможно, потому что реформы занимают, как правило, большое количество времени. Многие СМИ пишут сейчас о том, что Эдуард Филипп, нынешний премьер-министр Франции, по идее, должен уйти в отставку. Сейчас на него столько свалилось, он теперь должен за все отвечать, и французские СМИ прогнозируют его уход. Многие СМИ описывают, что самому президенту сейчас должно быть нелегко, он немного сейчас выступает перед публикой, немного комментирует. Пишут о политическом кризисе в данный момент. Мы надеемся, что это временное событие, что в ближайшее время что-то произойдет, все немного успокоится. И та часть Франции, которая сегодня негодует и недовольна, будет услышана, и какие-то их просьбы будут внедрены в жизнь.

М.М.: Ты говоришь, что лозунги и требования вроде бы конкретные, но практически не выполнимые. То есть получается, что цель просто свалить эту власть, сменить премьер-министра, правительство, свергнуть по сути дела или заставить Макрона уйти в отставку. Если это невыполнимые требования, не просматривается ли что цель какая-то иная? Может быть, цель просто посеять хаос, неразбериху и уже под шумок, как говорится протащить какие-то свои далеко идущие цели? Нет ли ощущения, что это может с одной стороны закончиться введением какого-то военного положения? Потому что если это не кем не управляется, то эти безобразия надо как-то прекращать. Может быть, это какие-то провокаторы делают специально, но с какой целью? Когда все-таки президент сделает заявление? Я так понимаю, что все-таки никакого заявления он так и не сделал. Что он намерен делать? Что намерено делать правительство? Ожидается ли в ближайшее время такое заявление?

И.К.: Про Макрона, про президента Франции, вы задали вопрос действительно в точку. Потому что до вечера понедельника он вообще не выходил на связь с французским народом, никакого диалога с президентом не было, и все ждали, что же он скажет. Как он будет реагировать, какие меры он примет? Потому что с его стороны была полная тишина, постоянно появлялся премьер-министр, президента не было видно. Сегодня вечером он выступил перед французами, пообещал по 100 евро прибавить минимальной зарплаты с января будущего года. Это коснется не всего населения Франции, а только тех людей, которые получают самую минимальную зарплату. Моего молодого человека очень порадовало, я не знаю, насколько это выполнимая мера, он пообещал, что все работодатели должны выплатить к концу года премию каждому наемному рабочему, что на самом деле нереальная мера, потому что до конца года осталось мало времени. Как и с чего вдруг предприятия будут платить? Из какого бюджета они будут изыскивать эти средства, непонятно. Плюс к этому он сказал, что все эти таксы, налоги, которые планировалось ввести с 2019 года, они в итоге еще не вступят в силу. Будем ждать реакцию с французской стороны. Я сама не аналитик и анализировать ситуацию на сегодняшний день я пока не могу, но хотя бы сейчас появилась связь с президентом, он выступил по телевидению. На мой взгляд, его появление было отрепетировано, когда проходил прямой эфир и подключились представители «желтых жилетов», они сказали, что он практически вышибал слезу.

М.М.: По поводу происходящих событий, что думает Ронан, ваши общие друзья и знакомые французы? Как они к ним относятся? Предположительно, какие прогнозы на будущее?

И.К.: Ронан по этому поводу очень переживает, следит. Тут невозможно остаться равнодушным, потому что это касается всех французов. На его взгляд, это глубокий политический кризис, который показывает разлом между средним бедным классом и очень богатым, потому что такое ощущение, что Макрон отдает предпочтение все-таки богатым людям, что каждый раз, когда он делает что-то хорошее для бедных, он обязательно поощряет и богатых. Такая политическая направленность сейчас прослеживается. Но с другой стороны, проблема разделения капитала – кому его отдать, бедным или богатым – в принципе касается любой страны. Кого мы поддерживаем – олигархов или пенсионеров и нуждающихся? Мне кажется, что не только Франция на сегодняшний день нуждается в таком размышлении, в решении этого вопроса. У нас и в России, и в других европейских странах всегда такая дилемма: кому помочь, в какую сторону сделать эти реформы, в сторону богатых или бедных? Как показывает практика, что, наверное, богатым отдавалось больше, но во всяком случае это известно, что Макрона поддерживали богатые слои населения, политика его была направлена на богатые слои населения. Поэтому нуждающиеся люди возмутились, и к чему это привело?

М.М.: На фоне всех этих протестов, всех событий не возникало желания все бросить и вернуться в Россию?

