23января
Предыдущий материал Следующий материал
29 декабря 2018, 10:00 0

Губернатор Василий Орлов: в новом году желаю себе терпения, потому что работа непростая

Губернатор Василий Орлов: в новом году желаю себе терпения, потому что работа непростая

Инвестпроекты, мусорная реформа, проблемы в медицине: в преддверии нового, 2019 года глава региона Василий Орлов дал большое интервью журналистам ведущих СМИ Амурской области.

– Василий Александрович, чем важен был для региона уходящий год? Каковы его главные итоги?

Уходящий 2018 год выдался планово спокойным. Хотя погода нам подкинула очередной сюрприз, у нас в последнее время это часто бывает. Вы знаете, что у нас на территории проходило такое метеоявление, как обводнение грунта, связано это связано с обильными осадками. Отличалось, конечно, принципиально от событий 2013 года, тем, что в 2013 году был паводок, а здесь подкачало небо. И как следствие, пострадало очень серьезно сельское хозяйство и дорожное хозяйство.

На компенсационные мероприятия по сельскому хозяйству мы на сегодняшний день направили из федерального бюджета порядка 400 миллионов рублей. И примерно аналогичную сумму, чуть больше, на восстановление дорожных сетей.

Несмотря на то, что погодные условия были не идеальными, у нас аграрии получили хороший результат, они нас в последние годы радуют систематически. В этом году 1 миллион 50 тысяч тонн сои было собрано, для таких погодных условий, считаю, что это отличный результат.

У нас по золотодобыче в декабре был запущен автоклавный комплекс группы компаний «Петропавловск». Это для нас очень важное событие, потому что огромное количество упорных руд, можно извлекать из них золото только с помощью автоклавного выщелачивания. Автоклавный комплекс, который был запущен, он создает предпосылки для работы на ближайшие несколько десятилетий вперед, и позволит гарантировать стабильно высокую добычу золота на территории области.

У нас продолжено строительство сразу нескольких крупных объектов. Во-первых, это проекты газовой отрасли, у нас строится «Сила Сибири», и газоперерабатывающий завод также идет в соответствии с графиком, это крупный объект, и он требует огромной концентрации, огромной мобилизации от подрядчиков.

На следующий год этот огромный объект выйдет на пиковые объемы строительства, в частности будет привлечено значительное количество иностранной рабочей силы. Поэтому здесь все идет, к счастью, в соответствии с графиком. По плану, в конце 2019 года должна быть запущена «Сила Сибири», и первый газ пойдет на экспорт в Китай. В 2021 году должен запуститься газоперерабатывающий завод.

У нас ведется интенсивная работа с инвесторами по строительству газохимического комплекса, ведется расчет по этому комплексу, я надеюсь, что компания примет положительное инвестиционное решение.

Также у нас в этом году, что очень важно, начато строительство второй очереди космодрома Восточный, этот комплекс работ предусматривает строительство стартового стола для ракет тяжелого класса, для «Ангары», что дает нам очень хорошую перспективу с точки зрения мировой конкуренции в космонавтике. Сегодня эта отрасль переживает существенную революцию, в том числе есть технологии, которые позволяют возвращать ступени первого цикла на землю. Ракета «Ангара» позволит создать конкуренцию в этой отрасли. Периодически идут разговоры, о том, чтобы впоследствии перенести сюда пилотируемые пуски, это принципиально другая мультипликация, это даст возможность развивать систему образования, систему подготовки космонавтов здесь на территории региона, на это направление мы смотрим с большим оптимизмом.

В регионе строится один из главных международных проектов — мост через Амур. Работы идут по графику?

– Строительство международного автомобильного моста в Китай ведется в соответствии с графиком. Мост должен быть достроен в конце следующего года. Сегодня мы интенсивно работаем с федеральными органами исполнительной власти по строительству пункта пропуска на этом мосте, это такая большая комплексная работа, это задача, которую нам поставил президент, – синхронизировать запуск моста и наличием пункта пропуска, одно без другого работать не может, это одна из приоритетных задач на следующий год.

Мост через Амур создает предпосылки для разработки целого ряда месторождений, создает предпосылки для экспорта нашей сельскохозяйственной продукции. Сегодня, к счастью, у нас очень хорошие отношения с Китаем и сегодня прорабатываются вопросы налаживания экспорта нашей продукции в Китай, сельскохозяйственной в первую очередь. Для нас это очень важно, потому что в Амурской области больше миллиона пахотных земель имеет.

В этом году Амурская область впервые стала участником программы «Безопасные и качественные дороги». Какой эффект это даст?

– Амурская область стала участником федеральной программы безопасных качественных дорог, эта программа делится на две части. Первое – это дороги агломерации, здесь мы попали городом Благовещенском, вторая часть – это региональные дороги. И здесь мы, к сожалению, пока не попали, я сейчас объясню почему.

