18октября
Предыдущий материал Следующий материал
23 ноября 2016, 16:10 0

Андрей Конюшок - заместитель председателя по науке Амурского научного центра ДВО

Андрей Конюшок

Тема: добыча золота из угля

Ведущий: Алексей Воскобойников

Помните, в «Формуле любви»: «Вытягивайте золото из меди и из олова». Похоже, амурчане прислушались к совету классика и придумали, как получать золото из сжигаемого угля. Звучит фантастично, надеюсь получить разъяснения от сегодняшнего гостя. В студии «Простых вопросов» – заместитель председателя по науке в Амурском научном центре ДВО РАН Андрей Конюшок.

- Здравствуйте, Андрей Алексеевич!

- Здравствуйте, Алексей!

- Правда ли, что этой идее уже много-много лет?

- Да, на самом деле это не ученые Амурского научного центра придумали, а этой идее уже более ста лет. Ещё в древности люди заметили, что в углях могут находиться ценные компоненты, в том числе и золото. Проблема в том, что золото в углях находится в очень тонком состоянии, мелких размерах, как сегодня модно говорить, наночастицах, наноразмерное золото. Поэтому извлечь его обычными способами почти невозможно. Ученые Амурского научного центра ответственны за то, что придумали метод, с помощью которого можно сделать попытку извлекать золото в больших количествах.

- Когда родилась эта идея конкретно в Приамурье?

- 15 лет назад Анатолий Петрович Сорокин, действительный член академии наук, который руководит Амурским научным центром в Благовещенске (к сожалению, мало кто знает, что в Благовещенске есть научное учреждение), начал изучать тематику углей, но как геолог. То есть он изучал региональную геологию. Кстати, вместе с австралийскими учеными он обнаружил и доказал, что при формировании угольных бассейнов, как, например, райчихинского, ерковецкого месторождений, четыре раза эти территории поднимались и опускались. При опускании всё это заливалось водой, и происходило накопление золотоносных россыпей. Часть золота, особенно тонкого, мелкого, уплывало в эти угленосные болота. В течение миллионов лет всё это преобразовалось в уголь, золото перераспределилось в нём. Теперь, как говорят геологи, уголь «заражён» золотом.

- Идея существует полтора десятка лет, вероятно, она не осела где-то, а витает в воздухе по-прежнему. Почему именно сейчас все федеральные и региональные агентства так возбудились и начали горячо обсуждать эту тему?

- Тема золота всегда возбуждает человека, наверное, с момента его появления на этой планете. Совершенно случайно, два года назад, к нам приехал представитель дальневосточного отделения Фонда «Сколково» и спросил, есть ли у нас что-нибудь интересное для них? Что такое «Сколково» я знал с моей педагогической практики, преподавая инновационный менеджмент в педуниверситете. Анатолий Петрович рассказал ему про золото и другие металлы в углях, про возможность получения горного воска, про то, что бурый уголь Амурской области всё-таки более ценное химическое сырьё нежели топливное. Он послушал и сказал, что у нас замечательные проекты и они готовы их профинансировать. В частности, начало работ. Так удачно сложилось моё понимание, что такое инновационный менеджмент и наработанный научно-экспериментальный багаж Анатолия Петровича вместе со своей командой. Мы написали проект, даже два, и «Сколково» приняло оба этих проекта. Один касался извлечения золота из углей, а второй – получения горного воска из бурого угля. «Сколково» финансирует только один проект для одной компании, поэтому мы остановились на золоте.

- Как вышло, что сколковский представитель узнал об этой грандиозной идее в частной беседе? Раньше вы им это не отправляли или в чём дело?

- Они провели интересный эксперимент, то есть открыли дальневосточное представительство. У «Сколкова» вообще-то есть правило, что участник их Фонда должен находиться и работать в Москве на территории Фонда «Сколково». Здесь, наверное, решили, что не у всех есть возможность приехать в Москву, арендовать дорогие офисы. Решили открыть дальневосточное представительство, и до конца 2019 года нашей инновационной компании разрешено находиться в Благовещенске, но при этом иметь статус участника «Сколкова».

- Он пообещал похлопотать на счёт гранта или грант действительно будет?

- Он не хлопотал, ничего не обещал, а сказал, что есть возможность, и считает наши проекты вполне достойными того, чтобы получить одобрение от Фонда «Сколково». Поэтому мы по необходимым формам, параметрам, стандартам оформили эти проекты, семь экспертов оценивали каждый проект. Из семи экспертов двое были иностранцы. Они одобрили, сказав, что наши экспериментальные наработки достойны того, чтобы начать работу по превращению их в коммерческий продукт.

- Реализации проекта уже быть?

- Да.

- В ближайшем будущем.

- Там оказалось не так всё просто, несмотря на множество слухов про «Сколково», у них достаточно строгий подход. Например, есть система микрогранта – до полутора миллионов, но эти деньги дадут не нам. Кстати, многие форумчане, которые обсуждают эту идею…

- Сейчас заскучают многие форумчане: «Ууу, не нам».

- Думают, что деньги дадут нам. Нет, дадут специализированным фабрике или заводу, которые изготовят эту установку по нашим чертежам. Именно поэтому мы, получив одобрение проекта год назад, не кинулись к подаче заявки, потому что у нас было лабораторное оборудование, которое помещалось под вытяжным шкафом. Нам нужно было сделать для промышленной котельной. Имея опыт понимания, что такое инновации, я предложил Анатолию Петровичу сориентироваться на котельных муниципального уровня. Потому что наша ТЭЦ сжигает 50 тонн угля в час. Теоретически, если сделать там установку, то можно извлекать пару тонн золота в год. Но это теоретически.

