23сентября
Предыдущий материал Следующий материал
26 февраля 2018, 16:28 0

Журналист-историк Геннадий Астахов: о проблемах Корейского полуострова

Журналист-историк Геннадий Астахов: о проблемах Корейского полуострова

Екатерина Кузьмина: У нас в гостях Геннадий Астахов. Геннадий Федорович – журналист-историк, специалист по проблемам Корейского полуострова, редактор портала «Знамя Пэкту». Здравствуйте!

Геннадий Астахов: Здравствуйте!

Е.К.: Оказывается, у нас есть такой интересный сайт, где описываются проблемы Корейского полуострова. Вы чаще бываете в Северной Корее или в Южной?

Г.А.: В Северной.

Е.К.: В Южной бывали?

Г.А.: В Южной не был.

Е.К.: Вы специалист по Северной Корее?

Г.А.: Да, и по полуострову в целом.

Е.К.: Сколько раз вы были в Северной Корее, 11-12 раз?

Г.А.: Мои путешествия в Северную Корею начались с работы в «Амурской правде». В конце 80-х годов я был направлен собственным корреспондентом газеты в Тынду, там действовало предприятие «Тындалес», где работали корейские лесозаготовители. Я с ними подружился, много писал об их работе. В 1990 году по командировке от «Амурской правды» я поехал в Северную Корею освещать ход марафона «БАМ – Пхеньян». Это было крупное спортивное мероприятие, которые проводили молодые работники БАМа, это была моя первая поездка. Потом четыре раза я ездил в Северную Корею по линии Амурской правды». Но потом, когда мои пути разошлись с газетой, я стал бывать в этой стране по приглашению ассоциации работников общественных наук и Комитета по культурным связям с зарубежными странами. В общей сложности я там был 10 раз.

Е.К.: Вы стали журналистом-историком с того времени, как стали заниматься Северной Кореей? Или вы, в принципе, историк по образованию?

Г.А.: Я историк по образованию, я окончил Благовещенский пединститут. Есть такой штрих в моей биографии. После института я сразу был направлен в районную газету, и так началась моя журналистика, которой в прошлом году исполнилось 50 лет.

Е.К.: Вашему стажу? Вы до сих пор этим занимаетесь?

Г.А.: Да.

Е.К.: Северная Корея в нашем понимании закрытая страна, и кто попало туда поехать не может. Как так получилось, что вы плотно подружились с этим обществом?

Г.А.: Корейцы очень ценят доброжелательное отношение к себе. Мои публикации, которые публиковались в «Амурской правде» и в других средствах массовой информации Дальнего Востока как раз и этим отличались.

Е.К.: Они носили доброжелательный характер?

Г.А.: Да и стремление объективно разобраться в происходящих процессах. Желание внести свой вклад в укрепление добрососедских отношений между советским, российским и корейским народом. Кроме «Амурской правды», у меня было большое количество публикаций в газетах и журналах Дальнего Востока по корейской тематике. В 2005 году вышла книга. Сейчас я подготовил еще книгу, она будет выходить в Пхеньяне. В этой книге результат моих 30-летних поездок, яркие впечатления, которые почерпнуты мною во время этих поездок.

Е.К.: У нас в понимании многих Северная Корея – суровая страна, с четкой диктатурой, местами даже агрессивная и раскрашена довольно мрачными красками. Когда вы там находитесь, с кем и на каком уровне вы общаетесь, и как формируете свое мнение? Где те сферы, в которые вы заходите и изучаете процессы? Кто эти люди, которые вам представляют Северную Корею?

Г.А.: Это люди самых различных слоев – от простых рабочих лесозаготовителей у нас в Тынде и на Дальнем Востоке, а в Корее – вплоть до руководителей страны. Мне доводилось общаться с заместителем председателя Верховного собрания КНДР Ян Хен Собом и с другими ответственными работниками.

Е.К.: Это в основном правящая элита?

Г.А.: Да, но и не только, приходилось общаться и с простыми людьми. Это рабочие и люди, которые занимаются обслуживанием групп иностранных туристов.