По агломерации, по городу Благовещенску, ежегодно в течение 6 лет город будет получать 405 миллионов рублей. Это значительные средства, потому что, кроме этих средств, ежегодно мы по традиции тратим часть средств дорожного фонда – это примерно 300 миллионов рублей, то есть финансирование дорожно-уличной сети Благовещенска будет более чем удвоено.

Здесь сдерживающим фактором является слабое очень состояние сетей, которые находятся под дорогами и мы проводим определенную работу с АКС, которые являются арендополучателями этих сетей. И мы сегодня синхронизируем планы по строительству дорог с планами по ремонту этих сетей, это главный сдерживающий фактор. Тем не менее Благовещенск профинансирован по ремонту дорог, на мой взгляд, с избытком. Если нам удастся синхронизировать работу с реконструкцией сетей, через 6 лет принципиально будут другие дороги в Благовещенске.

То, что касается региональных дорог, по нашим расчетам, мы должны были получать из федерального бюджета порядка двух миллиардов. Я эту тему поднимал на государственном совете, который проходил во Владивостоке под председательством президента Владимира Путина. Мы не попали в число субъектов, которые могли бы стать участником программы «Безопасные и качественные дороги», потому что в свое время, достаточно давно, на федеральный уровень по линии статистики направлялась информация, что 76 процентов наших дорог соответствуют требованиям безопасности. При этом участниками программы могут стать те регионы, в которых количество дорог, соответствующих требованиям, менее 50 процентов.

Мы, по статистике, если ей верить в этом случае, занимаем второе место после Москвы. Эту тему я обязан был поднять перед президентом, и он дал соответствующее поручение в Минтранс к 1 июля пересмотреть, провести обследование дорожной сети Амурской области. Мы такую работу уже ведем. На сегодняшний день специалисты РосдорНИИ, это самый квалифицированный институт по этой тематике, говорят, что доля качественных дорог у нас составляет до 30 процентов. Это создает условия, чтобы мы попали под финансирование в программу «Безопасные и качественные дороги» для региональных дорог.

– После запуска моста через Амур существенно возрастет трафик на мосту через Зею. Поэтому как никогда встает вопрос о строительстве второго моста через Зею. Какова реальная ситуация с этим проектом?

– У нас разработан проект строительства второго автомобильного моста через Зею. Когда пойдет трафик по международному мосту через Амур, естественно, поток перевалит на другую сторону Зеи, и здесь нужен второй мост. К моему большому удовлетворению в федеральном бюджете на 2021 год стоит сумма в 4,7 миллиарда рублей на строительство этого моста. Он стоит, по предварительной оценке, по той проектной документации, которая разрабатывалась в 2014 году, – порядка 18,5 миллиарда рублей.

Часть средств мы увидим уже в 2021 году. Более того, нам необходимо будет организовать конкурсные процедуры по выбору подрядчика раньше, в 2019 году. Мы предусмотрим часть средств своего дорожного фонда для того, чтобы такого подрядчика определить. Он мог бы за это время до 2021 года корректировать проект и синхронизировать его с вновь появляющимся мостом через Амур. Во-вторых, он сможет сформировать земельные участки, это тоже такая достаточно длительная работа. Как правило, находятся они в частной собственности. Есть определенные процедуры в рамках закона, процедура изъятия этих земель, суды, и, как следствие, необходимо время. Естественно, будем работать с минтрансом для того, чтобы максимально приблизить строительство, передвинуть эти лимиты как можно ближе. Для нас этот мост, безусловно, важен. После того как мы его построим, можно будет приступить к ремонту старого моста.

Особенно резонансным у нас было обрушение путепровода в Свободном. После этого мы провели обследование путепроводов на территории Амурской области, еще один путепровод выявили с серьезными вопросами в плане безопасности – белогорский путепровод. Это отдельный блок вопросов, которые мы прорабатываем с минтрансом: за счет каких источников и кто должен делать в одном случае – восстановление, в другом случае – ремонт моста. Здесь важно и то, что зейский мост, он хоть сегодня и находится в нормативном состоянии, это как раз мост, который построен в тот же период.

– Приоритетные проекты «Золотая миля» и канатная дорога через Амур. На какой они стадии и когда начнется реальное строительство?

– Мы привлекли серьезного очень инвестора на строительство канатной дороги, работа ведется сейчас в части проектирования, надеюсь, что в следующем году летом этот инвестор приступит к строительству. Также вы знаете, что мы за счет средств федерального бюджета получили 600 миллионов рублей на достройку центральной части набережной в городе Благовещенске, эта работа также ведется и должна быть закончена в конце 2019 года.

Позитивно и то, что в городе Благовещенске был проведен конкурс на архитектурное решение намывной территории и прилегающей площади. Из нескольких заявок победила, на мой взгляд, очень сильная заявка – это компания «Бюро Москвы». Парк Зарядье в Москве был спроектирован этой компанией. Те архитектурные решения, которые они предложили здесь реализовать, они самые современные в архитектуре, в градостроительстве, в планировании.

