14декабря
Предыдущий материал Следующий материал
30 апреля 2016, 12:17 0

Анатолий Хопатько: «Играем всё: от штурма Зимнего до штурма космоса!»

Анатолий Хопатько: «Играем всё: от штурма Зимнего до штурма космоса!»

30 апреля, в Международный день джаза, корреспондент Амур.инфо побеседовал с руководителем эстрадно-джазового оркестра Amur Jazz Band Городского дома культуры Анатолием Хопатько. Анатолий Иванович рассказал о современном и классическом джазе, о дальневосточных и западных музыкантах, о пресловутой «игре на похоронах и танцах», а также о том, чему каждому джазмену стоит поучиться у Бадди Рича и Игоря Бутмана.

– Анатолий Иванович, прежде всего позвольте поздравить вас с профессиональным праздником.

– Спасибо большое.

– Как сегодня можно оценить состояние джаза в Приамурье?

– Я хочу оценить его очень положительно. Хочется отметить тенденцию профессионального роста как нашего оркестра, так и коллективов из города Зеи, посёлка Новобурейского. Плюс давайте не будем забывать о музыкальных школах, где дети занимаются именно джазом. И преподаватели эстрадно-джазовых отделений (все они – мои друзья) являются лауреатами различных фестивалей. Мы с ними регулярно ездим в Хабаровск, где принимаем участие в Дальневосточном джазовом фестивале.

–  Вне фестивалей и конкурсов удаётся собираться с коллегами, чтобы вместе поиграть?

– У нас то и дело проходят какие-то мероприятия, концерты, тусовки. Малые составы оркестров собираются. Далеко ходить за примерами не нужно: недавно мы отыграли концерт, посвящённый 55-летнему юбилею Сергея Лавренова. Мы играем постоянно, на простои не жалуемся.

–  Когда лично вы заболели джазом и благодаря кому?

– Я, наверное, заболел им ещё в детстве, когда джаз был не особо доступен у нас. Я жил в посёлке Новобурейском, но, несмотря на так называемый джазовый дефицит, всё равно и к нам попадали пластинки с записями, мы жадно слушали эту музыку и впитывали её в себя.

– Это был зарубежный джаз или наш, отечественный?

–  Сначала это был зарубежный джаз, потом мы узнали и о наших джазменах. Это были Левиновский, Гаранян, Лундстрем. Джаз-оркестр под управлением Олега Лундстрема был одним из моих любимых коллективов, я просто наслаждался тем, что они делают. А сейчас, конечно, если говорить о наших коллективах, это и коллектив Игоря Бутмана, и оркестр питерской джазовой филармонии, которым руководит Кирилл Бубякин. С ребятами Кирилла мы даже играли как-то вместе, был у нас общий джем-сейшен в Хабаровске. Это была такая незабываемая тусовка! В этом году, в октябре, наш коллектив вновь туда поедет. Думаю, нас ждут новые удивительные встречи и открытия. Хабаровчане, кстати, в плане джаза – большие молодцы. Мы сотрудничаем с представителем Хабаровска Ильёй Лушниковым, Международный день джаза он отмечает вместе с нами, на сцене Амурской областной филармонии. Я считаю это большой удачей, поскольку Лушников, на мой взгляд, – один и лучших пианистов Дальнего Востока.

– В Амурской области можно получить качественное джазовое образование или нужно куда-то ехать?

– Нет, нельзя. Нужно ехать как  минимум в Хабаровск, в Новосибирск.

– А максимум?

– А максимум – конечно, Гнесинка, Москва. Ну, или Санкт-Петербург.

– Может ли сегодня амурский музыкант прожить на одну зарплату?

– На одну – нет. Конечно же, наши музыканты ещё и преподают, играют в разных коллективах, подрабатывают на корпоративах.

– Но это ведь не считается зазорным – работать на корпоративе?