Е.К.: Вы говорите люди, обслуживающие иностранных туристов, и наверняка есть некий имидж страны, который они должны представлять для туристов. У правящей верхушки свои цели и задачи, какой показать страну. Насколько объективен имидж страны, который ответственные за это люди преподносят нам?

Г.А.: Имидж страны преподносится такой, какой он есть. Корейское общество строится по конфуцианским обычаям и традициям, по принципу одной большой семьи. В этой семье руководитель государства – любящий отец. А вся остальная нация – это люди, о которых он должен заботиться, и они ему отвечают взаимной любовью. На этом построена вся система воспитания в Северной Корее. Им есть чем гордиться. То, что там есть, это действительно есть. Пхеньян – это прекрасный город, построенный по современным урбанистическим традициям, многоэтажные дома. Для людей там делается многое. Руководство КНДР поступает очень разумно. И неверно представлять его как людей, которые непонятно зачем машут ядерной дубинкой, и это в корне неправильно. Само правительство Северной Кореи – это исключительно разумное, логичное государство и правительство. У них есть четкие государственные интересы, которые они последовательно осуществляют.

Е.К.: В чем эти государственные интересы?

Г.А.: Сохранение своего суверенитета и независимости, возможности идти по тому пути, по которому они идут.

Е.К.: Даже если это кому-то не нравится?

Г.А.: Да. В эпоху всеобщей глобализации, естественно, есть страны, которым не нравится путь Северной Кореи. Корейцы хотят жить, как они хотят, и поэтому у них происходит вооружение. Разумное правительство умеет делать выводы не только из чужих ошибок, но и из своих. Своя ошибка, в чем заключалась? Об этом еще говорил первый президент КНДР, основатель Корейской Народной Демократической Республики Ким Ир Сен – у нас нет своей армии, своего оружия, и наш миролюбивый народ постоянно порабощался более агрессивными соседями. Все мы знаем о том, что последние 40 лет перед окончанием Второй Мировой войны Корея была под мощным японским колониальным владычеством. Первое, что сделали корейцы, когда завоевали независимость, начали строить свою армию. И в конце концов превратились в ядерную державу. Кто-то хочет этого, кто-то не хочет, но сейчас КНДР является ядерной космической державой. Но ее, правда, не признают, но это сути дела не меняет. Корейские искусственные спутники летают в космос, оправляя оттуда мелодии песен о полководцах Ким Ир Сене и Ким Чен Ыне. Проведены испытания ядерного, термоядерного оружия, средств их доставки. Сейчас КНДР может разговаривать с людьми, которые пытаются навязать ей свою политику на равных.

Е.К.: Кто им пытается навязать свою политику? Вернемся к речи Ким Чен Ына, почему я к ней возвращаюсь. Это момент взглянуть на то, что происходит через призму того, что президент посылает им. Он говорит, у него в каждом предложении упоминается, что наш враг – США. Он гордится, что все ядерные испытания были проведены. В конце прошлого года было много шума о том, что они пуляют ракеты и взорвут кого-нибудь. При этом он говорит, что мы все это проводим во имя мира на земле. Что за парадокс? Что у них с США? С приходом Трампа, что-то усугубилось?

Г.А.: Я думаю, что нет, с приходом Трампа не усугубилось. Агрессивная политика США по отношению к КНДР прослеживается на протяжении многих десятков лет. Корейцы это народ с очень долгой памятью. Там прекрасно помнят те зверства и те издевательства, которые совершали американские захватчики во время корейской войны 50–53 годов. В этой войне погибло почти 8 миллионов корейцев. Были попытки вплоть до использования ядерного оружия, об этом заявлял генерал, что он будет бросать бомбы на корейские города, но ему не дали это сделать. Но память об этом сохранилась. На протяжении многих лет корейцы постоянно получают извне подтверждения правоты своей политики. Что случилось с Югославией? С Ливией? Что случилось с Ираком? С Сирией? Все это заставляет корейское руководство думать, что необходимо иметь свой ядерный зонтик, не зависеть ни от России и ни от Китая. У политологов существует такое мнение, и я с ним вполне согласен, о том, что у Хусейна не было оружия массового уничтожения. Если бы американцы знали, что у него есть оружие массового уничтожения, то они бы не рискнули начать против Ирака боевые действия. В данном случае и здесь. Зная о том, что в КНДР есть ядерная бомба, американцы не рискнут. В 94 году Клинтон был близок к тому, чтобы развязать войну и решить военным путем проблему Корейского полуострова. Но советники его отговорили, потому что там были бы большие потери среди мирного населения, среди американских солдат в Южной Корее. Он стал проводить политику на построение миролюбивых отношений с КНДР. Потом его поменял Буш.