Есть приоритетный инвестиционный проект по строительству канатной дороги, этот проект международный, вопросы проектирования и строительства взаимосвязаны с международным сообществом, нужно синхронизировать процесс с проектировщиками на двух сторонах Амура. Проект, который был до сегодняшнего дня, его будет реализовывать другая компания на территории Амурской области. Мы заменили инвестора, потому что посчитали, что идет реализация проекта слишком медленно.

Тот объем работы, который был выполнен предыдущим инвестором, он неудовлетворительный. Мы привели инвестора сильного – это группа компаний «Регион», группа копаний, которая инвестирует в самые разные сферы по всей стране. У них общий объем инвестиций – колоссальные суммы, в сотнях миллиардов рублей измеряются. Этот проект точно им по силам, для них этот проект интересен. Сегодня они привлекли для проектирования КБ «Стрелка» – ведущий российский институт, он же занимается проектированием в городе Свободном схемы развития городской агломерации, и серьезный документ они имеют возможность сделать.

При этом сам трос с кабинками, он останется без изменений. А вот все, что связано с фундаментами и использованием территории под внутреннюю логистику, сколько должно быть отведено под пункты пограничного контроля, чтобы можно было быстро пропускать пассажиропоток, сколько будет отведено в зону дьюти-фри – эта работа у них находится в стадии зачаточной, они перерабатывают ее практически с нуля. Это элементы, которые для нас очень важны, потому что они создают комфорт для тех, кто будет пользоваться этой дорогой. Мы со своей стороны предоставим земельный участок без торгов, пока этого соглашения нет, но в ближайшее время оно появится. В соответствии с нашим законодательством мы можем предоставить участок земельный без торгов. Таким образом, мы инвестору помогаем, снижаем нагрузку финансовую на этот проект, но с условием, что он должен будет начать строить там в 2019 году и закончить в 2021.

Какие планы по развитию сельского хозяйства?

– Мы скорректировали меры поддержки по сельскому хозяйству, мы средства направим на животноводство, потому что животноводство это то, что позволит нам решить главную задачу для сохранения населения на местах. У нас собственный рынок по молоку не закрыт порядка на 35 процентов, то есть мы можем строить молочные фермы, понимая, что это молоко будет востребовано в любом случае здесь, на местах. У нас есть перспективы по мясному животноводству. Очень перспективно, на наш взгляд, то, что сегодня ведется работа с Китаем для экспорта нашей мясной продукции.

Еще одно важное направление по растениеводству. Сегодня растениеводство у нас связано в первую очередь с соей, и здесь есть и плюсы, и минусы. Минус в том, что не налажен севооборот достаточным образом. Соя такое растение, которое нельзя сажать в течение нескольких лет на одном и том же месте, земля теряет свою плодородность. Почему мы не садим, скажем, пшеницу или кукурузу, которая могла бы составить севооборот, потому что нет рынка сбыта. И поэтому крестьяне вынуждены сажать сою по сое и терять урожайность. В нашем случае открытие границы для нас принципиально, потому что это позволит наладить полноценный севооборот.

Более того, в этом году впервые у нас есть очень хороший прецедент – одно из хозяйств поставило порядка 5 тысяч тонн товарной пшеницы в Японию.

Международному сотрудничеству мы уделяем пристальное внимание не только с точки зрения Китая. У нас бизнес-миссия недавно была в Японии, был визит на уровне президента в Южную Корею, и я там участвовал, и крупнейшие корейские компании, в том числе компания «Лотте», которая является одной из крупнейших производителей пищевой продукции. Что интересно: они уже имеют опыт, южнокорейские компании, в частности «Лотте», по инвестированию в Россию. Я считаю, что этот потенциал можно развивать. Постараюсь организовать приезд бизнес-миссии из Японии и Южной Кореи сюда. На мой взгляд, наша сельхозпродукция может быть востребована в этих странах.

Так вот, если возвращаться к растениеводству, мы сегодня выращиваем миллион тонн сои в год. В случае если будет проведена полноценная мелиорация, если будет налажен севооборот, мы можем выращивать в год до полутора миллионов тонн сои. Это тот объем плодородных почв, который у нас есть по югу.

Вы упомянули про слабое состояние коммунальных сетей, при этом инвестпрограмма у АКС на сегодняшний день отсутствует. Была информация, что вы встречались с главой РКС по этому поводу?

– Я встречался с Виктором Феликсовичем Вексельбергом, руководителем группы компаний «Ренова», в состав которой входит РКС и ее дочернее предприятие АКС. Там есть определенные механизмы, с помощью которых мы можем повысить эффективность работы АКС с точки зрения исполнения инвестиционной программы. Сегодня инвестпрограмма отсутствует. Благовещенск сдал в аренду сети. И аренда эта стоит ни много ни мало 100 миллионов рублей. АКС платит 100 миллионов рублей, а Благовещенск возвращает эту сумму в счет долга, который был когда-то сформирован, он составлял 500 миллионов рублей.

