21октября
Предыдущий материал Следующий материал
12 декабря 2017, 14:35 0

Денис Волков - директор центра по сохранению историко-культурного наследия Амурской области

Денис Волков

Тема: историческая память

Ведущий: Александр Ярошенко

Добрый вечер! На прошлой неделе в Благовещенске простились с Сергеем Михайловичем Орловым, который руководил очень значимым общественным проектом «Историческая память Приамурья». Сегодня гость нашей студии – Денис Волков, директор центра по сохранению историко-культурного наследия Амурской области. Мы поговорим об истории, памяти, в том числе об исторической.

- Здравствуйте, Денис!

- Добрый день.

- Коммунисты 70 лет говорили, что незаменимых людей нет, но, как известно, врали – незаменимые люди есть. Каждый человек незаменим. Что ушло вместе с Сергеем Михайловичем Орловым из нашей жизни?

- Ушел человек, который был двигателем, мотором, тянущим весь этот проект на своих плечах своими идеями, возможностями, в том числе финансовыми при осуществлении всех мероприятий. Ушел учитель, который нам что-то подсказывал в таких моментах, как правильно общаться, строить ту или иную работу, в том числе комплексно. У Сергея Михайловича было столько знаний, он ко всему подходил досконально, с научной точки зрения, при этом всегда говоря, что он не ученый. Когда мы ему говорили, что он столько знает, может легко написать диссертацию, он отмахивался со словами: «Нет, я не ученый, это не мое предназначение, мы работаем по-другому». Готов был поделиться информацией, отдать любому – пусть ученые пишут диссертации, а мы будем работать.

- Расскажите, чем вы занимались?

- С Сергеем Михайловичем мы работали, продолжаем и будем работать по направлению поисковой деятельности, увековечиванию памяти советских солдат, причем не только амурчан, воевавших в годы Великой Отечественной войны. Начинали с этого, потом появилась новая информация по кладбищам округа Сыпин, при станции Гоцзядянь – ушли немножко глубже, в начало двадцатого века. Вся работа была направлена на поиски мест захоронения солдат, которые остались лежать на поле боя; в 2015 году это был Китай. В 2016–2017 годах продолжали работать по Волгограду – Серафимовичский плацдарм, где воевали бригады призванных из Амурской области. Работа ведется комплексно, не только поисковая – ходим, ищем что-то в лесу или поле – работа строится из многих компонентов, в первую очередь, архивов.

- С ними надо уметь работать, там своя методика и подходы.

- Сергей Михайлович был человек военный, он понимал, как мог идти бой, какая документация по нему должна сохраняться, какая она должна быть, как и где ее найти.

- С какой стороны лучше зайти и за какую ниточку потянуть.

- Как с ней работать. Мы больше археологи, поэтому больше работаем профессиональными археологическими методами. На практике получилось так, что археологические методы более продуктивны в поисковой работе.

- В поле зрения есть человек, который станет во главе всего этого?

- Все так неожиданно произошло, пока не готов об этом говорить. Думаю, в любом случае команда, которая есть, а она существует – специалисты нашего центра, поисковики с территорий Амурской области, ребята, которые работают с архивами, мы соберемся и все обсудим вместе. Вопрос в другом – Сергей Михайлович был мощным тяжеловесом во всех этих вопросах, многие организационные вопросы он решал благодаря своему авторитету.

- Знал, в какие двери зайти и умел в них заходить, открывать самые высокие кабинеты.

- Да.

- Как известно, самая лучшая память о человеке – это продолжение его дела. Скажите, зачем нам нужна эта деятельность: делать раскопки через десятилетия, находить останки солдат, возвращать безымянным имена? Это обществу нужно в столь циничной сегодня жизни?

- Даже если жизнь циничная и клиповая, в любом случае этот вопрос к каждому человеку. Мы для себя давно решили, для чего это делаем. Мы это делаем для памяти, для поколений, для наших детей, в том числе будущих – чтобы знали, помнили, чтобы было определенным уроком. Без сохранения культурного наследия, это касается не только памяти о Великой Отечественной войне, но и других объектов – более древних, археологических – мы не будем знать, что и как происходило, какой урок из этого можно вынести. Здесь каждый должен ответить, нужно ли и стоит ли. Мы, например, очень много дискутируем, что было страшненькое здание, сделали его красивым, но сделали неправильно, нужно вернуть. Давайте зададим другой вопрос – а может его сделать таким, какое оно было раньше, еще до того, как его сделали плохим? НЕ все хотят это делать, не все об этом говорят. Может быть, это и наша вина, потому что порой в том же Интернете не хватает достоверной информации.

- Вы сами не раз участвовали в раскопках. Как археолог, ученый, человек – с этого поля возвращались другим? Открываются в душе какие-то ценности?

- Любой археологический объект является пазлом в общей картине древнего прошлого человечества. Мы никогда не знаем, что найдем, какой будет результат нашего изыскания. Невозможно взять археологический предмет, посмотреть на него и положить обратно. Изучая археологический объект, мы его разрушаем. Проведя раскопки, памятник перестает существовать. Это очень важно. Любая информация, которая попадает, становится отдельным элементом общей картины. Порой она меняется: мы выстраиваем какие-то концепции, получаем новый археологический материал, понимаем, что было не так, переделываем, переписываем.

- Когда раскапываешь поле боя в поисках останков через десятилетия, столетия, что-то у вас в душе меняется?

- В целом ощущение важности процесса. Мы работаем на участке, где лежат люди, которые ушли и, по сути, не вернулись. О них ничего не знают родственники, близкие, сослуживцы. Так быть не должно. Каждый человек, который погиб, тем более за свое Отечество, должен быть определенным образом погребен, с определенными почестями. Найти покой в определенном месте, а не лежать в поле. Все больше территорий начинает осваиваться…

- Жизнь наступает. Самое дорогое, что вы вынесли из всего этого, может быть, какая-то благодарность человеческая, случай, момент?

- Я никогда не забуду глаза и руку родственника красноармейца Петренко, это был его внук, достаточно взрослый человек, под 60 лет. Это не передать словами, когда он сказал: «Спасибо, ребят».

- На ваш взгляд, как обстоит ситуация с историко-культурным наследием у нас в регионе?

- Думаю, в достаточно хорошем состоянии. Она начала меняться. Стало меняться отношение к объектам в целом. Начали обращать внимание не только власти и руководство области и другие дополнительные структуры, но и люди стали говорить об этом, по-другому стали относиться. Если раньше во главу угла ставилась коммерция, сейчас все по-другому. Есть много объектов, которые содержат люди, потому что так хотят. Отношение к памятникам становится другое. В советское время было шефство, школы, пионеры, потом был глубокий провал.

- Черная яма.

- Даже еще пару лет назад я говорил в школах: «Ребят, вы не можете памятник убрать?» Мне отвечали, что мы не можем заставлять детей.

- Ювенальная юстиция нам даст по попе.

- Не надо заставлять, ведите работу, чтобы дети сами захотели прийти. Сейчас видим, что что-то меняется.

- Это были «Простые вопросы» для Дениса Волкова. Мы говорили об исторической памяти, проще говоря, человеческой памяти. Пока мы помним, мы живы. Всем добра и здоровья, берегите себя и живите, пожалуйста, долго. До свидания.

Просмотров всего: 234

распечатать

Фотогалерея