http://www.amur.info/news/2017/12/15/8194

ДТП: взгляд изнутри

15 декабря 2017, 09:32

Амур.life записал истории благовещенцев, переживших различные ДТП.

Каждый день только в Благовещенске случаются десятки аварий. А по области – и того больше. Благовещенцы, пережившие различные дорожные происшествия, рассказали, что такое поставарийный шок и как снова поверить в себя и сесть за руль.

Константин Макаров, 24 года:

– Машина перевернулась, и первое, что я увидел в абсолютной темноте, – огонек сигареты в руках друга. Он ее закурил за секунду до аварии. Андрюха на зов не откликался. Это была первая авария в моей жизни. В машине ехали пять человек. Если быть честным, единственным трезвым человеком был наш 25-летний водитель. Правда, без прав и опыта вождения. То есть на тот момент он не учился ни в одной автошколе. Но он хотя бы не пил, поэтому за руль легковушки решили посадить именно его. Уже не помню, куда мы ехали и зачем. Это была ночь. Трасса в Шимановском районе. Дорога ломалась зигзагом. Мы попали на аварийный участок, и нас потащило боком. Все произошло очень быстро, подумать о чем-то я не успел. Только увидел, что машина переворачивается именно моей стороной. Иномарка сделала сальто в поле. Когда все закончилось, я первым вылез из салона и ужаснулся. Живого места на машине не было, крыша сложилась домиком, стекла вылетели, колеса потерялись. Я не чувствовал ни страха, ни боли. Кинулся к машине. Почему никто не выходит? Стал кричать: «Пацаны, вы чего, очнитесь!». Полегчало, когда зашевелились. Пришлось потормошить и Андрюху, который так и не успел выкурить сигарету. Конечно, сейчас думаешь об этом, и становится стыдно. Молодые, горячие. Казалось, что все можно, и ничего за это не будет. Серьезных травм тогда никто не получил. А вот глаз я чуть не потерял уже во второй аварии.

Это случилось летом в 2014 году. Мы с другом захотели посоревноваться от Амурской, 1. Перед стартом сказал другу: «Пристегивайся». Это и спасло его. Наши соперники вырвались вперед. На скорости 120 километров мы начали догонять их. Очнулись через 15 метров у дерева. Удар опять пришелся на мою сторону, сработали подушки безопасности... До сих пор благодарю себя за то, что хватило ума пристегнуться. Иначе никто бы не выжил. Машину раздробило сильно. Меня залило кислотой из аккумулятора. Прожгло костюм, футболку. На улице я понял – что-то с левым глазом. Им пытался разглядеть светофор, улицу, но не смог. Друзья увезли меня в областную больницу. Врачей обманул – сказал, что просто упал. Не хотел сдавать своих приятелей. Мне зашили веко, бровь, лоб. Медики сказали, что если бы удар пришелся на миллиметр ниже – остался бы без глаза. На тот момент все было непонятно и как в тумане. Не помню, чтобы чувствовал боль или страх, хотя вся одежда запачкалась кровью. Я хотел вернуться к месту ДТП. Врачи тогда сказали, что это у меня психологический шок. Осознание пришло позже. Кстати, то, что случилось со мной во второй раз, – отчасти и вина дорожников. Тогда на Партизанской, как мы поняли позже, ремонтировали участок, и в асфальте вырезали приличный кусок полотна. А предупреждений, каких-либо соответствующих знаков не было. Вот мы и нарвались на эту яму…

В третий раз я слетел с трассы по пути в Райчихинск. Ехал за КамАЗом, разогнался хорошо. Из-за грузовика не видно было, что асфальт сменяется не просто плохой дорогой, а как будто ее взорвали. Такая была убитая. И я на своей низкопрофильной резине потерял управление и вылетел на встречную полосу, а там сразу в овраг. Машины останавливались, люди предлагали помощь…

Когда вижу чужие аварии, всегда вспоминаю свои. Научили ли они меня чему-нибудь? Да. Никаких куражей в машине, всегда пристегиваться и уметь чувствовать руль. А еще, что единственный ребенок в семье, и больше своего ангела-хранителя подводить нельзя.

Екатерина Сколкина, 26 лет:

– В тот день я возвращалась с работы на машине. Со мной была 4-летняя дочь. Мы ехали по Игнатьевскому шоссе и остановились на красный сигнал светофора. Все произошло очень быстро, секунда – и удар. Но я успела запомнить лицо того водителя, а особенно его глаза. Они были стеклянные. Еще он скривился в ухмылке. Вот с такой улыбкой он и скрылся с места аварии. Это произошло три месяца назад. Тогда виновника искали всем городом. Он вылетел на встречную полосу, сбил мою машину, а потом и вторую. Самое страшное – услышать крик своего ребенка (плачет). Она очень испугалась, плакала, хваталась руками за животик. Дочка сидела в автокресле, и травму ниже груди ей нанес ремень. На второй день я нашла видеозаписи с камер наблюдения. Отнесла их в ГИБДД. На третьи сутки нашли того водителя. Как мне сказали, он сказал, что испугался, что у него заболела голова, плохо почувствовал себя за рулем. Я не верю этому. Я видела, с каким лицом он уезжал. Наша семья осталась без машины. Сейчас транспорт для нас – это незаменимая вещь. Мы живем в одном конце города, а моя работа и детский сад, куда ходит дочка, – в другом. У ребенка много других развивающих занятий. Никуда не успеваем. А еще ребенок никак не может забыть про аварию. Очень часто вспоминает про нее, иногда плачет, показывая себе на живот. Мы уже проверились, серьезных травм она не получила. Теперь меня не покидает внутренняя тревога. Держу в голове, что на улице может произойти все что угодно. Как говорится, не ты, так в тебя. Таким лихачам хочется сказать: вам не место на дорогах.