В июле долг будет полностью погашен – это тот источник финансирования, который могут пустить на инвестиционную программу. У нас ведется работа с АКС, мы слышим друг друга. Там, конечно, достаточно запущенная ситуация с точки зрения истории. Тем не менее я вижу свет в конце тоннеля. Я думаю, что возможным способом решения проблем может стать концессионный договор о передаче этих сетей управляющей организации с конкретно прописанными в договоре условиями по инвестированию, по годам и по объектам.

И по объектам мы как раз сделаем привязку к дорогам, которые будем строить в городе Благовещенске. Это должны проработать юристы, экономисты, город подключен. И задачи поставлены к 1 февраля – дать некое предложение, сбалансирование с учетом всех обстоятельств.

– В связи со сложным положением на топливном рынке Дальнего Востока оцените перспективы проекта Амурского нефтеперерабатывающего завода в Березовке Ивановского района.

– Проект в Березовке – это проект, который включен в ТОСЭР. Инвестиционный объем по этому проекту составлял порядка 110 миллиардов рублей. На сегодняшний день этот проект не реализуется. Проект реализовывали китайские партнеры. Объективно причина в столь низкой динамике реализации проекта заключается в том, что сегодня рынок нефти, мировой рынок нефти абсолютно нестабильный. Модель, по которой они рассчитывали 5 лет назад, при стоимости нефти в 120 долларов за баррель, и модель, которая существует сегодня, – это принципиально разные вещи.

Банки, когда рассчитывают финансовую модель, должны видеть стабильность и должны видеть рентабельность, поэтому рынок нефти в случае НПЗ, это, скорее, зона риска. Поэтому проект заморожен. Мы теоретически могли бы этот проект исключить из резидентов ТОСЭР. С другой стороны, мы посоветовались и решили, что он нам не мешает, он у нас не получает никаких мер государственной поддержки, не пользуется налоговыми льготами. Я был бы очень рад, если бы этот проект был реализован. На сегодняшний день как экономист считаю, что у этого проекта перспективы небольшие. Но надеюсь, что что-то может измениться и тогда проект заработает. Он бы, конечно, дал серьезную налоговую базу, дал бы рабочие места. Этот проект очень серьезный, один из крупных в Амурской области. Но пока мировые тренды на нефть очень непредсказуемые.

– Что в этом году сделано в сфере здравоохранения и каковы перспективы развития амурской медицины?

– Наше здравоохранение не лучший период переживает в жизни, есть несколько системных проблем. Первая проблема системная – это экономика. Вопросы по городской больнице были связаны с экономикой. Когда мы даем субсидию из областного бюджета в одну из больниц, мы понимаем, что отнимаем эту субсидию у других.

Во-вторых, это проблема с кадрами, с подготовкой кадров, особенно менеджемент: не хватает врачей, которые могли бы управлять экономическим процессом. На мой взгляд, это серьезная зона риска, над которой нам предстоит еще долго работать. По здравоохранению у нас есть большой объем мероприятий по развитию ФАПов по территориям.

Мы ведем также системную работу с Федерацией. Сегодня амурская медицина стоит в год 20 миллиардов: это средства ФОМС и областного бюджета. Эффективность этих средств вызывает вопросы. Мы за последние годы ввели целый ряд новых корпусов, есть планы по развитию здравоохранения в Свободном, по строительству городского роддома в Благовещенске.

Методика ФОМСа говорит о том, что не более 70 процентов средств направляемых из ФОМСа к нам в территорию, может расходоваться на заработную плату. Все, что мы расходуем выше 70 процентов, мы должны оплачивать из областного бюджета. Каждый год объем дотаций из ФОМСа нам индексируют. В частности, на 2019 год индексация составит 5 с половиной процентов. Но при этом у нас, по прогнозам, рост заработной платы в среднем по экономике значительно выше. Например, 15-16 процентов. И это будет продолжаться несколько лет. Это связано с тем, что крупные инвесторы пришли, они платят высокую заработную плату, это отражается на средней заработной плате по экономике региона.

К чему мы приходим: в соответствии с майскими указами президента заработная плата медицинских учреждений должна соответствовать средней по экономике, и поэтому мы обязаны поднимать заработную плату врачей, грубо говоря, на 15 процентов в год. А из федерального бюджета нам идет только 5 с половиной процентов. В итоге нам не хватает денег, мы должны их выплачивать из областного бюджета. Эти средства идут на заработную плату, а не на развитие здравоохранения. Это мы обсуждали с коллегами из ФОМСа и с рядом руководителей из правительства. Надеюсь, что нас услышат.

Потому что фонд фактически получает дополнительные доходы от Амурской области: если увеличивается у нас средняя зарплата по экономике, соответственно увеличиваются и все начисления по заработной плате. Одним из начислений являются отчисления в ФОМС. Доходы от Амурской области стали у них плюс 15 процентов, а нам вернули 5,5 процента. Мне кажется, это несправедливо.

– В этом году проходили пикеты обманутых дольщиков. Планируете ли вы дальше заниматься этой проблемой, и если да, то каким образом?