– Абсолютно нет. Это тоже часть профессии, музыкант всегда должен быть в строю, в форме, как спортсмен. А где он будет оттачивать своё мастерство – в репетиционном зале или на чьём-то празднике – не столь важно, главное, чтобы при этом оставался профессионалом.

– Хрестоматийная строчка из Маргулиса «Он играет на похоронах и танцах» актуальна для наших музыкантов?

– В общем-то, да, эта история была и остаётся.

– Как часто хорошие музыканты уезжают из области, насколько остро ощущается их нехватка?

– Ощущается большая нехватка. Вот у нас в оркестре, допустим, нехватка трубачей. Вообще, не дай бог, если кто-то из моих ребят вдруг куда-то соберётся, уедет – это будет такой заметный пробел. На сегодняшний день в Благовещенске не готовят таких музыкантов, которые бы могли играть в нашем коллективе. Я не могу взять кого-то из нашего учебного заведения, в том формате, в котором оно существует сегодня.

– А что за формат?

– Они практически готовят специалистов для домов культуры, не более того. Не для работы в профессиональных коллективах.

–  Джаз – одно и самых пластичных, подвижных, мобильных направлений в музыке. В нём постоянно есть место для эксперимента. Не так давно Игорь Бутман и Юрий Башмет устроили совместный проект, объединяющий джазовую музыку и классическую. Вас подобные идеи посещают?

– Обязательно посещают. Не хочется открывать все тайны, все карты. Но уже сейчас мы ведём переговоры с прекрасной певицей, исполняющей не только джаз, у неё отличное классическое образование. Имя раскрывать не буду, скажу лишь, что к осени, я надеюсь, мы проведём такой концерт.

– В мире джаза у вас есть кумиры?

– Да, конечно. Сегодня есть такой оркестр Гордона Гудвина. Для нас, я считаю, это пока недосягаемая высота, там играют просто эталонные музыканты. Если брать наших, то это, конечно, Игорь Бутман, артисты питерской филармонии, Давид Голощёкин – фантастический музыкант, мультиинструменталист. Новосибирский биг-бэнд Владимира Толкачёва. А если говорить о старых добрых кумирах, то нельзя не упомянуть легендарный оркестр Бадди Рича – прекрасного музыканта, барабанщика, шоумена. Я перечислил имена и коллективы, на чьё звучание должен равняться любой джазовый коллектив.

– Джаз делится на «чёрный» и «белый» или это уже общая стихия?

– Когда-то чётко делился, сегодня уже не делится. И это правильно – зачем делить музыку? Её надо просто играть, играть хорошо, и всё. Поэтому мы постарались вместить в программу разные направления. Есть и классика, и танцевальные вещи, и песенные джазовые стандарты (такие как All Of Me, Fly Me To The Moon), есть и более сложные, более поздние вещи.

– Луи Армстронг сказал: для джазового музыканта важна память об ушедшем. О чём (или о ком) ушедшем вспоминаете вы?

– О многих музыкантах, в первую очередь, вспоминаю. О тех, кто ушёл из жизни или уехал от нас. Многих не хватает. Конечно, хотелось бы повернуть время вспять, вернуть какие-то моменты из жизни. А может, даже что-то и изменить: поучиться в других заведениях, поработать с классными музыкантами, с которыми не довелось встретиться. Но чего оглядываться назад? Я считаю, что у нас всё впереди!

– Продолжите фразу: джаз – это…

– Джаз – это жизнь. Джаз – это свобода. Свобода общения, свобода полёта мысли, ритма. Многие воспринимают джаз как лёгкую музыку, а меж тем это одна из сложнейших форм музыки – и для восприятия, и для игры.

– Вне джаза себя представляете?

– Конечно, представляю! Ведь мы играем практически все направления. Как говорится, «от штурма Зимнего до штурма космоса»! (смеётся). То есть, играем всё!

Просмотров всего: 475

распечатать

Комментарии закрыты