И.К.: Интересно, чем это все закончится. Мы не ищем легких путей, мы будем смотреть, как дальше будут разворачиваться события, насколько новые меры французского президента вступят в силу. Я это говорю со смехом, с иронией, но я понимаю, что для большей части французского населения это достаточно болезненная тема, они реагируют очень остро на это. Две-три недели по телевизору с утра до вечера говорят про «желтые жилеты» во всех программах. Действительно, «желтые жилеты» устроили какую-то желтую революцию. Страшно то, что это неконтролируемый человеческий поток. И в этом плане все испугались, испугались причинно, а не просто так. Я знаю, что зарубежное телевидение говорит, что в Париже это Армагеддон. В любом случае президент немного успокоил людей. Я надеюсь, что эта атмосфера поуляжется, но армия готова, полицейские оснащены. Противовес не «желтым жилетам», а именно людям, которые все бомбят, как я раньше говорила, что все-таки разделение есть. «Желтые жилеты» – это люди, которые отчаявшиеся, немного получающие заработных плат, субсидий от государства, пенсионеры и так далее – это одна часть, это нормальные люди, которые просят перемен. Другая часть, которая все бомбит, они делают это бездумно, у них в голове нет никакой созидательной идеи, они это делают, чтобы просто разрушить. Мне кажется, что таких людей все-таки пресекать будут. Но «желтые жилеты» все-таки дадут о себе знать, и в ближайшее время мы о них еще услышим, но дай бог не с таким давлением, не с такими новостями.

М.М.: Только что пришло сообщение. Решение Эмманюэль Макрона о введении в стране чрезвычайного положения социально-экономического. Как к этому отнеслись вы? Как общество отнеслось? Что говорят французы? Я читаю, что это должен все обнародовать гражданам премьер-министр.

И.К.: Мне кажется, ничего удивительного не произошло, все этого ждали, об этом говорилось давно, предполагали, что чрезвычайное положение будет введено раньше. Судя по телевидению, что я сейчас могу увидеть после речи французского президента, что большая часть населения разочарована, ждали чего-то большего, более масштабного и прогнозируют, что манифестации будут продолжаться.

М.М.: Ты говоришь, что разочарованы, а почему? Что не так? Ждали каких-то более радикальных изменений? И так понадобится 10 миллиардов евро, чтобы исполнить эти обещания, уступки и воплотить в жизнь. Чего большего ждали? Что должен был сделать Макрон?

И.К.: Разочарованы, потому что выступление президента было с опозданием, его ждали намного раньше. Ждали, возможно, более кардинальных перемен, более конкретных, которые коснутся самых малооплачиваемых слоев населения, ждали, что коснется это всех и более глобально. Будут более значительные реформы, будут введены крупные решения. Например, Макрон предложил работодателям в ближайшее время внедрить премию всем наемным рабочим. Эта мера вызывает только улыбку, потому что конец года, бюджет уже заканчивается. Если работодатели будут вынуждены выплачивать эту премию, то в бюджете предприятия денег особо не останется, потом, может быть, это повернется против самих работодателей, может быть, сократят зарплаты, что-то будет урезано. Такая мера вызывает большие вопросы у французов: нужно ли вводить эту премию или нет?

М.М.: С того времени, как вы были у нас, здесь, прошло 4 месяца. Конечно, это тревожные и тяжелые события. Что-то хорошее произошло?

И.К.: События позитивные были. Самое масштабное, мирового, большого уровня – это 100-летие окончания Первой мировой войны. Отмечалось это в Париже, у подножия Триумфальной арки собрались лидеры всех стран, приезжал Владимир Путин, он был на высоте. Американский президент был обеспокоен тем, что происходило в тот момент в Калифорнии: были пожары, тоже не пожелаешь ни одной стране. Было душевное событие, была Ангела Меркель, много европейских глав стран, было много детей, которые читали на разных языках отрывки из писем, которые посылали на фронт. Такое событие объединило французскую, европейскую, российскую нации, и такие примеры объединения лидеров различных государств очень радуют, поэтому хорошее и позитивное что-то происходит.

М.М.: У тебя есть возможность сказать какие-то слова жителям Благовещенска.

И.К.: Спасибо большое. Мы всем передаем привет. Мы были у вас в сентябре, нам очень понравилось, была теплая, солнечная осень. Надеюсь, что когда в следующий раз мы с вами созвонимся, то это будет по приятному поводу и сможем поговорить с улыбкой на лице, а не с тревогой в сердце и с волнением не только за французов, но и за всех нас, потому что это может коснуться любой страны. Как сказал Ронан, золотые годы Франции, наверное, остались позади. Сейчас экономический кризис, в общем-то, везде, в каждой стране свои заморочки, каждая страна справляется с ними, как может. Благо, что все сейчас прозрачно, за всем можно следить, смотреть, учиться на ошибках других и не повторять их.

М.М.: Благодарю тебя.

Просмотров всего: 678

распечатать

Комментарии закрыты