– Решения по дольщикам были приняты уже. В течение двух лет все они получат выплаты в соответствии с законодательством, которое было принято несколько лет назад в Амурской области. Порядка 140 миллионов рублей, если я не ошибаюсь, нам необходимо за 2 года выплатить дольщикам.

– В свете мусорной реформы, что происходит с достройкой завода «Благэко» – когда он заработает и заработает ли?

– «Благэко» – это стройка, которая стала долгостроем, к сожалению. При этом готовность проекта очень высокая. На мой взгляд, главная проблема этого объекта в том, что он построен по технологии, несоответствующей нашим климатическим условиям. Эта технология, если я не ошибаюсь, австрийская, она предполагает большое количество компоста, перегноя, который производится ускоренными темпами. Органика, мусор сначала фракционируется, сначала идет сортировка, отсортировываются полезные элементы, стекло, бумага, картон, прочее. Остальная часть, ее порядка 70 процентов, это органические отходы, которые загоняются в соответствующие бункеры, и в ускоренном порядке проходит их разложение, после этого они превращаются в удобрения. К сожалению, в наших климатических условиях этот процесс очень затруднителен, он возможен, но затраты на отопление становятся настолько высокими, что завод становится планово убыточным.

Сегодня по моей информации, город Благовещенск ищет концессионера, который бы взял в эксплуатацию и весь благовещенский полигон мусора, и этот мусороперерабатывающий завод, и смог их взаимоувязать в одну экономическую модель. Такая работа ведется, но, скажу вам, за последние три года этот завод находится именно в таком положении.

Небольшие инвестиции нужны, чтобы его запустить, несколько десятков миллионов рублей, чтобы дать дополнительно воду туда, и по второй категории подключить к электричеству, то есть непринципиально большие расходы, по сравнению с тем, что уже вложено. За три года там инвестор так и не появился. И главная проблема – экономическая модель, отсутствие экономической целесообразности.

Тема мусора – очень резонансная. Тема закона федерального о новых правилах утилизации мусора сегодня звучит по всей стране. На мой взгляд, закон очень важный. Откуда он появился? После мусорных бунтов, которые были в Москве и Московской области. Мы реально ведем себя, как варвары, по отношению к природе, и нам нужно с этим что-то делать. Особенно это актуально в крупных агломерациях.

По сельским территориям у нас вообще не было никогда утилизации мусора как такового. У нас люди банально что-то жгли в печках, а что-то бросали в ближайший овраг. В итоге мы за последние годы очень сильно мусором заросли.

Поэтому закон говорит о том, что сегодня утилизация мусора проходит следующим образом: есть контейнер, человек бросает мусор в контейнер, приезжает машина, привозит на полигон, в лучшем случае сортировка где-то работает. А новый закон говорит о том, что будет мусор собираться, привозиться и будет утилизироваться. То есть он будет проходить фракционирование, что-то будет запускаться в повторную переработку, что-то будет утилизироваться в соответствии с экологическими требованиями.

Мусорные полигоны представляют самую серьезную экологическую опасность, все, что попадает в грунтовые воды, – это самый страшный вред. И, растения напитываются, и люди пьют, и животные пьют и так далее.

Сегодня требования к полигонам меняются, и те региональные операторы, которые заходят на этот рынок в их тариф, он должен будет вырасти, бесспорно, потому что добавляется принципиально новый вид деятельности, –это утилизация мусора.

Кроме того, в их тариф должны будут войти и уборка прилегающих территорий. Они должны будут в совместной работе с муниципальными образованиями выявить несанкционированные свалки и их локализовать.

Это реформа очень важная, на мой взгляд. Но наш регион к этому не готов. Эта работа велась три года последних. В чем она заключалась? Должны были быть выделены площадки под мусорные контейнеры, в сельских территориях их никогда не было вообще, там просто никогда так процесс не регулировался. Должны были быть выделены площадки под мусорные полигоны. И им должны была быть присвоена соответствующая категория земель, земли промышленности, чтобы это все в соответствии с законом реализовывалось.

Должны были в течение года подсчитываться четырежды в разные сезоны объемы и нормативы мусора, там целая методика, должны производиться замеры в течение 4 сезонов. Эта работа, на мой взгляд, велась спустя рукава.

В конечном итоге мы сегодня получили обратную связь от бизнеса. И спасибо бизнесу, что нам об этом сказали. Когда они начали рассчитывать объемы, которые региональный оператор предлагает им заключить соглашения и говорить, что теперь мы у вас будем вывозить мусор вот в таком-то объеме, бизнес увидел, что там зачастую в десятки раз превышение от фактических объемов. Таких объемов у этого бизнеса, особенно в сельских территориях, никогда не было. Нам дали обратную связь о том, что эти нормативы будут пересчитывать. Сегодня мы с коллегами обсуждаем, каким образом эту реформу сдвинуть. Пока обсуждается сдвижка на три месяца, за это время мы начнем пересчитывать нормативы и сравнивать с теми результатами, которые были. Здесь, конечно, очень важную роль должны сыграть муниципальные образования. В ближайшее время появится у нас дорожная карта со сроками и ответственными, мы эту карту готовы в эфир, так сказать, вынести. То, что этот закон важен и нужен – бесспорно, то, что мы к нему сегодня не готовы по ряду причин – тоже бесспорно. Тем не менее, я думаю, что мы постараемся войти в этот закон в течение 2019 года.