Е.К.: Испытания, которые были проведены, которые наделали много шума в конце года, когда люди опасались, что одно неверное слово, действие со стороны администрации Трампа, и ничего нельзя будет остановить. Насколько накал ситуации сейчас имеет место и может ли Северная Корея первой использовать ядерное оружие?

Г.А.: Об этом заявлял лидер Северной Кореи, высший руководитель КНДР Ким Чен Ын, когда заявил, что первыми ядерное оружие мы применять не будем.

Е.К.: Где он это заявлял?

Г.А.: В новогодней речи.

Е.К.: А где-то на уровне мирового сообщества?

Г.А.: Выступление представителя КНДР на трибуне Генеральной Ассамблеи ООН. Конкретная и ясная политика, чего хотят северокорейские руководители и чего хочет корейский народ. Корейский народ хочет жить в мире с другими странами, чтобы жить так, чтобы им не мешали строить то общество, которое они строят.

Е.К.: У нас сейчас есть такое понятие, как международное сообщество, когда есть понятие, как права человека. Когда есть моменты осуждения, когда нарушаются чьи-то права. В корейском обществе, которое они строят, с этим все в порядке?

Г.А.: По поводу международного сообщества тоже не все гладко и все хорошо. С одной стороны мировое сообщество осуждает нарушение прав человека. Но мировое сообщество помалкивает, когда в Йемене тысячи людей погибают от голода, от бомбежек, погибают от акций развязанных американцами с представителями Саудовской Аравии. Мировое сообщество помалкивает по поводу тех безобразий, которые творятся в Индии, что бандиты воруют детей для того, чтобы их уродовать. Я бы не представлял мировое сообщество единым благостным пушистым организмом. То, что касается прав человека в Северной Корее, что следует понимать под правами человека? Люди имеют возможность голосовать, жить, имеют бесплатное образование и здравоохранение. Это единственная страна в мире, где отсутствует налоговая система.

Е.К.: Какая среднестатистическая зарплата северного корейца? Какие профессии самые высокооплачиваемые?

Г.А.: Об этом сказать сложно. У них считается некорректным, когда начинаешь интересоваться, сколько ты получаешь. В настоящий момент они живут неплохо. В магазинах полки забиты товарами местного производства.

Е.К.: Есть ли у них отпуск? Могут ли они куда-то выехать из своей страны?

Г.А.: У них есть отпуска. Там есть выезды по туристическим путевкам, есть агентства, выезжают куда хотят.

Е.К.: Они выезжают под присмотром?

Г.А.: Что значит под присмотром?

Е.К.: самостоятельно они не могут выехать, только через туристическое агентство. Это значит под присмотром?

Г.А.: Как можно поехать под присмотром?

Е.К.: Под присмотром гида, который смотрит, чтобы не было ненужных действий.

Г.А.: Это домыслы. Люди работают с иностранцами для того, чтобы дать возможность сориентироваться в тех условиях, где оказывается человек. Что касается корейцев, выезжающих за рубеж, то у них свои правила. Широкомасштабных нарушений прав человека, про которые говорят такого нет. Это выдумки. Меня забавляет то, как у нас подается информация из этой страны. Вот источник, близкий к каким-то кругам сообщил… Чаще всего такая информация приходит из Южной Кореи, из американских агентств, потом она опровергается. Помните историю с расстрелами? Людей, которых расстреляли, видят в Южной Корее.