Михаил Минаев, 32 года:

– Настроение было отличное! Ехали с другом на какую-то спортивную игру. На какую точно, не помню, потому что уже три года прошло. Проезжали перекресток Калинина – Пролетарская. Навстречу мне ехала девушка на «тииде». И я вижу, что она поворачивает налево, не уступая мне. Да она и не видела меня, скорее всего, из-за автобуса. Дальше со слов друга: мы столкнулись лоб в лоб. Моя «лада» выдала акробатические трюки. Я успел подумать только одно: «Ну все, приехали!». Если бы я не был пристегнут, точно «поломался» бы. А так отделался ссадинами. Виноват в той аварии был не я, но осадок остался. Больше всего бесило, что без машины как без рук. Тогда еще и сезон садовых работ был в разгаре. Пришлось многое таскать на себе с огорода. Но самое главное, я понял: нужно не только следить за собой, но и быть бдительным на дороге. Боюсь ли я садиться за руль? Нет! Нет машины – нет страха. Не катаюсь я больше.

Татьяна Кожевникова, 27 лет:

– А мне повезло. Родилась в рубашке, как говорят. Мы залетели в кучу бревен. Одно из них вошло в салон. Машина так и повисла на бревне. Оно проскочило немного выше моей головы. Странно, что мне не страшно об этом вспоминать. Хладнокровна была и в тот вечер. Не знаю, может защитная реакция организма…

Это было 4 января, 5 лет назад. Помню, после 9 часов посыпался такой мелкий снежок. За мной заехал друг. Мы сели в машину, пристегнулись. Успели отъехать от дома буквально метров 100. Там такая улица – сначала прямая, а потом затяжной поворот. Был гололед. Я не любитель быстрой езды. Поэтому я точно знаю, что скорость была небольшая. Все случилось неожиданно. Просто резкий толчок. Когда нас крутило по дороге, успела увидеть только что-то темное перед собой. Знаете, как в детской игрушке – калейдоскоп? Картинки меняются со скоростью света. Последнее, что успела увидеть – огромное темное пятно перед собой – это был чей-то забор. Сердце сжалось, и пролетела мысль о маме. Удар, хлопок, и бревно надо мной – вот, что я увидела в первую секунду. Мою сторону зажало, пришлось выбираться через водителя. От машины ничего не осталось. Картина страшная. Она ведь висела на бревне. Не буду рассказывать все, что происходило в ту ночь. ГИБДД, протоколы, суматоха... Утром разболелась сильно голова. Из кожи доставали пыль от лобового стекла, осколки мелкие. Потом еще ногу лечила у травматолога. До сих пор, кстати, остались шрамы. Оказалось, что нас подвело мастерство водителя. Машину на гололеде немного повело, и он жестко ошибся – нажал на тормоз. Не скажу, что часто вспоминаю аварию. Но страх остался, боюсь любого резкого маневра на дороге – сердце сжимается непроизвольно. Сейчас, когда уже есть свои дети, представляю, что пережили мои родители, когда увидели фото с места аварии.

Мнение эксперта

Анастасия Андрушко – психолог-спасатель медико-психологической службы ФГКУ «СПСЧ ФПС по Амурской области»:

– Любое происшествие – это непредсказуемая, непредвидимая и тяжелая ситуация. У людей, попавших в аварию, особенно потерявших близких, жизнь разделятся на «до» и «после». Им неизвестно, как жить дальше. Первые минуты трагедии каждый переживает по-разному. Кто-то плачет и кричит, кто-то – наоборот, замыкается в себе. Это все проявления стрессовой реакции организма. Она бывает нескольких видов. Одна из них – истероидная. Человек может кричать, бегать вокруг места ДТП, размахивать руками, причитать и даже плакать. Как правило, это происходит перед толпой. Люди начинают снимать на телефон вместо того, чтобы покинуть место аварии или вызывать службы. Чем можно помочь пострадавшему? Попросить зрителей разойтись. Конечно, толпа не разойдется, скорее всего. Тогда переключить его внимание на себя. Выплеснув эмоции, человек придет в себя и успокоится.

Опаснее, когда в тяжелый момент человек проявляет агрессию. Он может устроить драку, что-то разбить, кидаться на толпу. Что можно сделать в таком случае? Главное – не спорить и не говорить: «Что ты делаешь, так нельзя!». Помните, его агрессия направлена не на людей, а на ситуацию. Человеку сейчас больно, и он пытается с болью справиться. Просто дайте ему выпустить пар.

Также пострадавший может сильно чего-то бояться, несмотря на то, что все самое страшное уже произошло. Если вы видите такое поведение у человека, подойдите к нему. Возьмите за руку, скажите: «Я с тобой». Спросите, чего именно он боится, разговорите.

Часто бывает, что человек потерян. Его одолевает сильное чувство неизвестности. Например, в аварии пострадали его близкие, и он не знает, что с ними. Или приехала полиция, и человек не может найти свои документы. Станьте для него ориентиром. Помогите уточнить информацию, оформить ДТП, расскажите, что с его родными все хорошо.

Бывает, человек держался-держался и заплакал. Это самая лучшая реакция на стресс! Значит, он начал осознавать, реагировать и переживать случившееся. Мы были на разных происшествиях, и можем точно сказать: плачут все. И мужчины тоже. Это не говорит об их слабости. Организм сам выбирает, как ему справится с тяжелой ситуацией.

Чтобы вернуть человека к жизни после утраты близких, психолог помогает найти ресурс, ради которого нужно жить дальше. Им могут быть дети, другие родственники, работа, хобби. Важно понять, что жизнь продолжается, и после пережитого она может быть счастливой.