Не планируется ли сделать масштабную подсветку исторических зданий и частично, может быть, реконструкцию?

– Такая работа городом ведется. Город у нас все-таки автономное муниципальное образование. Хотя пользуясь близостью зданий наших, иногда с коллегами встречи провожу, и мы обсуждаем планы по развитию города. В частности, они проводят такую системную работу с собственниками зданий, которые расположены по центральным улицам. В частности, по улице Ленина и улице Калинина. Во-вторых, они прорабатывают так называемый дизайн-код Благовещенска, это лучший опыт, лучших городов, в том числе Москвы, это единые требования к фасадам, единые требования к вывескам, к фасадам. Здесь важно правильно создать нормативную базу, чтобы все понимали правила игры, весь бизнес.

Сегодня у нас значительно изменилось законодательство по охране исторических зданий. В частности, есть архитектурный совет в Благовещенске, я как-то раз в нем принимал участие. Около 4-й школы в Благовещенске планировалось строительство большого многоэтажного дома. И решением этого архитектурно-исторического совета этажность здания была понижена до приемлемого размера, чтобы не давить на историческое здание 4-й школы. Весь исторический центр имеет возможность влиять на застройку. Мне как жителю Благовещенска очень не нравятся высотки, которые стоят в районе 1-й школы, мне кажется, им совсем там не место. У нас есть территории, типа микрорайона, где эти дома смотрятся вполне уместно. Это не столько мое личное мнение, сколько мнение совета.

По поводу подсветки, я знаю, что город заканчивает уже работу по подсветке ЦЭВа. И исторические здания, которые в центре города находятся, мы эту работу тоже синхронизируем и областные здания тоже приведем в соответствие.

У нас есть планы, в течение следующего лета сделать областную библиотеку, которая находится рядом с площадью Ленина. Там в начале года будет открыта «Точка кипения». Это такой центр притяжения молодежи, возможность обмениваться бизнес-инициативами, мнениями, и мы постараемся сделать там фасад. Сделаем его современным, с ночной подсветкой, чтобы радовал глаз.

Затем мы ведем работу с собственниками зданий, с собственником кинотеатра «Россия», с гостиницей «Юбилейная», чтобы они тоже свои фасады привели в соответствие, чтобы они действительно были красивыми.

Вообще, комфортная городская среда – это очень благодатное поле, потому что, когда люди видят улучшения, они начинают жить по-другому. Это не просто прихоть властей. Пришел один – хочет зелененький дом, пришел второй – хочет красненький. Нет. Это серьезная государственная задача. Государственная задача заключается в том, чтобы сохранить людей на территории Дальнего Востока, в Благовещенске, поэтому мы эту работу ведем, надеюсь, что у нас получится.

– Что будем делать с недостроями, которые тоже украшают даже центр города?

– Я категорический противник этих недостроев. Даже, скажем, здания, которые в областной собственности находятся. Это комплекс зданий третьей городской больницы, он включен в план приватизации на следующий год. Появится новый собственник, мы пока не знаем, кто это будет. Он будет продаваться с торгов, мы сможем этого собственника ограничить в действиях, потому что там есть опять же исторические здания. Все, что он там будет строить, он будет с нами согласовывать, и мы не допустим, чтобы там возник 20-этажный дом. Историческое здание – оно не может быть снесено по законодательству, а все остальное, там старая пятиэтажка, я не знаю, но, если бы я был собственником, который купит этот комплекс, я бы это все снес и построил на этом месте что-то.

У нас инвестиционная активность низкая сегодня и в стране, и на Дальнем Востоке особенно. В качестве примера – «Золотая миля», о которой мы с вами говорим, у нас «Золотая миля» поделена на 4 участка. Один участок занят ­– прилегающая территория к площади Ленина, один участок будет занят под канатную дорогу, а два участка свободны. Крутятся компании, которые там предлагают построить гостиницы. Если честно, они не вызывают серьезного доверия. Мы со всеми прорабатываем эту тему, но есть вопросы. Поэтому ждем хорошего инвестора. Думаю, что он появится после того, как увидит, что мы начали достраивать центральную часть набережной, у нас на это есть средства, подрядчики и конкретные сроки. В конце следующего года, когда люди увидят, что забиты первые сваи под канатную дорогу, соответственно, поедет трафик из Китая. Тогда эти участки станут более инвестиционно-привлекательными, появятся серьезные инвесторы, которые построят там серьезные здания, которыми можно будет гордиться.