Е.К.: Раз уж мы подошли к Олимпиаде давайте об этом. Люди оживились, когда увидели, что корейская сборная выступала единой сборной на открытии. Это были Северная и Южная Корея, спортсмены шли единой командой. Что можете сказать? Кто-то расценил это как некое потепление отношений между двумя частями одной страны.

Г.А.: Мун Джэин, президент Кореи, который пришел сейчас к власти – это представитель левых сил. Он пришел с лозунгами, с намерением наладить отношения с Северной Кореей. Он предпринимает определенные шаги в этом направлении. Говорить о том, что процесс потепления, процесс воссоединения с Северной Кореей пошел, говорить об этом рано. В 2000 годах два президента Ким Дэ Чжун и Но Му Хен проводили политику солнечного тепла в отношении Северной Кореи, политику установления и укрепления контактов между представителями одной нации. Сейчас этого старается придерживаться Мун Чже Ин. По поводу Олимпиады. Вне зависимости от результатов соревнований, одну страну можно назвать триумфатором соревнований – это Корейская Народная Демократическая Республика. Почему ее сейчас уже можно назвать триумфатором? Ни на йоту не уступив мировому сообществу в вопросах своей ядерной программы, Ким Чен Ин добился того, что его упрашивали принять участие в Олимпиаде. Международный олимпийский комитет пошел на встречу и удовлетворил заявку по истечении положенных сроков. На время проведения Олимпиады были сняты санкции с КНДР и председатель олимпийского комитета КНДР Сой Чхэ, ему было разрешено принять участие. Накануне открытия Олимпиады 8 числа в Пхеньяне прошел большой военный парад, где демонстрировались новейшие ракеты и техника.

Е.К.: Да, это тоже заметили.

Г.А.: Этот парад был приурочен к годовщине основания Корейской Народной армии. Но потом президент Республики Корея Ким Дэ Чжун принимал делегация с севра во главе с председателем президиума Верховного Народного собрания КНДР Ким Ён Намом и с сестрой Ким Чен Ыны, ответственным работником парада ЦК трудовой партии Кореи Ким Ё Чжон. Состоялась беседа, в ходе которой Ким Ё Чжон передала приглашение Ким Чен Ына посетить КНДР и встретиться. Пока окончательного ответа на этот счет не было.

Е.К.: Когда состоится, неизвестно?

Г.А.: Да, но шаги предпринимаются. Если визит состоится, то он положит начало новой политике солнечного тепла, которую проводили в 2000 годы. Это политика имело установление зоны свободной экономической торговли, обмен делегациями между севером и югом.

Е.К.: При каких обстоятельствах могут быть налажены отношения между Северной и Южной Кореей? Или просто нет таких обстоятельств?

Г.А.: Они есть, но самое главное, чтобы оттуда ушли американцы.

Е.К.: Из Южной Кореи?

Г.А.: Да. Одно из направлений межкорейского договора и межкорейских отношений – их укрепление, упрочение, их формирование – это решение проблем Корейского полуострова своими силами. Об этом говорится в декларации от 15 августа 2000 года между севером и югом, что проблемы Кореи должны решать сами корейцы.

Е.К.: Если Южная Корея станет такой же, как Северная, только в этом смысле и не наоборот?

Г.А.: Здесь однозначного ответа дать нельзя. Будут трансформироваться и притираться друг к другу, потому что это единая нация, с единой культурой, которая разделена политиками искусственно. На Ялтинской конференции Сталин и Рузвельт договорились о том, что север Кореи уходит под опеку Советского Союза, а юг – Америке. Как только стороны увидят, что корейский народ в состоянии решать государственные проблемы сам, то они должны были уйти. В 48 году Советский Союз вывел свои войска. Что делает Америка, мы видим. Прошло 70 лет, когда был освобожден Корейский полуостров, но они продолжают сохранять там свое присутствие. Их можно понять. Кто находится на Корейском полуострове, тот имеет возможность контролировать огромный регион Северо-Восточной Азии. Это геополитические соображения, геополитические интересы, которые ничего не имеют общего с интересами людей, в американском отношении это крайне важно.

Е.К.: Спасибо большое.

Просмотров всего: 104

распечатать

Комментарии закрыты