- Это серьёзно?

- Это теоретически, поскольку сам процесс, чтобы его вывести из лабораторного уровня на уровень опытно-промышленной установки, обычно по практике занимает несколько лет. Плюс каждая стадия этого процесса характеризуется удесятерением расходов. У Анатолия Петровича с коллегами был опыт работы с крупной красноярской угольной компанией, когда они сделали большую установку. Тогда были финансовые сложности у самой компании плюс недоработанность отдельных узлов не позволили сделать пуск этой установки. Поэтому мы решили начать с муниципального уровня, потому что это очень важно для инноваций ориентироваться на конечного потребителя. Мы посчитали, что Дальний Восток – это территория, где не так много больших городов, но очень много малых посёлков. У этих посёлков настолько скудный бюджет, что, дай бог, там поддерживать нормальную жизнь, а не то, чтобы инвестировать крупные проекты. Думаю, что ещё в течение 30-40 лет туда вряд ли придут современные системы теплоснабжения, которые не будут загрязнять атмосферу и отравлять людям жизнь, провоцируя смертность от тяжёлых болезней.

- Вы же понимаете, что каждая такая котельная автоматически станет режимным объектом, с усиленной огромной охраной. Кочегары станут вип-персонами, будут приезжать на «лексусах» на работу.

- Нет, мы-то это понимаем, но в том материале, который прозвучал в свободной прессе, это не очень хорошо доведено. Дело в том, что на бытовом уровне мы будем получать грязь. То есть уголь сгорает, идёт грязный дым, который мы в специальной установке-абсорбере очищаем водой, загрязняя эту воду. Потом воду очищаем на фильтрах, то есть фактически конечным продуктом при котельной на нашей установке будет очень-очень-очень грязный абсорбент в фильтре. Поскольку золото в угле находится наночастицах, то фактически на бытовом уровне с этой грязью никто ничего сделать не сможет. Компания, которой мы потом передадим права работы с этими установками, будет объезжать установки, вытаскивать фильтры и сдавать на аффинажные заводы, которые являются режимными объектами.

- Непосредственно золото производиться будет там.

- Там при помощи специальных химических металлургических процедур будет получаться золото.

- Читал, что с помощью всей этой процедуры можно получать не только золото. Что ещё?

- Дело в том, что в наших углях есть ванадий, медь, серебро, что подтверждено лабораторными исследованиями, включая независимые лаборатории в Иркутске и Хабаровске. Поэтому здесь можно извлекать эти компоненты. В перспективе мы надеемся, что, когда будет доработана технология, можно будет извлекать редкие земли. Потому что уголь Амурской области «заражены» редкоземельными элементами, которые тоже очень важны, особенно для производства электроники. Но это всё предмет будущего. Хочу повторить, что благодаря Фонду «Сколково», а может быть, и не только ему, мы сегодня разговаривали с частным инвестором, который готов вложить миллион рублей с тем, чтобы стать юридическим партнёром нашего инновационного предприятия.

- Компаньоном.

- В этом случае они уже могут претендовать на 5 миллионов рублей гранта от «Сколкова». Можно будет сделать не только прототип, но и провести исследования и испытания. Академия наук у нас финансируется по принципу остаточного действия, то есть сегодня это не самое главное направление, к сожалению, для Академии наук, для Федерального агентства по науке. Поэтому помощь инвесторов-промышленников для нас важна. Мы обращались в крупные золоторудные компании, нам сказали: да, мы знаем, что золото в углях есть, но заниматься наукой нам неинтересно. Ваши первые десятки или сотни килограммов при нашей добыче в сотни и тонны – нам не интересны.

- По их мнению, игра не стоит свеч.

- Да-да (смеётся).

- Оставим деньги за скобками. Ещё одна немаловажная сторона – экологическая. Это каким-то образом внесёт изменения в экологию?

- Да, на мой взгляд, это второе золото. Даже на нашей, сделанной на коленке, установке, на которой мы уже проводили небольшие опытно-промышленные испытания, приглашали газовиков – Федеральное агентство по охране окружающей среды. Они своими приборами сделали замеры. По сере идёт очищение на 99 %, по оксидам азота – 80 %, по углероду – 26-27 %. Плюс мы за счёт промывки отбиваем все взвешенные вредные токсичные элементы в дыме. Даже в этом плане установка уже будет улучшать экологическую среду для проживающих.

- Даже если не будет столько золота, сколько хотелось бы, польза будет и без того.

- Да. Плюс, насколько мы ориентируемся на малые котельные, ставим себе задачу создать установку, чтобы она была в промышленном исполнении не дороже миллиона. Если сама котельная стоит 1,5-2 миллиона, плюс миллион такая установка, то три миллиона вполне посильная задача, чтобы посёлок имел экологически безопасный источник тепла. Если ещё удастся извлекать полезные компоненты, то уголь и электротепловая энергия станут дешевле, потому что компания, которая будет извлекать эти компоненты, будет платить за использование воды, электричества, аренду.

- Спасибо. Лично для меня многое стало на свои места, многое понял. Не знаю на счёт угля, но люди у нас действительно золотые! Увидимся.

- Спасибо.

Просмотров всего: 327

распечатать

Фотогалерея