У нас ведется работа с ДВО РАН по поводу недостроя на Зейской – Калинина. Пока позиция руководства филиала ДВО РАН понятна с точки зрения руководителя. Он хочет сохранить этот имущественный комплекс, с возможным развитием института.

И я был бы очень рад, если бы этот институт развивался на территории Благовещенска, потому что это наука, это люди с очень высокой квалификацией. Но объективно: я проводил переговоры с федеральным министром науки Михаилом Михайловичем Котюковым по этому поводу, и мы обсуждали перспективы развития этого института здесь.

Он говорит, что в законе о трехлетнем федеральном бюджете, к сожалению, средств на развитие этого филиала не предусмотрено. Точно можно сказать, что три года еще как минимум мы будем смотреть на этот недострой. Мне кажется, эта позиция недопустима. Я со своей стороны пообещал руководству ДВО РАН, что в том случае, если они нам передадут в областное имущество эту собственность, то мы ее выставим на торги. Отдадим какому-то собственнику с условием, что он там реализует инвестиционный проект, и мы в свою очередь после того, как у них появится финансирование, найдем достойный земельный участок для ДВО РАН. Предоставим этот земельный участок бесплатно, может быть, даже обеспечим его коммуникациями. Но, к сожалению, пока нас не слышат. Диалог ведем, не хотим давить, тем не менее, считаю, что мы здесь более правы.

– Малый и средний бизнес, хребет экономики, – какая будет работа вестись с малым и средним бизнесом?

– Если говорить про меры государственной поддержки, у нас создан целый ряд институтов развития, который помогают бизнесу развиваться. Это и фонд гарантий, это и Агентство по привлечению инвестиций, и различные налоговые режимы. В течение 2019 года, я надеюсь, мы присвоим Благовещенску режим свободного порта, где можно будет получить налоговые льготы и ряд других преференций.

Мы почти в 2 с половиной раза увеличим в следующем году объемы государственной поддержки для малого бизнеса, это будет самая крупная сумма на Дальнем Востоке. На поддержку малого бизнеса больше 380 миллионов рублей мы направим в следующем году – это результат переговоров с министерством экономического развития.

Мы встречались на Восточном экономическом форуме, обсуждали, что действующие инструменты поддержки малого бизнеса, к сожалению, на Дальнем Востоке не совсем эффективны. И, на мой взгляд, связано это с низким качеством предпринимательской среды. Это связано с большим оттоком населения, уезжают наиболее активные, как следствие те меры господдержки, которые работают в других регионах, у нас не работают. Этому направлению уделяется особое внимание.

В городе Свободном проводился форум по предпринимательству недавно. Компания СИБУР готова даже брать на себя часть затрат, компенсировать затраты бизнесу, на открытие новых бизнесов в Свободном.

Тем, кто строит сегодня газоперерабатывающий завод, нужны услуги малого бизнеса, элементарно не хватает парикмахерских, не хватает магазинов, стоматологов и всего-всего. Компания СИБУР делает уникальный для нас проект и готова на себя брать часть затрат на открытие новых бизнесов.

Город Свободный, конечно, ждет перерождение. Это стресс для города. В ближайшее время там будет огромная численность чужих людей, в том числе иностранных работников. Мы без них обойтись не можем не то, что на Дальнем Востоке, в стране не можем. То, что я видел: бригада китайских женщин-сварщиц работала в Сибири, строила газовый завод. Это неизбежность, это нужно пережить. И город, конечно, будет пребывать в определенном стрессе.

Отдельно мы внимательно следим за коллегами из силового блока за криминогенной обстановкой, за наркотрафиком и за всеми правонарушениями. В результате этого тяжелого процесса, там появится производство, которое обеспечит на десятилетия людей большой зарплатой, создаст огромную мультипликацию. Газовый завод создает мультипликацию до 20 примерно коэффициент, создает места в малом бизнесе, в транспорте, в энергетике. На каждое рабочее место, которое появится на газовом заводе, создается 20 рабочих мест примерно, задействованных в экономике региона.

И если на первом газовом заводе будет примерно 2 с половиной тысячи человек, на втором заводе, сибуровском, еще примерно 1 400, грубо 4 тысячи человек, вот посчитайте, какая мультипликация.

– Откуда появится столько рабочей силы? Предполагается ли обучение сотрудников?

– Крупный бизнес заинтересован в квалификации сотрудников. И для этого есть два способа. Можно привезти сотрудников откуда-то извне, из других регионов. И второй способ – это обучить сотрудников здесь. Второй способ дешевле, но он более длинный, долгосрочный. Именно поэтому в партнерстве с Газпромом, с СИБУРом, с Транснефтью выстраивается серьезная образовательная система, которая будет заточена под реализацию крупных проектов, по подготовке кадров под эти крупные проекты.

Мы начинаем с детей младшего возраста. В Благовещенске в декабре открылся кванториум. Там 6 квантумов. Два мы отрыли сейчас и 4 откроем в сентябре 2019 года. Это самые современные направления, по которым можно будет учить детей: робототехника, IT и многое другое.

Такой же кванториум создадим совместно с РЖД и СИБУРом на базе детской железной дороги в Свободном. Также есть предложения по созданию кванториума в других географиях, предварительно – Белогорск и Циолковский. Дополнительно мы в следующем году приобретем мобильный кванториум на базе грузового автомобиля-фуры. Он будет ездить по отдаленным территориям, и детям из отдаленных территорий, из сельской местности, будут показывать самые современные передовые технологии в образовании.

Поэтому мы начинаем с самого низа. При этом, естественно, на базе вузов, на базе Амурского госуниверситета в частности, созданы отдельные кафедры по специальностям космической тематики по специальностям газовой тематики. Это делается все в крупном партнерстве с инвесторами, которые к нам пришли в регион с Роскосмосом, Газпромом и СИБУРом. Компании поддерживают не только деньгами. Но поддерживают и специалистами. Они дают возможности лучшим специалистам в режиме видеоконференцсвязи, читать лекции и тем самым решают свои задачи.

– Какие управленческие решения, кроме финансовых, вы считаете эффективными и что рекомендуете применять главам муниципалитетов, руководителям ведомств?

– У нас очень чувствуется нехватка обратной связи с людьми, контакт с людьми – это принципиально важный элемент работы власти любых уровней. Мы у себя в правительстве выстроили работу общественных советов, и эту работу будем усиливать в следующем году. Действительно обратная связь очень хорошая, потому что люди, являющиеся специалистами в своих областях, подсказывают зачастую те вещи, которые не видны из кабинета. Это действительно очень важно, это не пиар и не заигрывание с обществом, это возможность бесплатно получить хорошие мысли от специалистов.

Мы, когда объезжали всю территорию области, очень заметно было, в каких территориях глава действительно общается с людьми, а в каких он работает в кабинете. Соответствующие рекомендации были даны. Сделаем сейчас повторный объезд зимой, также будем собирать людей, будем смотреть. Мы ездили с вопросами, которые были адресованы напрямую губернатору, почти 30 тысяч вопросов было собрано.

Самое интересное, что подавляющее большинство из зала вопросов, это были вопросы местного значения, вопросы к мэрам и руководителям территорий. Это говорит о том, что нет этой обратной связи. На мой взгляд, это очень серьезная компетенция любого руководителя. Почему? Потому что всегда неприятно выслушивать критику, всегда хочется от нее скрыться, и это на самом деле компетенция, которую нужно раскачивать, которой нужно обучать. Это первое, о чем я бы хотел сказать.

Вы говорили о кадровом голоде в региональном правительстве. Как решаете эту проблему?

– У нас в регионе очень ощущается кадровый голод. Это объективно так. Я об этом говорил много раз. Мы со своей стороны в правительстве организовали обучение. У нас в регулярном режиме Андрей Долиевич Плутенко этим занимается, специалисты, в том числе из других регионов, проводят обучение сотрудников. Это добровольное дело, мы не записываем, кто пришел, кто не пришел. Мы, конечно, оценим, потому что все люди занятые, понимаем, что объективно очень большой объем работы люди ведут, свободного времени мало. Тем не менее, если ты готов к саморазвитию, то ты готов тратить на это свое время, личное время, значит, у тебя есть хорошие перспективы, мы эту систему наладили, мы понимаем, что учиться, учиться и учиться – это очень важно.

Мы в следующем году введем систему электронного тестирования, сделаем средний срез по правительству, по администрации региона, чтоб понять, что мы собой представляем. И все, кто претендует на вакансии, все будут тестироваться в обязательном порядке. И мы, таким образом, уйдем от каких-то договорников, извините за выражение. У нас не будет людей по блату в перспективе. Если ты не набираешь соответствующие баллы, мне тогда без разницы, чей ты родственник и чей ты друг.

– Василий Александрович, вы уже выбрали новогодние подарки?

– Я точно не шопоголик. В магазинах начинаю плохо себя чувствовать на 20-й минуте. Поэтому все делаю быстро: иду со списком и точно знаю, что надо купить. Честно говоря, стараюсь не делать сюрпризов, потому что не люблю дарить вещи, которые окажутся ненужными. Стараюсь у всех выяснить, кто что хочет, и потом иду по магазинам.

– Как будете отмечать Новый год?

– Я люблю встречать Новый год дома. Мы собираемся семьей. У нас мама замечательно печет торт «Наполеон». Вечером неплохо погулять по городу. А после курантов — лечь спать (смеется).

– Что пожелаете себе в новом году как губернатору и как человеку?

– Желаний на самом деле не так много. Если хотя бы часть из задуманного получилась, я бы был очень рад. Другое дело, что не все вещи задуманы только на 2019 год. Если сбудется все, что я запланировал на трехлетку, то это было бы здорово. Пожелаю себе терпения. Потому что, если честно, работа непростая, дает определенную эмоциональную нагрузку. Но я абсолютно уверен, что хватит сил, чтобы с этим справиться.

Просмотров всего: 720

распечатать

Комментарии закрыты